Предатель. После развода - Арина Арская

Неужели папа женится на этой дуре и мне придется терпеть ее глупые шутки, от которых хочется не смеяться, а кривить рожу, как от кислого лимона.

— Кто это? — Афинка дергает меня за рукав куртки.

— Это, — смотрю на ее желтый помпон на шапке, — новая тетя нашего папы.

Глава 44. Пораньше

— Привет! — Диана садится перед насупленной Афинкой на корточки. — Ты, наверное, Афиночка, да?

Афинка недружелюбно щурится, скрещивает ручки на груди и зло шепчет:

— Нет. Я Фишечка.

— Какая прелесть, — Диана переводит на меня лукавый взгляд. — Ты придумал?

— Типа того, да.

Хочу взять Афинку и сбежать.

Может, так и сделать? Пойти к бабушке и дедушке и там переждать?

— Ты рано, — недовольно говорю и хочу сорвать с головы Дианы ее бежевый берет. — Если ты не заметила.

— Решила пораньше, — пожимает плечами и опять смотрит на Афинку. — Не утерпела.

Вот уж простая. Такая наглость. Решила прийти пораньше! А тебя никто не ждал пораньше. Даже папа, если что.

— А меня зовут Диана, — касается коленки Афинки, которая возмущенно распахивает глаза и зло бьет ладонь Дианы. — Ой!

Диана прижимает ладонь к груди и удивленно вскидывает бровь:

— Защищаешь личные границы.

Афинка недоуменно кривится и надувает щечки, всем видом показывая, что Диана ей очень не нравится.

— Я рада с тобой познакомиться, — Диана не собирается сдаваться. Она, видимо, решила довести Афинку до истерики. — Твой папа мне очень много о тебе рассказывал. Говорил, что ты умненькая, красивая и хорошая девочка.

Может, какая-нибудь затюканная девочка и купилась бы на вот такую похвалу и растаяла, но не Афинка.

Афинка прекрасно знает, что она замечательная и самая лучшая девочка на свете, и ей не нужна похвала от “новой тети”.

— Да, я хорошая девочка, — Афинка щурится сильнее. — И что?

Я замечаю, что Диана все же на секунду теряется от Афинки, которая не сдается под сладкими речами и милыми улыбками.

А ты как хотела?

Ты покусилась на ее папочку, который должен быть только с ее мамочкой. Ты враг, а не друг.

— Я тебе кое-что принесла, — Диана внимательно заглядывает в сердитое лицо с красными щечками. — В честь нашего знакомства.

Она поднимается на ноги, и Афинка цепко, как настороженный зверек, следит за каждым ее движением. Может, раздумывает, а можно ли ее пнуть ботиночком.

Да, я прекрасно понимаю, что она ничего плохого не сделала, но такое чувство, что она крадет у нас отца, а мы ничего не можем сделать.

Диана садится на скамью рядом с Афинкой, кладет на колени сумку и медленно расстегивает ее.

Специально медлит, чтобы заинтересовать свою маленькую жертву, которая даже маминым хитростям не всегда верила.

— Может, угадаешь, что я тебе принесла?

Диана расстегивает сумку до половины и останавливается, а мне остается только лишь закатить глаза.

— Нет, — твердо и упрямо отвечает Афинка.

— Я тебя поняла, — Диана смеется, — какая же ты милая.

— Нет! Не милая!

— Хорошо! — с ласковым смехом соглашается. — Как скажешь. Значит, ты у нас маленькая и жуткая? Да?

— У нас? — я в негодовании приподнимаю бровь и кошусь на Диану. — Какие еще нас?

— Да не бурчи ты, — Диана лезет в сумку. — Так-так-так… Неужели я забыла? — в лживом испуге охает она и делает вид, что обеспокоенно шарится в сумке.

Афинку и таким не проймешь.

Она молча смотрит на Диану исподлобья.

Новая тетя папы ей, вероятно, не очень понравилась, но есть риск, что Диана сможет переломить ситуацию в своих интересах.

Афинке всего лишь три года. Да, она настороженная, однако дети редко держат перед взрослыми оборону.

— А нет, взяла, — Диана облегченно выдыхает и достает из сумки небольшого игрушечного мишку.

Симпатичный, надо признать. Чуть больше ладони и с красивым бантиком на шее.

— Привет, Афиночка, — Диана двигает лапкой. — Меня зовут Мишутка.

Афинка фыркает, как обиженный жеребенок, отворачивается от Дианы и утыкается мне в грудь:

— Фу.

Я приобнимаю ее и с вызовом смотрю на Диану, которая растерянно закусывает губы.

— Мишутке было обидно за твое “фу”, — немного хмурит брови.

— Мишутке пофиг, — отвечаю я, — потому что это всего лишь игрушка.

— И у меня много игрушек, — бубнит в мою куртку Афинка.

— Значит, с игрушкой не угадала, — Диана прячет мишку в сумку.

Интересно, поплачется ли она папе, что Афинка не оценила ее подарочек по достоинству? Будет ли она капать ему на мозги, медленно, но верно вызывая в нем в нашу сторону раздражение.

— Уходи, — шипит Афинка, пауза и зло рычит, — дура.

На крыльцо подъезда выбегает мама. Поправляет шарф на голове, запахивает пальто и застывает, заметив Диану, которая поднимает руку в приветствии:

— А вот и ваша мама…

— Мама? — Афинка отшатывается от меня, спрыгивает со скамьи и неуклюже бежит через детскую площадку. — Мама!

— Присоединяюсь к словам младшей сестры, — перевожу злой и ревнивый взгляд на Диану, — тебе стоит уйти. Ты тут лишняя.

— Я понимаю, вам сложно…

— Нихрена ты не понимаешь, — щурюсь. — Ты не станешь нам второй мамочкой.

— У меня нет такой цели, Борис, — Диана застегивает сумку и неловко улыбается. — Я просто хочу с вами подружиться, — поднимает взгляд. — С тобой мы бы могли мирно сосуществовать, и в каких-то вопросах даже выгодно.

— Мама, мне эта тетя не нравится! — голос у Афинки срывается во всхлипы. — Мама!

— Выгодно? — уточняю я. — Вот что ты нашла в папе. Выгоду?

Встаю и шагаю прочь, спрятав руки в карманы:

— Стерва.

Глава 45. Так нельзя

Пролетаю мимо Германа в его спальню, хватаю с кровати телефон и бросаюсь прочь.

— Что же ты так нервничаешь?

Хватает за запястье и в следующую секунду Герман впечатывает меня в стену. И выходит это у него довольно резко и грубо. Я даже пугаюсь.

В глазах его я вижу и злость, и возбуждение.

— Гера… Герман, не дури, — шепчу я, и мой голос дрожит.

Нависает надо мной, упершись ладонью о стену у моего бледного лица, и шумно выдыхает, обжигая кожу.