Упс! или Превратности ведьминой судьбы - Наталья Викторовна Екимова

Поэтому строго приказала себе не отвлекаться и с помощью специальной мерной ложки из эльфийского серебра принялась добавлять разные порошки во вместительный котелок. Отвара должно хватить до того счастливого мига, как меня избавят от одиннадцатого и десятого «Замочков Мрака».

Когда отвлекают, это у меня не вызывает обычно ничего, кроме лёгкого раздражения. Особенно, когда пакостят намеренно. Только откуда было Рассерру знать, что нет ничего упрямее, вреднее и мстительнее, чем обычная человеческая ведьма, когда ту намеренно лишили большей части врождённых способностей?

Активировала защиту на полную мощь, даже редко призываемую на помощь, и всыпала в серебряную ёмкость два последних ингредиента: розовую жемчужную пыль и горсть высушенных лепестков «Последней Надежды». Это растение использовала как можно реже. Росло оно только в самых опасных и укромных уголках Гиблой топи. Его можно было купить только у местных, а они редко соглашались вместо золота оплатить услуги этой могучей травой.

Мне ещё повезло, что Силент в награду за то, что уберегла от самой страшной в его жизни ошибки, преподнёс бесценный подарок в виде средних размеров полотняного мешочка с этим редким компонентом. Без него было никогда не сварить самые сильные средства от многих бед и печалей.

— Ведьма, откуда у тебя столько «Последней Надежды»?

— Не всегда только наглость — второе счастье, — проронила я и принялась деловито помешивать деревянной ложкой а котелке.

Варево уже начинало весело побулькивать. Конечно, вкус у него был отвратительный, но в моём сложном положении особо модничать не приходилось.

Глава 23

Больше ничего говорить не стала, а принялась едва слышно нашёптывать заветные слова. При этом строго следила, чтобы нигде не допустила и малейшей неточности. Потом зачерпнула кружкой прозрачную жидкость с лёгким голубоватым отливом. Остудила её до чуть тёплой температуры. После чего выпила залпом. По телу сразу же разлилось приятное тепло. Через вздох почувствовала себя бодрой и полной сил. Совсем как после долгого сна и сытного завтрака.

Оставалось ещё придумать, чем занять себя до рассвета. Сидеть без дела я никогда не любила. Поэтому решила вышить обережным узором рубашку, чтобы защитить Ринна от происков Рассерра и его сообщников. Примерно час ушёл на то, чтобы отыскать самый эффективный вариант.

Потом заправила ткань в пяльцы и принялась за кропотливую работу. Рубашку брала у некроманта, чтобы пришить оторвавшуюся пуговицу. Подумала, отпорола их все и заменила на серебряные. Каждая из них сама по себе была сильным амулетом, отвращающим беды, болезни и неудачи.

Голос Гариййи был полон неизбывной грусти:

— Скажи мне, колдунья Вианна, почему мы так часто любим тех, кто совсем этого не стоит?

— Этого никто не знает наверняка, моя госпожа. Увы и ах. Просто надо быть предельно осторожными и не позволять водить себя за нос.

— Жаль, даже сильный дар не гарантирует, что не оступишься так же, как я в своё время. Погоди, сейчас принесу тебе одну заговорённую нить. Она защитит Ринна от колдовских чар Рассерра.

Через пару вздохов на мой рабочий столик легла интересная серебристо-зелёная точно шёлковая нить. Ею я и вышила основные защитные руны. Подумала и залезла в сундук, где хранились всякие полезные мелочи. Вытащила оттуда кожаный ремень, что хотела превратить в оберег и продать, да руки не дошли. Достала и специальный набор инструментов для нанесения рун на кожаные изделия и ножны для небольшого кинжала.

За этой работой утром меня и застал Ринн. Увидеть ставшие почти круглыми от удивления глаза некроманта было несколько забавно. В ответ на так и не прозвучавший вопрос, деловито проронила:

— Десятый «Замочек Мрака» не даёт мне спать, чтобы ослабить. Пришлось выпить бодрящего отвара и занять руки и голову делом.

— А когда ты собираешься нормально отдыхать? — недовольно пробурчал дроу, принимая из моих рук ремень и рубаху.

— Как только одиннадцатый и десятый больше не будут мучить меня, станет легче. Увы, от следующей пары можно будет избавиться лишь через два дня. Иначе я могу просто не выжить.

Последнее откровение моему магу смерти явно совсем не пришлось по вкусу. Поэтому он тут же поделился толковой на его взгляд идеей:

— Надо посоветоваться с Линн. Совсем не хочу потерять тебя из-за того, что был недостаточно осторожен и бдителен.

— Луйлинн и Тинн далеко не всесильны. Не надо требовать от них невозможного. Магия и чары Гиблых топей для них — тёмный лес.

— Если с тобой случится что-то плохое, просто могу не пережить тебя Виа, — от такого откровения и скорбного выражения глаз цвет спелых вишен, что каждое лето зреют в саду моих родителей, мне стало совсем дурно.

Не удержавшись, сама обняла дроу и прошептала:

— Всё будет хорошо. Нас много, а он один. Даже повелитель Гиблой топи и тот на нашей стороне, как и его дочери. Надеюсь, что Гариййе позволят вернуть своё тело, как Леваисс. Она совсем не заслужила такой страшной и горькой участи, только потому, что подарила своё сердце этому ничтожеству, помешанному на власти.

— Никому тебя не отдам, так и знай! Ты — моя ведьма! — удивительно, но это наглое заявление не вызвало в моей обычно строптивой душе и тени протеста.

Видимо, она уже поняла, что сопротивляться слишком поздно.

— Давай подождём, пока «Замочки Мрака» пропадут. Пока я опасна и для себя, и для окружающих, — было горько, но лучше правда, чем самая сладкая ложь. — И не забывай, что нам ещё надо отыскать всех, кто играет на стороне Рассерра.

— Я и не собираюсь торопить события. Имея дело с колдуньей, спешить — здоровью вредить! — задумчиво проронил блондин и легонько поцеловал меня в висок. — На счёт этого можешь даже не беспокоиться, Виа.

Потом мы отправились прямо в офис с помощью портального амулета. Удивилась, что все сотрудники нашего колдовского агентства уже были на своих рабочих местах.

Луйлинн разве что не обнюхала меня. Потом проворчала:

— Зря ты всю ночь не спала, Виа.

— Я приготовила «Милость Богини». Так что никакие чары мне не опасны. Как и опасность в самый неподходящий момент свалиться от усталости. Мне нужна твоя помощь, Линн. Нужно поскорее узнать, кто подбросил мне тот амулет, через который Рассерр смог добраться до меня и навесить «Замочки Мрака».

— Пыталась узнать, но там что-то такое наложено, что все мои и моего мужа попытки так и не увенчались успехом, — дровка помрачнела.

Слишком уж тяжело для её самолюбия было расписываться в собственном бессилии.

— Ничего,