Мы созданы из моментов - Молли Маклейн

Черт. Я прочищаю горло.

— Легче не становится, это точно.

Она изучает меня мгновение, ее голубые глаза бегают между моими.

— Не останавливайся, милый. Не делай ошибку, думая, что время идет, и не соглашайся на кого-то, кто не является всем, что ты хочешь.

Я говорю себе то же самое уже много лет, но в какой-то момент мне приходится смотреть правде в глаза. Женщина, которую я хочу, не хочет меня.

* * *

Через час после этого, мы с Джеттом скользнули в единственную кабинку в «The Creek» — единственного бар-гриля в Коул-Крик и лучшем месте в городе, где можно отведать жареную рыбу, пиццу и холодное пиво.

Из звуковой системы звучит музыка в стиле кантри, а полдюжины телевизоров, установленных за барной стойкой и по всему помещению, показывают негромко новости, спорт и погоду. Бильярдные столы и доски для игры в дартс пока свободны, потому что еще рано, но через пару часов они будут заполнены местными жителями, приезжающими на выходные, и всеми, кто хочет расслабиться и хорошо провести время.

— Тебе хочется сегодня пиццы, малыш? Или это вечер куриных наггетсов? — Я выхватываю меню между салфетками и приправами и пролистываю его, как будто не выучил его наизусть много лет назад.

— Куриные наггетсы, пожалуйста. С соусом ранч.

— Шокирующий выбор, приятель. Однажды ты превратишься в куриный наггетс, клянусь. — Он хихикает, осматривая комнату большими глазами. Я приводил его сюда всего несколько раз, так как здесь не самая лучшая обстановка для детей, но сегодняшний вечер показался мне подходящим для смены обстановки.

— Ну, здравствуй, милашка. — Официантка подходит к столику и ярко улыбается Джетту. Она ученица местной средней школы, если я правильно помню. — Как ты сегодня?

— Ты красивая, — говорит он ей, его большие глаза полны звезд, и я сдерживаю смех.

— Джетт, так с дамой не здороваются. Попробуй еще раз, приятель.

— Мне нравятся твои волосы.

Черт возьми, ох уж этот ребенок.

— Мне жаль. Он нечасто ходит в людные места.

Она смеется.

— Нет проблем. Технически, я флиртовала с ним первой, так что… — Она пожимает плечами. — Что я могу предложить вам выпить?

— Кока-колу для меня и рутбир для него. И мы готовы заказать еду, если вы готовы.

Она кивает, принимает заказ, а затем возвращается к бару, где Далтон Камински и его брат Маркус поднимают кружки с пивом в мою сторону. Я машу рукой, а затем замечаю, кто составляет им компанию.

Микайла улыбается, когда наши глаза встречаются, и я тоже начинаю улыбаться. Не успеваю я оглянуться, как она направляется в нашу сторону. Любопытно, что в пятницу вечером она выглядит более по-воскресному, чем на прошлой неделе в церкви, в облегающих джинсах и розовом топе.

— Привет, ребята, — говорит она, переводя светлые глаза с меня на Джетта и обратно. — Сегодня не будет семейного ужина?

— Нет, мама хотела отдохнуть, поэтому папа отвез ее в новое место в Коппер-Кроссинг. Ты здесь с Далтоном и Маркусом?

Она сжимает свои мерцающие розовые губы и кивает.

— Хочу просто выпить перед тем, как поеду домой.

— Ты уже ела? — спрашиваю я, удивляясь себе, и, судя по ее расширенным глазам, она тоже.

— Нет, еще нет.

Мы переписывались почти две недели, пытаясь определить вечер, чтобы встретиться, но либо она занята на городском собрании или на работе, либо у меня был Джетт. Я еще не представлял Джетта никому из тех, с кем встречался, в основном потому, что я нечасто это делаю, но, опять же, сегодняшний вечер кажется мне подходящим для того, чтобы сделать все немного по-другому.

— Хочешь присоединиться к нам? — спрашиваю я. — Я имею в виду, если парни не против, чтобы мы тебя украли.

Она кивает

— С удовольствием. Давай я возьму свою сумочку и дам им знать. Я сейчас вернусь. — Она поворачивается и спешит прочь, а я смотрю на Джетта, надеясь, что у него не будет больше вопросов, чем у меня ответов, когда все будет сказано и сделано.

— Приятель, почему бы тебе не сесть рядом со мной? Эта милая леди собирается поужинать с нами. — Я хлопаю по месту рядом с собой, и он без колебаний пересаживается. — Не мог бы ты оказать мне еще одну услугу и вспомнить о своих манерах?

Он кивает своим маленьким подбородком, а затем спрашивает.

— Это твоя девушка, папочка?

— Ах, нет, малыш. Просто подруга. Откуда ты знаешь о подружках?

— Дядя Джинкс рассказал мне.

Конечно, он рассказал. Больше некому.

— Не слушай своего дядюшку Джинкса о девушках, приятель. Он понятия не имеет, о чем говорит.

Официантка возвращается с нашими напитками, и я прошу ее подождать, пока Микайла вернется и добавит свой заказ к нашему. Когда она возвращается на кухню, Микайла проскальзывает в кабинку.

— Итак, ты, должно быть, Джетт. — Она протягивает руку через стол. — Я Микайла, подруга твоего отца.

Он пожимает ей руку, а затем отпивает рутбир и случайно произносит.

— У тебя черные волосы, а у моей мамы желтые.

Правда, Джетт? Теперь ты должен вспоминать о своей маме? Буквально через пять секунд после этого? Я провожу рукой по лицу и стону, но Микайла тихонько смеется.

— Ты имеешь в виду блондинка? — Она растягивает губы в улыбке. — Знаешь, мне кажется, я помню твою маму. Она очень красивая.

— Она принцесса.

Когда Джинкс раздавал уроки любви, интересно, упоминал ли он о блокировке члена, потому что мне кажется, что мой малыш делает именно это.

— Итак, ты уже ходишь в школу?

— Совсем скоро я буду в детском саду.

— О, ничего себе. Дошкольник! Это круто. Ты взволнован?

Он кивает.

— Я могу написать свое имя. Хочешь посмотреть?

— С удовольствием посмотрю! — Микайла достает пару салфеток из держателя и достает ручку из своей сумочки, и не успеваю я опомниться, как Джетт уже рассказывает ей о Js, рыболовных крючках и сотне рыб, которые он поймал в прошлые выходные.

Это облегчение, чертовски мило, но в то же время страшно. Я провел последние несколько лет, беспокоясь о том, как познакомлю кого-нибудь с Джеттом, если когда-нибудь придет время, но никогда не думал, что это будет так просто. Не то чтобы это было чем-то большим, чем ужин, потому что мы с Микайлой еще даже не ходили на настоящее свидание.

Но если это хоть какой-то признак того, как все может пойти, когда придет время, то это хороший знак.