Ход колдуньи - Валентина Алексеевна Савенко

Сеть Стейна спеленала бородвигца, но над ареной так и не прозвучали слова, что он выбыл. То есть рана была серьезной. А выпад Змея не засчитали!

– Жулик! – сердито выпалила я.

Змей зло махнул рукой, убирая с парня сеть. На арену проскользнули санитары.

Даже так? Его травма настолько серьезна, что доставку пострадавшего нельзя доверить адептам?

– Замена у команды Высшей школы Бродвика! – сообщил глашатай. – На поле выходят…

Имена я пропустила мимо ушей: на арене Змей и Изабель, прекратившая играть с парнями в салочки, наступали на бродвигцев. Вард и Кристоф прикрывали.

Сияющие коконы появились и лопнули сразу с двух сторон от теневиков.

По трибунам пронесся удивленный вздох.

Два огромных паука с сияющей дорожкой алых глаз на головогруди растопырили хелицеры, украшенные острыми, напоминающими когти отростками. Арахны явно горели желанием перекусить всеми и сразу. Привстав на лапах, они вывернули волосатые брюшки, и в парней полетели сгустки липкой паутины, пропитанной сонными чарами.

Нападение превратилось в защиту.

Змей отдавал команды, Вард и Кристоф плели двойные щиты, а Изабель создавала из тьмы копья. Бродвигцы отступали, закрывшись непрозрачным черным щитом.

Над стадионом раздалось улюлюканье, но это не сподвигло бродвигцев вспомнить, что они вышли на арену не в прятки играть. Наши противники быстро отходили подальше от арахн, воспользовались тем, что нежить подслеповата и видит только то, что находится в пределах пяти шагов. За ним и ползет. А на таком расстоянии от пауков как раз и была наша команда!

– Давай. – Змей выбросил вверх и в стороны сплетенную из тьмы сеть.

Ячейки были достаточно мелкими, чтобы не пропустить сгустки паутины, но достаточно крупными, чтобы в них могло пролететь копье. Изабель запустила сразу два. Они пронырнули сквозь сеть и впились точно в головогрудь привставшего паука. Сеть Змея опутала арахну. Еще одно копье попало в брюхо монстра. Сеть начала стягиваться. Вард и Кристоф прикрывали Змея и Изабель от летящих сгустков паутины. Их щиты побелели от липких комков.

Арахна превратилась в пыль. Змей замахнулся сетью.

Второй паук атаковал первым. Щелкнули хелицеры, заскрипели по щиту Кристофа. Он скривился: острые концы соскользнули по его ноге, наверняка оставив порезы. Очевидно, неглубокие: санитары к нему не спешили, да и сам Кристоф уходить с поля не торопился.

Змей раздавал команды, отвлекая паука сгустками тьмы, и поглядывал по сторонам.

Как оказалось, не зря: бродвигцы заходили с тыла. Черный щит сменили темные звезды, сплетенные из теней. За спиной худого командира маячил Бернард. В этот раз на руках брата не было перчаток.

– Собрались! Все на паука! – скомандовал Змей, разворачиваясь лицом к бродвигцам.

– Правильно, я сама справлюсь! – согласилась Изабель, отступая за спину Кристофа.

Справится, прячась?

Тренер перегнулся через парапет ложи, вглядываясь в лица игроков.

– Я нападу! – неожиданно выдал Вард и нахмурился.

– Нападай, – согласился Змей, косясь на товарищей.

Что это с ними? Почему у меня такое ощущение, что они говорят одно, а делают другое?

Арахна снова щелкнула хелицерами и ринулась на Змея.

– Уходите! – выдал он, мрачнея на глазах.

Эм-м… Что происходит?

– Какого беса? – хмуро пробормотал Эмерсон, свешиваясь наружу.

Казалось, еще немного, и тренер полетит вниз, выяснять, что там с его командой. Но вместо него полетели заклинания бродвигцев в спины теневиков. Змей отпрянул, Вард прикрыл Изабель. Змей вместо внятной команды начал что-то показывать на пальцах, но его жесты все равно были неверными… как если бы он врал!

Все пополам? Кажется, так сказал Бернард? А что, если проклятие тоже пополам? Но так как мы близнецы, у брата оно стало… противоположным?

Я ходячий источник правды, а он… лжи? Причем настолько сильный, что даже жестами не удастся сказать правду? Или это означает, что мои силы тоже выросли?

Тогда только я могу стать щитом команды от его проклятия! Ведь если говоришь правду, соврать весьма проблематично. Но как выйти на арену и не выдать свою… гм… особенность тренеру?

На глаза попался прихрамывающий Кристоф.

– Выпустите меня. – Я дотронулась до рукава мантии тренера, махнула на Криса.

– Не до вас, Леннет. Радуйтесь, что не вы там внизу позорно продуваете основной тур, – зло отрезал Эмерсон.

Говорить что-то еще было бесполезно.

Что же делать?

Я перегнулась через перила ложи рядом с тренером. На арене теневики, несмотря на отсутствие возможности нормально общаться, отбивали атаки паука и бродвигцев. Если до конца игры они не выйдут из глухой обороны, будет ничья. Если вспомнить, что у нас уже есть штрафные баллы, в полуфинал мы можем и не попасть… впервые за историю института. Отличимся в обратном, противоположном смысле этого слова.

Поэтому хватит изображать висящую на перилах куклу. Пора соображать!

Перехватив взгляд Змея, я замахала руками. Ну пойми же ты! Вспомни, рядом с кем тебя тянуло на правду!

Стейн отбил сеть командира бродвигцев, увернулся от сгустка паутины, откинул заклинание, брошенное в покалеченную ногу Кристофа. Притормозил и нахмурился. А потом его и Криса закрыла тьма, распустившаяся точно черный тюльпан. Секунда, и магия Змея исчезла.

Кристоф основательно, чтобы ни у кого не было никаких сомнений, лежал на траве. Судя по скривившемуся лицу, встать он сможет, только если превратится в нежить.

Тренер тихо выругался и гаркнул, доставая линзу и вызывая проекцию судейской ложи:

– Леннет, на поле!

– Есть, сэр! – Я вылетела из ложи, пронеслась по лестницам и переходам.

Клинья на юбке платья весьма удобно расходились, совершенно не мешая горной… точнее, стадионной лани в моем лице лететь к цели.

Я как раз подбегала к ведущей на арену арке, когда над полем прозвучал голос глашатая, вещающий о замене Кристофа Рау на Мартину Леннет по желанию тренера.

На поле я выскочила, на ходу стягивая перчатки и запихивая их в неудобный, почти под мышкой, карман на короткой куртке.

Пока я ставила рекорды по бегу, Змей стреножил арахну. Изабель запустила в нее копье из тьмы. Вард, точно танцор, перетекая с одного места на другое, прикрывал ребят щитами, отбивая заклинания бродвигцев.

Наши противники перегруппировались. Худой командир и Бернард пытались пробить защиту здоровяка. Точнее, пытался командир, а брат старательно подкрадывался к нашей команде, очевидно, чтобы усилить воздействие проклятия. Двое оставшихся бродвигцев с темными заклинаниями на изготовку прочесывали пустую часть арены. Зачем?

Вспышка, появившаяся на их пути, все пояснила: они отыскивали скрытые иллюзиями коконы с нежитью.

Конечно, им ведь тоже нужны баллы за ее уничтожение! А пока на счету у нас два чудовища, а у них – ни одного.

Вспышка погасла. Выпавшего на траву монстра тут же облепила тьма, и он, превратившись в пыльный смерч, осел на траву. В арахну вонзилось второе копье Изабель, и зверюга исчезла. И тут же неподалеку от нашей команды засиял новый кокон. Брат и его командир мгновенно отступили, закрылись щитами, как избушка ставнями.

Стейн попытался что-то сказать, но замолк на полуслове.

Нечестно! Брат заставляет людей врать, просто находясь рядом, а я должна всех трогать? Тени с вами, потрогаю!

Я проскользнула к Змею, коснулась его руки: жест поддержки не особо далекой девицы и ничего более, никаких проклятий.

Сработало?

– Изабель, Вард, поймайте их. – Змей кивнул на парочку бродвигцев, уничтожающих третий кокон с нечистью.

Сработало!

– Мартина, с ними, – продолжал раздавать команды Стейн, не спуская глаз с выбирающегося из кокона шестиногого лохматого чудовища, напоминающего помесь буйвола и козла. – Мартина, не забывай прикрываться.

Точно! Надо прикрывать мою весьма странную привычку трогать за руки других игроков!

Я послушно прошмыгнула к ребятам. Оранжевые огоньки окружили руки. Заклинание, с помощью которого убирают лишнюю влагу из фруктов. Небольшое облачко испарившейся с одежды и кожи Изабель влаги помешало высунувшемуся из-за щита командиру бродвигцев прицелиться: темное заклинание просвистело мимо. Я едва заметно коснулась руки Изабель. Заслонка из пара исчезла.

Вокруг моих рук уже складывалась новая формула.

Заклинание для снятия скорлупы с особо прочных алмазных орехов легло оранжевыми пятнами на щиты Варда. И начало счищать с них остатки вражеских плетений.

Пока линзы радостно демонстрировали его зрителям, я коснулась ладони здоровяка.

Вард кивнул Изабель, на ходу превращая щиты в сети, и они двинулись к бродвигцам, разыскивающим очередной кокон. Я потопала следом, попутно вплетая магию в заклинание, регулирующее подачу воды в трубы для полива газона.

Как там Стейн?

Бросив взгляд через плечо, я поняла, что не зря влезла в систему орошения: командир брогвигцев бросал в Змея одну сотканную из тьмы усыпляющую кляксу за другой. Бернард держался чуть левее, на его пальцах клубились оранжевые огоньки. Трава под ногами брата шла волнами. Змея, опутывающего сетью лохматого монстра и отбивающего «подарки» бродвигца,