Пурпурные грозы - Галина Мишарина

— Не останавливается! — всхлипнула я. — Он сознание потерял!

— Тебе важно, чтобы он выжил? — тихо спросил мужчина.

— Он никого не убил! Он не заслужил смерти!

— Откуда ты знаешь, милая? Ты не видела, что они творили в других домах. Порой шуршакалы убивают, хотя и очень редко.

— Пожалуйста! Не хочу, чтобы он умер! Мы можем помочь? Ты можешь?

Дэр вздохнул и крепко обхватил меня сзади.

— Закрой глаза и медленно считай до двадцати. Пока не разрешу — не открывай.

Я ни о чем не спросила его и прикрыла веки.

— Раз… — нечто заскрежетало вокруг нас, и мне стало страшно. — Два… Три…

Скользнули по ноге чьи-то холодные руки.

— О! Четыре… Пять…

— Бре-е-ед… — зашептало пространство. — Ве-е-етер… Моя… сту-у-ужа…

Если бы Дэр не стоял позади, если бы мои пальцы не были перепачканы кровью хитрого и вредного, но все же не злого создания, я бы бросила это дело.

Когда счет дошел до десяти, нечто громко хлопнуло, а потом сквозь веки начало пробиваться сияние. Бокалы в шкафах звенели, пол под ногами гудел, словно началось такое редкое для этих мест землетрясение.

— Пятнадцать! — хрипло пробормотала я, чувствуя, как волосы поднимаются наверх, будто их кто-то тянет. — Шестнадцать… Семнадцать…

— Всё, — сказал Дэр. — Можешь открывать.

Вместо этого я зажмурилась крепче. Ощущение недоброго присутствия не исчезло, а лишь усилилось.

— Не бойся, — сказал мужчина. — Всё прошло. Погляди.

Я всё-таки отважилась разлепить веки, и взору предстал шуршакал. Он жмурился от неяркого светлячка, что мы принесли с собой, и неуверенно шевелил ногами.

— Люди… хорошие? — произнес он.

— Бежал бы ты вслед за товарищами, — ответил Дэр. — А то кот опять примеривается.

Коробус и правда сидел на прежнем месте, и почему-то шипел на нас. Возможно, он всё ещё хотел проучить карлика.

Я помогла человечку подняться, пронесла несколько шагов до окна, и он сидел тихонько, прижимая руки к груди. Я посадила его на подоконник, зачем-то выплела из волос красивую ярко-зеленую ленточку.

— Держи.

Шуршакал принял её и спрятал за пазухой.

— Спасибо, — сказал он, внимательно на нас поглядев. Подпрыгнул, цепляясь за раму — и вылез в окно.

И было бы мне радостно от того, как всё закончилось, но, посмотрев на Дэра, я забыла про улыбки. Мужчина глядел себе под ноги, руки были сжаты в кулаки. Медленно стекали с его плеч страшные черные тени, похожие на смолу, а запястья охватили бледные серые молнии. Испугавшись, я рванула к нему, но провалилась в какое-то темное место, похожее на погреб.

— Дэр! О, боже! Где ты?..

Впереди была видна дверь, и я побежала к ней, надеясь поскорее выбраться и вернуться к любимому. Однако, распахнув её, вышла не на поляну перед домом, а в совершенно другом месте.

Это был хорошо знакомый мне лес, привычная тропа, что вела меж черных деревьев. Я пощупала грудь, но кинжала не было. Боже, почему всё казалось таким реальным? Вздрагивая от каждого звука, я пошла вперед. Красный дом ждал меня.

Однако на сей раз внутри не оказалось ни гроба, ни двуличного. Дом был пуст и заброшен. Осмелев, я заглянула во все комнаты, постаравшись запомнить детали. Мебели внутри почти не было, только кровать наверху в одной из комнат, да кресло возле окна. На кресле лежало ярко-зеленое платье.

Скрипнула входная дверь.

— Мэй! — позвал Дэр, и я со всех ног кинулась вниз.

Он уже ждал меня на пороге — странный, с волосами темно-серыми вместо черных.

— Привет, милая, — сказал он. — Почему ты не простилась со мной?

Ноги подкосились — бледными глазами на меня смотрел призрак Дэра…

— …очнись! — властно сказало светлое пятно.

— Дочка! — воскликнуло второе, и я пришла в себя. Дэр держал меня на руках, Карви и Смайл стояли возле стола.

— Слава предкам! — сказал отец, но я не протянула ему руку, предпочитая прижаться к Дэру. — Как ты, Мэйди?

Он не выглядел обиженным. Наверное, уже смирился.

— Ничего. Пить хочется.

Смайл тотчас подал мне стакан. Заранее они его, что ли, налили?

— Шуршакалы ушли? — спросила я, промочив горло.

— Угу. Хорошие у вас кошки, — отозвался Дэр.

Я осмелилась посмотреть на него и поняла, что все хорошо. Глаза были темными, а волосы черными волнами рассыпались по плечам. Карви протянул мне влажное полотенце, и я вытерла лицо от остатков каши и пудры.

— Не хочу оставаться одна, — пробормотала я.

Отец вздохнул.

— Смайл может посидеть с тобой, — сказал он, понимая, куда я клоню. — Наводить порядок будем с утра пораньше, но вы с Дэром, конечно, можете спать сколько угодно.

Мы с Дэром. Неужели?

— Смайл побудет с тобой, — повторил отец. Можно было не надеяться, что он передумает. Дэр молчал, и я не знала, что сказать.

— Глупости, — вдруг сказал Младший. — Ей нужен не я. Ничего уже не изменишь, отец. Тиботи и его слуги не болтливы, и мы не станем болтать. До свадьбы совсем недолго, никто не узнает о том, что произошло. Да ничего страшного и не случилось… — добавил он, слегка покраснев. — Так что пусть они останутся вдвоем. Вдруг какой-нибудь карлик не покинул дом? Дэр защитит Мэй лучше меня.

Отец снова вздохнул и поглядел на нас. По мне лишь скользнул взглядом, а Дэра изучал долго и внимательно. Всё-таки он любил меня, хотя и считал своей собственностью.

— Ну, хорошо. Но только сегодня и без глупостей — нам завтра родственников встречать, а все искусаны. К тому же придется что-то придумать, чтобы быстро восстановить дом до свадьбы.

Я обхватила Дэра за шею и произнесла тихо:

— Спасибо, пап.

— Благодарю, лорд Миратов, — сказал Дэр.

Он поднялся и понес меня прочь из кухни. На сей раз никто не стал запирать котов в чулане.

Глава 11

Глава 11

Когда мы остались наедине, я никак не могла заставить себя убрать руки от шеи Дэра. Так мы и просидели несколько минут на постели.

— Мэй, — тихо сказал он. — Давай-ка я погляжу, что там у тебя за ранки.

Всё ещё дрожа, я покачала головой. Отпустить его значило отдать в объятья страшной тени, вернуть жуткое видение, где властвовала смерть. Неужели будущее стремительно менялось, и теперь жертвой стал он, а не я?..

— Дэр, я снова была в красном доме.

Он настороженно замер, но потом мягко расцепил мои руки.

— Сначала — тело, потом — тревоги сердца.

— Я тоже должна тебя осмотреть, — сказала я. — Так что снимай жилет.

— Я-то сниму, — усмехнулся он. — Меня дважды просить не надо.

И принялся расстегивать пуговицы. Чтобы переключиться, я стала помогать ему.

— Вроде ничего страшного, только несколько