Виртуальный роман - Алёна Токарева

Я тряхнула головой, чтобы отогнать эти видения. Нет, правда, совсем с ума сошла тётка! Пора задуматься о пенсии, а она вспоминает молодого мужика! Не мужика даже, а парня! Такое под силу понять лишь моему Веруну, которая мается со своим альфонсом, но расстаться никак не может. Хотя ей об этом мачо-байкере лучше не рассказывать — она не простит мне милого её сердцу крокодила Гену, если променяю его на какого-то там мальчишку Тимура. Минуточку! Что за мысли? Не собираюсь я связываться ни с каким Тимуром! Сто лет он мне не нужен! Или всё-таки нужен?

От этих мыслей я споткнулась и уронила вазу с розами, которую несла в ванну, чтобы поменять воду. Она, конечно, выпала из рук, разбилась, вода разлилась по прихожей, а розы, уже кое-где подвявшие, рассыпались по полу.

— Вот чёрт! — в сердцах выругалась я, стукнув кулаком по полу.

С досады вдруг заревела и стала собирать цветы.

— Мам, что здесь у тебя? — выскочил на шум Ромка.

— Да вот эти треклятые розы… — всхлипывая, выдавила из себя я. — А ещё ваза разбилась…

— Ну и ладно! — Ромка испуганно подсел ко мне и стал собирать осколки. — Купим новую…

Кажется, он никогда не видел меня в таком состоянии. Вообще, я редко реву. А тут прорвало.

— Не трогай осколки — порежешься, — прорыдала я. — Веником надо…

Но было уже поздно. Мой парень, конечно, порезался.

— Ну вот видишь! — трагическим голосом воскликнула я. — Я же говорила!

И заревела пуще прежнего. Ромка вообще растерялся.

— Мам, да что с тобой? — бормотал мой ребёнок. — Ничего страшного, я сейчас пластырем заклею… А вазу другую купим!

— Ишь, купит он! — я уже стала успокаиваться. — Перекисью водорода обработай свою рану…

— Да знаю я, — Ромка, увидев, что истерика прекратилась, облегчённо вздохнул и побежал за аптечкой.

А я принялась ликвидировать беспорядок. Решительно сгребла в охапку розы и выбросила их в мусорку. «Вот вам! — подумала со злорадством. — И нечего тут стоять!» Мне казалось, что, если их ликвидировать, то и дурацкие мысли уйдут. Нет роз — нет и мачо-байкера. Словно они были повинны в моём нынешнем состоянии.

Тут зазвонил мобильный. Мама! Надо срочно успокоиться — мамулька всегда чутко распознаёт моё настроение. Начнутся расспросы, что да как, и мне придётся тщательно маскироваться, чтобы она не уловила смятение.

— Алло, Натуля! — встревоженно проговорила мама. — Ты что так долго не подходишь к телефону? Звоню-звоню…

Вот всегда она так! Вечно находит поводы для волнения.

— Почему же долго? — шмыгнула я носом. — Почти сразу и отвечаю…

— А что с голосом? И нос сопит… Ты что, простудилась? — посыпались на меня вопросы.

— Всё нормально! — бодро отрапортовала я.

— Но я же чувствую — что-то не так… — тут же отреагировала моя подозрительная мамулька. — Ты плачешь, что ли?

— Вовсе нет, — я изо всех сил старалась излучать оптимизм.

— А как Ромка? — не унималась она. — Здоров? Вы не поссорились?

— С Ромкой порядок, — отчиталась я. — И зачем нам ссориться? Мы живём дружно.

— Значит, у тебя что-то не так с личной жизнью… — задумчиво предположила догадливая родительница.

Прямо видит меня насквозь! Даже на расстоянии.

— И с личной жизнью нормально, — твёрдо заявила я, постаравшись скрыться в своём воображаемом коконе. — Просто потому что её нет в принципе…

— Вот это-то меня и беспокоит! — горячо подхватила тему мамулька. — Молодая женщина, а всё одна и одна…

— Какая же я молодая? — мне было странно считать себя таковой.

По-моему, уже давно перекочевала в разряд «тёток с авоськами».

— Ну, не юная девочка, конечно… — продолжала рассуждать мама. — Но и не старуха, чтобы ставить крест на личной жизни. Неужели за тобой никто не ухаживает?

Она по старинке так называла этот процесс, который в наши дни, по сути, сводился к постели.

— Да увивается тут один… — пробормотала я. — Только ни к чему всё это…

— Отчего же? — живо откликнулась моя родительница.

— Молодой слишком, — неохотно призналась я. — Парень совсем…

— Да, это ненадёжно, — согласилась она. — И несерьёзно. Как говорится, поматросит и бросит… Тебе нужен мужчина солидный…

— Был тут такой — и солидный, и обеспеченный… — не удержалась я от откровения. — И даже намекал на замужество…

— И что же ты? — оживилась мамуля.

— Да он жуть какой противный… — меня даже передёрнуло от воспоминания о Гене в душе.

— Характер, что ли, неподходящий? — задала наводящий вопрос мама.

— Да характер вроде бы ничего… Я имею в виду внешность… — призналась я.

— Вы поглядите на неё, люди добрые! — заголосила моя мамуля. — В такие годы ещё обращает внимание на внешность! Ты что, девчонка несмышлёная, чтобы западать на красивых мужиков? В мужчине важна надёжность. И ещё доброта, конечно.

— Но мы же с ним не только чай пить будем… — обиженно возразила я. — И книги-фильмы обсуждать…

По поводу своих впечатлений о крокодиле Гене, которого я лицезрела в душе, благоразумно предпочла умолчать.

— Ничего, стерпится — слюбится, — уверенно заявила мамуля. — Главное, чтобы человек был хороший.

Ну, эту избитую истину слышала, и не раз. Мы с мамулькой ещё поспорили, но каждая осталась при своём мнении. И я постаралась скорее уйти от скользкой темы.

Глава 23

На следующий день было воскресенье. Я собиралась как следует отоспаться, а потом заняться домашними делами, как вдруг часов в девять утра раздался звонок в дверь.

«Кого это чёрт принёс? — подумала раздражённо, с трудом выныривая из сна. — Ни дня покоя! Надо будет отключать на ночь звонок». Нехотя встала, набросила лёгкий халатик и поплелась в прихожую. Заглянула в глазок и обомлела — перед моим носом маячила знакомая косуха. Открывать или не открывать? Может, плюнуть и притвориться спящей? Или, действительно, отправиться в постель и постараться снова заснуть? Хотя какой уж там сон! Его и след простыл. Вот так всегда — появляется этот мачо-байкер, и я гарантированно теряю душевное равновесие. И что он никак не оставит меня в покое?

Пока топталась в прихожей и раздумывала, снова раздался короткий звонок. Вот ведь прицепился! Сейчас и Ромку разбудит, а тот точно откроет. Ладно, так и быть, это сделаю я. И выдам сейчас возмутителю спокойствия по первое число! Я стала решительно отпирать замки.

— Что ты трезвонишь с утра пораньше? — с ходу начала свою отповедь, едва распахнулась дверь.