В жены поневоле - Наталия Ладыгина

— Кое-что случилось. Но ты не волнуйся. Не стоит. Вдруг что с ребенком. Не нервничай.

— Что с ним? Что случилось?!

— Мы немного повздорили. Кирилл дал волю эмоциям, напал на меня. Матвей пытался защитить меня.

— Как защитить?..

— Взял пистолет из моей заначки. Он… немного ранил Кирилла.

— Что?! — делаю резкий шаг вперед.

— Он в порядке. Жить будет. Думаю, через недельку его выпишут. Сможешь быть рядом с мужем.

Отец предает сына, а родной брат стреляет в него. Я была не права. Бывают родители куда хуже моих.

Этот ублюдок считает, что теперь мы будем вынуждены выполнить условия чертового завещания.

— Я не буду помогать вам получить наследство.

— Будешь. У тебя нет выбора, милая. Лучше подумай… Твоя помощь нам, не помешает тебе воспитывать своего ребенка и быть с моим сыном. Ты ничего не теряешь.

Я думаю всего секунду.

Черт с ним. Сейчас самое важное увидеть, что он действительно жив.

— Отвезите меня к нему в больницу.

— Уже слишком поздно, — раздалось позади от «любимой» свекрови, которая подкралась незаметно. — Здравствуй, Ульяна. Я так рада, что ты цела и здорова. Думаю, твои родители тоже будут счастливы узнать, что ты в порядке.

— Не нужно им звонить.

— Почему же?

— Просто… не надо. Я хочу видеть Кирилла сегодня. Отвезите меня к нему, — настаиваю.

— Хорошо, — хмыкнул Алиров старший. — Поедешь с моим старшим сыном и охраной. Потом ты вернешься в этот дом и будешь жить здесь. Можешь называть это тюрьмой. Как хочешь. Но я с тебя глаз теперь не спущу.

Глава 15

Проглотила злобу, которую хотела выплеснуть, и кивнула этому мерзавцу. Сейчас мне важнее всего увидеть Кирилла. Что он жив. Не поверю, пока сама не увижу.

Все же, несмотря ни на что, хорошо, что я приехала. Знаю, что Кирилл мне за это молодец не скажет, но что сделано, то сделано. Я бы и себя, и ребенка извела, если бы еще хоть день прожила в догадках.

— Дорогой, может все-таки не стоит. Он все равно сейчас отдыхает. Зачем ему излишние волнения? Может, будет лучше, если он не будет пока знать, что она вернулась?

Что?

Ах она тварь!

— Если вы сейчас же к нему меня не увезете, — в моем тоне угрожающие ноты, — то я сделаю все, чтобы пресса разоблачила вас в том, как и какими методами вы пытаетесь получить наследство по завещанию. Не думаю, что вам это нужно.

— Не надо угроз, дорогая, — хмыкнул мужчина. — Поедешь. Побудешь с ним сколько захочешь. За тобой будут приглядывать.

Я киваю и разворачиваюсь, чтобы выйти из кабинета. Смотрю на эту так называемую «мать», и диву даюсь. Да ей же плевать на все, кроме интересов семьи в плане денег.

Меня посадили в машину на заднее сидение, а через минуту ко мне подсел мужчина. Должно быть, старший брат Кирилла. Я всего раз его видела, и очень давно. Он не был на нашей с Кириллом свадьбе.

Следом сел в машину водить и охранник. Все четверо выехали с территории.

Я прижалась ближе к двери и молча смотрела в окно. Мы ехали в центр. Скорее всего, он в хорошей клинике. Мне не терпелось его увидеть.

— Кирилл не хочет открывать наследство по завещанию? — прозвучало справа. Судя по всему, мужчина спрашивал об этом меня.

— Что? — поворачиваю голову в его сторону, но мне было плохо видно его лицо.

— Ты слышала вопрос.

— Я… я ничего не буду говорить, — вновь отвернула голову к окну.

Выведать, видно, попросили его все у меня. Черта с два я хоть что-то скажу кому-то из них. Наше положение и так хуже некуда. Я и мой ребенок — в заложниках у родственников мужа. Чудовищно. Дико. Но факт.

— Тебе не стоит опасаться отвечать на вопросы.

— Я не опасаюсь. Я просто не стану на них отвечать.

— Теперь я понимаю, о чем говорил отец… Ты такая же, как и Кирилл. Вы друг друга стоите, — хмыкнул мужчина.

Не желая продолжать эту странную дискуссию, я умолкла.

Вскоре мы были у клиники на западе города.

Было, конечно, уже довольно поздно для посещения, и нас даже не хотели пускать, но после того как главный наследник семейства поговорил с кем надо, нас пропустили дальше по коридору.

— Какая палата? — спросила я нервно, бегая взглядом по идеально белому коридору.

— Двадцать шестая, — и я ринулась с халатом на плечах вперед по коридору. Была готова бежать, но мне это уже тяжеловато было.

Останавливаюсь перед нужной дверью, хватаю ручку, поворачиваю ее и, прикрыв свои веки, вхожу в палату.

Когда распахиваю глаза и вижу его, тут же невольно роняю слезы.

Ранили, да?… Да они чуть не угробили его!

— Кирилл… — шепчу его имя, приближаясь к больничной кровати.

Что-то противно пикало, на нем всякие пластыри, трубки, проводки. Он был слегка раскрыт. Сразу было видно, что ранение пришлось ему в бок. Скорее всего, задеты органы, и он потерял много крови.

— Кирилл… — повторяю как можно тише, чтобы не растревожить его.

Я села рядом на стул и взяла его за руку. Рука прохладная, но вижу, что дышит. Грудная клетка то высоко вздымается, то опускается. Это немного, но успокаивало меня.

Неожиданно, не дав мне побыть с ним наедине и минуты, в палату входит его брат. Смотрит на бессознательного Кирилла потухшим взглядом.

— Видишь. Живой, — бросает он несколько равнодушно.

Я плачу и буквально нахожусь на грани взрыва. Ненавижу… Ненавижу их всех.

— Твой брат в него выстрелил, — процедила я в слезах. — Он мог убить его…

— Но не убил. Он поправится.

— Не убил, да?.. Он выстрелил в него и спокойно расхаживает, как ни в чем не бывало!

— Я не оправдываю Матвея. Мы просто все подневольно играем по правилам нашего отца. По разным причинам. Так получилось, что и ты теперь в этом замешена. Когда все кончится… все будут свободны. Нам просто всем нужно дожить до этого момента.

— Я не поняла… Тебе нужно это наследство, или чтобы все поскорее закончилось?

— Говорю же, у нас у всех разные причины. Матвей хочет милости отца, Кирилл быть с тобой…

— А ты?.. Чего хочешь ты?

— То, что я хочу, получу в лучшем случае через четыре года, — взглянул на мой живот.

— Значит, наследство.

На что мужчина загадочно хмыкнул и покинул палату.

Тут мое сердце тронуло сомнение. Возможно, не все так просто.

* * *

Я провела здесь ночь. Меня никто не пробовал утащить отсюда. Был просто приставлен охранник к двери. Если бы я захотела