Сердце пламени - Алеся Владимировна Троицкая

— К нам кто-нибудь подойдёт? — рявкнул альх и размашисто стукнул по столу кулаком, как только уселся на деревянную скамью.

Владелец тут же отмер и крикнул куда-то себе за спину:

— Нанэ, дрянная девчонка, хватит поучать Блоху! Слышишь, у нас новые посетители!

Тут же из кухни вышла веснушчатая девушка, поправляя на ходу серый заляпанный фартук.

— Что господа желают?

Альх хмыкнул, достал из-за пазухи два цветных камня и небрежно кинул на стол:

— Нам нужна самая лучшая комната, две лохани с горячей водой, еда и питье.

Рыжая ловко поймала камни, по-деловому взвесила на ладони, посмотрела на просвет и довольно улыбнулась. Взгляд её стал более внимательным, оценивающим, но предназначался он не Ивонет, а мужчине. Рыжая беззастенчиво рассматривала альха, и чем дольше смотрела, тем ярче пылали её карие с рыжими вкраплениями глаза.

«Странная она. Чего уставилась на болвана? Может, слабоумная? Эй, еды неси, вкусной, да побольше!» — возмутилась ласка, и Ивонет прыснула от смеха.

— Простите, мы очень устали и голодны. Если оплата вас устраивает, можно поскорее выполнить нашу просьбу?

Рыжая выпрямилась и недовольно поджала губы.

— А крысам, между прочим, в наше заведение нельзя, даже если они ручные, — и ткнула пальцем в сторону Лимы. — У нас приличный паб.

«Я крыса?! Я тебе покажу крысу, безмозглая курица!» — Лима устремилась к девушке, но Ивонет поймала зверька и усадила на колени. Паника начала накрывать её: она не знала, как вести себя и что говорить, но этого и не потребовалось. По столу в сторону Нанэ прокатился ещё один рубин.

— Это за нашего зверька. Он вас больше не потревожит. Мы достанем для него клетку.

«Клетку?!!»

— Клетку?

— Верно я говорю, Ивонет? — И вновь этот взгляд сквозь повязку, прожигающий насквозь.

— Верно, — кивнула девушка, сильнее прижимая к себе Лиму, чтобы та действительно не исполнила угрозу и не отгрызла подавальщице нос.

— Ну, раз господин обещает, как я могу противиться, — плотоядно улыбнулась рыжая, пряча камни в кармане и едва не вываливая на стол свою пышную грудь. Но сообразила, что щедрый господин не польстится из-за слепоты, и упорхнула выполнять поручение.

— Что-то не так?

Ивонет сжалась, затравленно оглядываясь.

— Просто непривычно. — Она понизила голос до шёпота: — Здесь нам не рады.

— Расслабься, по крайней мере, здесь тебе не воткнут кинжал в спину, намерения каждого видны на лице. Да и не в почёте тут убивать прохожих ради забавы.

— А ради камней? Где ты их вообще взял?

Стихийник улыбнулся. Отвечать на очевидное не имело смысла.

— Сначала кинжал, потом это. Может, сразу расскажешь, чем еще поживился у волков?

— Тогда я перестану тебя удивлять. Тебе станет скучно, и ты от меня сбежишь.

— Лишь после того, как выполнишь условие и избавишь меня от проклятия.

— От дара, — поправил мужчина, склонив голову набок. — Разве ты не передумала?

— Нет. Сначала избавлюсь от него, а потом вернусь в Таврию. Надеюсь успеть, пока не началась война.

— Война? — удивился мужчина. — В мире гармонии и процветания?

— За спорные земли и рудники на границе двух королевств. Вернее, земли не спорные, они наши, но король Варака решил, что это не так. — Девушка вновь осмотрелась по сторонам и, поняв, что к ним интерес постояльцев потерян, подалась вперед и перешла на ещё более тихий шёпот: — Говорят, что на стороне Варака стихийник и что это он разрушил остров Ведающих.

— Невозможно!

— Стихийник, что повелевает ветром.

— Глупые пересуды.

— Я сама слышала, как десница Минфрида рассказывал об этом. Правда, не знаю всего разговора, но речь шла про альха, это точно.

— Горячий суп из креветок, хлеб и травяной чай. Через пару минут принесу пирог из карамбы. Ведь не просто так наш уютный дом зовётся её именем: мама Рида делает самый вкусный в городе. Вам понравится, — протараторила Нанэ, бодро выставляя тарелки на стол, и как бы невзначай тронула мужскую руку. Хихикнула и упорхнула прочь. А когда вернулась с дымящимся пирогом, не удержалась, наклонилась к Янару и что-то жарко зашептала ему на ухо. При этом её ладонь недвусмысленно накрыла его руку.

Мужское лицо потеплело. Ленивая улыбка скользнула по заросшему щетиной лицу и растянула впалые щеки.

— Когда следующий корабль до Урсы?

Девушка надула пухлые губки, давая понять, что не такой вопрос ожидала. Но все же любезно ответила:

— Завтра на рассвете. К этому времени вы успеете хорошенько отдохнуть, — и она томно вздохнула.

— Нанэ, хватить утомлять гостей! — крикнул мужчина за стойкой, разливая по кружкам пенные напитки. — Готовь комнату и накажи Блохе греть воду. Простите мою непутевую дочь, господа, она больше не будет вам докучать.

Сделав неуклюжий книксен, девушка улыбнулась и скрылась на кухне, где послышались топот, суета и тихая перебранка.

— Так мы завтра отправляемся в Урсу?

Ивонет зачерпнула суп, сама не понимая, почему настроение испортилось.

— Да. Перед тем как отправиться в Альмир, мне нужно раздобыть оружие.

Ивонет подавилась и сильно закашлялась.

— Альмир?!

— Тсс… не нужно так кричать о месте, которого не существует.

— Но его правда не существует, это выдумки, сказки для глупых мечтателей, желающих обрести бессмертие! Мир вечного лета в оковах льда. Горящие озера и парящая в небесах земля. В старых преданиях — место сосредоточения силы Изначальных. Источник всего живого и колыбель четырех стихий.

— Действительно, глупость, — мужчина оторвал от пирога кусок и поднялся. — Никуда не выходи, я скоро вернусь.

— Но как же твоя… — Ивонет хотела сказать «слепота», но прикусила язык: стихийник уверенно прошел между рядами столов и вышел прочь.

— Лима, ты слышала?

Ласка, насытившись мясом из пирога, широко зевнула и свернулась калачиком.

«Слышала. Мы отправляемся в Альмир».

— Так он существует?! Но почему ты о нём никогда не рассказывала?

«А ты и не спрашивала».

— Там действительно есть источник вечной молодости?

Ласка зевнула вновь: «Чего там только нет!» — и закрыла сонные глаза.

Не осилив и половину принесенных блюд, Ивонет подозвала рыжую Нанэ и вежливо попросила показать ей комнату. Лихо перепрыгивая через две ступеньки, Нанэ быстро оказалась наверху и пару раз притопнула в нетерпении, пока Ивонет устало передвигала ноги.

— Вижу, вы совсем обессилены, — притворно посочувствовала рыжая и открыла одну из дверей: — Это самая лучшая комната, большая и светлая. Вот тут можете справлять нужду, — она указала на ширму в углу и спрятанную за ней ночную вазу. — А здесь скоро можно будет помыться, — она указала на деревянную бадью, наполненную горячей водой. — Вот кровать, — Нанэ многозначительно приподняла светлые брови, — большая и мягкая, как раз будет впору вашему… — и многозначительно