Малышка - Яна Сокол

— Неси ее, — говорит мне Стим. — У нас нет времени, — бросает он Алексу.

Подняв все еще хнычущую Малышку на руки, несу в машину, на которой приехал Алекс. Он заползает на заднее сидение и тянет руки к Кире. В тот момент, когда я решил его послать, я слышу характерный свист. Нас нашли. Становится не до этого. Сейчас главное — спасти Кире жизнь. Так что я быстро отдаю ее в руки Алекса и залезаю на место водителя.

— Главное, чтобы по колесам не пальнул, — кричу я, выруливая на еле заметную тропу.

В этот момент округу заливает ярким светом.

— Учтено, — сообщает Стим. — Парни прикроют.

Несемся на всех парах к лесополосе, за которой я резко выезжаю на дорогу.

— Давай прямо, — инструктирует Стим. — Там пересядем. Эта машина уже засвечена.

Согласен с ним, так что, проехав пару километров по его указке, съезжаю на новую едва заметную дорогу. Пересаживаемся в новый черный джип и, забросав засвеченную машину ветками, едем дальше.

— Куда мы? — спрашивает Алекс с заднего сиденья.

Ничего не могу с собой поделать, все время бросаю на них с Кирой взгляды в зеркало заднего вида. Пару раз пересекаюсь с Алексом взглядом, и мне не нравится то, что я вижу в его глазах, когда он смотрит на Киру. — План немного поменялся из-за ее ранения, — отвечаю я, — но в любом случае нужно тихое место, где она сможет прийти в себя, пока я не решу эту проблему, — последние слова я проталкиваю сквозь сжатые зубы.

— У моей бабки была хата недалеко отсюда, — радует нас Стим.

Хата оказалась добротным домом с огромным забором и хорошей охраной.

— Ничего не хочешь пояснить? — опережая меня, спрашивает Алекс за моей спиной.

Стим же просто пожимает плечами. В этом он весь. Никогда ничего не рассказывает, просто действует.

В этот раз я не позволяю Алексу отнять Малышку у меня и несу ее сам. Друг злится, вижу, но не настаивает.

— Наверху две спальни, внизу одна, — сообщает Стим, закидывая наши с Кирой сумки на столик в гостиной.

— Нижняя наша, — стразу решаю забить место и разъяснить некоторым непонятливым, что к чему.

Стим таращит удивленные глаза.

— И что это значит? — спрашивает непонятливый Алекс.

— То, что Малышке пора отдохнуть, ей и так сегодня хватило, — отрезаю я, направляясь в сторону, куда указал Стим. — У тебя здесь есть чем ее обезболить? — бросаю я вопрос за спину.

— Сейчас принесу, — раздается в ответ глухой голос Стима.

Кладу Малышку на кровать. Губы плотно сжаты и с синим отливом, лицо бледное. Кира открывает глаза, и в них столько боли, что меня самого скручивает спазмом.

— Еще совсем чуть-чуть, — шепчу ей, целуя ее в висок. — Прости меня за это.

— Сава, — зовет меня голос Алекса за спиной. Похоже, он пошел за мной и все видел, но мне сейчас все равно. Главное — Малышка.

— Стим, — кричу я, не обращая на Алекса внимания, — где ты, черт тебя дери?!

— Да здесь я, — отвечает друг, появляясь в дверях. — Ты уколешь или я? — спрашивает он, протягивая мне шприц.

— Я сам, — забираю у него лекарство и киваю им обоим на выход.

Как только за ними закрывается дверь, подхожу к Кире. Делать нечего, придется снова причинить ей боль.

Она даже не пикает, когда я быстро вкалываю ей лекарство, но мне все равно от этого не по себе. Я бы лучше себе вскрыл рану и покопошился в ней, чем вот так с ней.

Малышка прикрывает глаза, но с уголка стекает слеза, которая бьет меня получше, чем самый крутой хук Алекса.

Не могу смотреть на то, как она плачет.

— Прости, — шепчу я, утыкаясь в ее макушку, — прости.

— Ты не виноват, — ее слова вместо облегчения приносят еще больше боли.

Это я недоглядел, не учел. Черт, меня этому обучали. Я должен был ее проверить, как только ее нашли у нас в части. Это же не абы какое место. О его существовании знают немногие, и еще меньше тех, кто мог бы предположить, что девчонку спрячут там. А я слепой идиот, который дальше своего носа не видит. Совсем голову потерял из-за нее. Никого не видел, ничего не слышал и соображать разучился, как только наткнулся на стену по имени Кира в приемной Виктора.

Да и сейчас переживания за нее не дают мыслям собраться. А ведь я должен сделать все, чтобы ее защитить.

Скорее всего, ее передатчик не мог посылать сигнал из дома Игоря, из-за гор и леса. Сейчас это уже неважно.

Через некоторое время Малышка засыпает, и я облегченно выдыхаю. Обезболивающее сработало.

Поцеловав ее в лоб, проверяю ее рану. Вроде все нормально, натянув на нее одеяло, спускаюсь в низ.

Парни сидят в гостиной и что-то тихо обсуждают.

— Думаю, ты не прав, — слышу голос Стима. — Ты видел, как он на нее смотрел? Так на простую работу не смотрят.

Кажется, это была самая длинная речь, которую я слышал от Стима за все время нашего знакомства.

— Мне плевать, что ты думаешь, — говорю, как только встречаюсь взглядом с Алексом. — Кира моя, — чеканю, садясь напротив него и смотря ему в глаза, — и останется моей.

— Она не вещь, Сав, — возмущается он. — И мне показалось или она была ранена? — ёрничает товарищ. — Так-то ты следишь за той, кого гордо называешь своей? — бросает он мне в лицо.

— Ты прав, — отвечаю я. — Я был идиотом и долго не мог понять, что нашел. Но с этого момента я сделаю все, чтобы она была в безопасности. — Перевожу взгляд на Стима. — И мне нужна будет ваша помощь.

Стим кивает, но Алекс не спешит последовать его примеру.

— Ты уверен в том, что говоришь? — спрашивает он. — Она мне родная, и я не хочу наблюдать за тем, как ей будет больно.

— Я уверен, — я знаю, чего теперь хочу, и сделаю все, чтобы это получить. — Сейчас я должен понять, с чем я имею дело, и разработать наиболее действенный план.

— Мы, — говорит Алекс, а встретившись с мои недоуменным взглядом, продолжает: — Мы должны понять, с чем имеем дело, и разработать план, как спасти Кирушу.

— Хорошо, — киваю я его словам. — И не смей называть ее так, если тебе дороги твои зубы, — требую я, на что Алекс только усмехается. — И я не шучу.

— Ревность — это хорошо, — говорит Алекс, и я понимаю, что да, я ревную.

Мне не нравится, как он на нее смотрит и как Малышка улыбается ему, в