День начинается с рассвета - Елена Валерьевна Бурмистрова

– Нет! – отрезал Саша.

Наконец, все было сделано, и они сели в такси. Саша назвал адрес, машина тронулась с места, а сердце Алисы снова подпрыгнуло. Через десять минут они вышли из такси около громадного медицинского центра Ибис.

– Зачем мы здесь? – спросила Алиса.

– Собирать твои миллионы осколков.

Молодые люди поднялись на третий этаж, взяли халаты и сменную обувь.

– Саша, что происходит?

– Родители Эда хотят с тобой познакомиться.

– Почему тут?

– Помолчи хоть минуту, ладно?

Они присели на кожаный диванчик. Минуты шли отвратительно долго. Потом медицинский работник позвал их жестом. Алиса шла за Сашей. Она вся дрожала. Знакомиться с родителями Эда ей было стыдно.

– Ну вот, – сказал Саша, пропуская Алису в палату, – с этим кадром тебя знакомить не нужно, а маму и папу я сейчас представлю.

У Алисы закружилась голова, и она начала падать. Саша подхватил ее и стал приводить в чувство. Медик предложил помощь, но Саша отказался.

– Она сильная и упрямая. Если бы вы знали какая! Справится.

Когда девушка пришла в себя, она увидела, что перед ней на кровати лежит Эд. Он выглядел плохо. Но он был жив. Она не знала, что ей делать: на нее смотрели четыре пары глаз. Алиса присела на кровать и погладила руку Эда.

– Ты жив! Я не могу поверить, я не могу понять. Почему ты всем сказал, что ты погиб? Я сама чуть не умерла.

Алиса много говорила, она не могла остановиться. Потом она сняла с шеи цепочку с талисманом и вложила в руку Эда. Он ничего не говорил, по его щекам текли слезы.

– Саша, я тебя убью! – отчетливо сказала Алиса. – Ты зачем мне устроил такой спектакль и испытания?

– Вот лучше добей его, чтоб не мучился, – рассмеялся Саша. – Он во всем виноват. Я просто держал слово.

– Сашенька, у тебя всегда было прекрасное чувство юмора. Знакомь скорее меня с этой замечательной девушкой, – сказала мама Эда. – Давайте выйдем в коридор.

– Знакомьтесь: это Алиса, а это Элина Вениаминовна и Эдуард Николаевич.

– Мне очень приятно, но и немного стыдно, – смущаясь, ответила Алиса. – Но я так счастлива, что стыд ушел на задний план.

– Деточка, я все знаю. Не нужно стыдиться. Любовь – это прекрасно. Эта ужасная женщина никогда не любила моего сына. И я надеюсь, что ее посадят надолго.

– Посадят? Почему?

– Машину привели в такое состояние, Эд сказал, что тормоза отказали. Сейчас пытаемся добиться, чтобы автомобиль скорее забрали на экспертизу, но это же Африка! Я уверена, что это она. Идет расследование. И мы поэтому всем объявили, что сын погиб. У нее руки развязаны, вот и посмотрим.

– Зачем она все это сделала?

– Она поняла, что Эд хочет с ней расстаться. А это в ее планы не входило. Она хотела остаться богатой вдовой. Сам Эд ей не нужен. Еще и ты, деточка, появилась. Она и испугалась. Кроме выгоды ей ничего не нужно.

– Элина, а картины в доме Эда? Она, судя по всему, их забрала. Зачем они ей? – спросил Саша.

– Это подлинники. И они стоят целое состояние, – сказал Эдуард Николаевич. – Она совершенно случайно узнала об этом. Я проболтался. Виноват. Каюсь.

– Я так и думала. Слишком они были прекрасны, – сказала Алиса. – Простите меня, можно я пойду к нему?

– Конечно, моя милая. Он еще плохо говорит, так что говори ты.

– А как состояние вообще? Какие травмы? У меня отец хирург. Работает в известной клинике. Он гений, говорят.

– Консультация гения нам не помешает. Пока состояние не очень. Травма позвоночника. И по мелочи. Голова не пострадала, кроме челюсти, но ног он не чувствует. Пока. Врачи надеются.

– Я сейчас же звоню отцу. Вы можете отдыхать, я никуда от него не уйду. Спасибо вам.

– Тебе, деточка, спасибо. Любовь ему сейчас необходима.

Эпилог

Год спустя.

В квартире пахло пирогами и елью. Праздник витал в воздухе. На стене в гостиной красовалась картина с деревьями, припорошенными снегом. Это был подарок Егора. Лера еще неделю назад привезла много маленьких елочек, на которых были шишки и снежная вата. Искусственный снег блестел на полу, а волшебства в комнате добавили гирлянды. Окна превратились с их помощью в сказочные врата. Новогодние веночки, сделанные Милой, торжественно красовались на всех дверях квартиры Эда и Алисы.

– Я так давно не видел снега! Это прекрасное зрелище. Спасибо, что вытянула меня сюда, – сказал Эд, выглядывая в окно.

– Одно плохо – Нола скучает! Мы ее бросили.

– Мы вернемся. А ей сейчас не до нас.

– Я так хочу потискать малышей. Интересно, она позволит?

– Позволит, я думаю. Алиса, куда это все?

– Эд, неси прямо под елку. Сейчас будем украшать.

– Ты только не залезай на лестницу, ладно?

– Не беспокойся, я хорошо себя чувствую. Голова неделю уже не кружится.

– Илюха придет и все повесит! Мне пока твой отец не разрешает давать нагрузку на позвоночник.

– Отец знает, что тебе делать! А зачем Илюха сегодня придет? Встречаемся все послезавтра.

– По делам.

– Все с вами ясно. Никак не угомонитесь. Эд, сделай громче, мне так эта песня нравится! Скажи, о чем она?

– Unbreak My Heart – не разбивай мое сердце.

– Спасибо, тебе, что ты есть.

– Forever!

– Что это значит?

– Навсегда!

– Считай, что с этого слова я начала учить английский. Ты поможешь?

– Да, мой кандидат наук, помогу.

– Эд, я все хочу спросить, откуда все же появилась статья о краже детей у Лары Крафт нашей? Я ей звонила, а она сказала, что расскажет все новости только за праздничным столом.

– Сашка ей отдал ее флешку. Сказал, что новогодний подарок.

– Как у него это получилось?

– Лучше не спрашивай.

Резкий телефонный звонок прервал их беседу. Эд ответил. Он кого-то долго поздравлял и искренне радовался.

– Что там, милый?

– Представляешь? Наша парочка открывает в январе выставку! Называется «Африка без прикрас».

– Молодцы! Я знала, что Лера его уговорит, – искренне обрадовалась Алиса.

– Мне кажется, что там мама Ильи все организовала. Она у него волевая женщина.

– Возможно. Скажи, ты веришь в чудо?

– Я?