Забытый: ЛУКА - Слоан Кеннеди

друга. Неудивительно, что Алекс не выдержал первым. Он прошел мимо меня и поспешил через комнату. Я услышал сдавленное рыдание, вырвавшееся из его горла, как раз перед тем, как он подошел к Реми. Я испытал облегчение, когда Реми раскрыл объятия для Алекса. Реми заключил его в крепкие объятия. Хотя Алекс, возможно, был более красноречивым в плане выражения своих эмоций, Реми не остался равнодушным. Он закрыл глаза, держась за Алекса, и, в какой-то момент, казалось, роли поменялись, и теперь Реми был заключен в объятия. Взгляд Реми встретился с моим поверх плеча Алекса, но я не мог сказать, разозлился он или нет. Мне бы хотелось уделить ему несколько минут, чтобы поговорить о том, что произошло, когда он проснулся у меня в руках, но даже если бы я смог убедить своего брата и Алекса предоставить нам несколько минут, Вайолет явно не захотела бы выпускать Реми из виду, потому что она стала звать его по имени и протягивать руки, когда поняла, что у нас гости.

— Приготовь мне что-нибудь на завтрак, братишка, — сказал Вон, легонько хлопнув меня по плечу.

Я знал, что его интересует не еда, а уединение, которое он получит, пока я готовлю. Он мог поговорить со мной, находясь на достаточном расстоянии от Алекса и Реми, которые были заняты Вайолет. Маленькая девочка, казалось, опасалась Алекса, но я сомневался, что ей потребуется много времени, чтобы принять его. То, как он ворковал с ней и восхищался милым платьицем, в которое Реми одел ее, несомненно, принесло ему дополнительные очки в глазах застенчивой малышки.

Я заставил себя отвернуться и пойти на кухню. Мне по-прежнему была видна гостиная, но я никак не мог расслышать, о чем говорят Реми и Алекс.

— Какого хуя ты делаешь? — Спросил Вон, облокотившись на стойку и скрестив руки на груди.

Как я должен объяснить ему то, чего сам не понимал? Я рассказал ему, что сделал с Реми, когда он был ребенком, но Вона там не было. Да, он долго жил в этом мире, когда искал Джио, но он никогда не поднимал руку на ребенка… он никогда никого не бросал…

Даже когда я обдумывал эту мысль, я знал, что это чушь собачья.

Возможно, он и не бросил бы Алекса, но он был вынужден допустить, что с Алексом что-то случится, чтобы тот не раскрыл свое собственное прикрытие. Он «работал» на человека, державшего Алекса в плену долгие годы. В конце концов, он раскрыл свое прикрытие, когда не было выбора, но сколько раз ему приходилось наблюдать, как молодой человек, о котором он начал заботиться, страдает от рук своего обидчика, и он ничего не мог с этим поделать, потому что похититель Алекса был единственной зацепкой, которая у нас была на Джио в то время?

— Я не смог бы сделать это снова, — пробормотал я.

— Сделать что?

— Уйти, — выпалил я, вымещая свое разочарование на паре помидоров.

— Так какой у нас план? Ты поможешь ему найти семью ребенка, а что потом?

— Не знаю, — признался я.

— Лука...

— Я не знаю, Вон, — огрызнулся я. Я понял, что меня услышали, когда поднял глаза и увидел, что Алекс, Реми и даже Вайолет смотрят на нас. Троица медленно вернулась к тому, чем они занимались на ковре в гостиной. Вон смотрел на меня с жалостью.

Я нарезал лук-шалот, чтобы не смотреть на него.

— Я прослежу, чтобы с ним все было в порядке, прежде чем уйду. Ты это хотел услышать?

— Я беспокоюсь не о нем, — пробормотал Вон.

Это привлекло мое внимание. Я перестал резать и поднял глаза.

— О чем ты?

— Это не изменит твоих чувств, Лука. Не думаю, что ты это понимаешь, — сказал мой брат. Не было никаких сомнений в том, что сейчас он жалеет меня… это было ясно как божий день по тому, как печально он произнес мое имя.

— Если хочешь мне что-то сказать, брат, то просто, блядь, скажи это, — пробормотал я. — Я просто исправляю ошибку, не более. — Мой внутренний счетчик дерьма зашкаливал, но я не собирался говорить ему об этом.

— Эй, — сердито сказал Вон, выпрямляясь и вторгаясь в мое личное пространство. Он понизил голос. — Ты сделал все, что мог, в тех обстоятельствах, в которых оказался. Если бы ты вытащил Реми, когда он был ребенком, тебе все равно пришлось бы жить с чувством вины за то, что ты упустил шанс найти Джио. Ты был в безвыходном положении.

Ярость захлестнула меня, но только потому, что Вон сказал правду, которую я и так знал. Я искал отпущения грехов, но его не было. Даже если Реми каким-то чудесным образом простит меня, я никогда не смогу избавиться от чувства вины.

Но дело было не во мне.

— И что, Вон? Я просто должен попросить прощения и двигаться дальше? Предоставить ему самому разбираться с Вайолет? — Я фыркнул. Протиснулся мимо брата, но, как и следовало ожидать, он схватил меня за руку.

— Я не это хотел сказать, и ты это знаешь. Не вешай мне лапшу на уши. Но он, — Вон махнул рукой в сторону гостиной, — не один. У него есть я, Алекс, Ронан...

— Реми выбрал меня, — выпалил я в ответ, потому что мне надоело слышать имя Ронана, когда речь заходила о Реми.

Вон замер, и выражение его лица сменилось с разочарования на замешательство.

— Лука, скажи мне, что ты привел его сюда не потому, что ты...

— Не надо, — прорычал я, глядя брату прямо в лицо. — Все не так, и пошел ты нахуй, если так плохо обо мне думаешь… брат, — выпалил я.

— Разве можно меня винить? — Ответил Вон, ничуть не смущенный моей яростью. — После того, что ты пытался сделать с Алексом?

С таким же успехом он мог воткнуть мне нож в живот. Я пожалел о своем плане в отношении Алекса, но отчаянно хотел найти Джио. Я извинился перед Воном и Алексом, но чтобы Вон бросил мне это в лицо… это было доказательством того, что я не вернул его доверие.

Может, никогда и не верну.

Но чтобы он подумал, что я привел Реми сюда только для того, чтобы воспользоваться им?

— Джеймс, — прервал его Алекс тихим голосом, в котором слышалось что-то похожее на разочарование. Я всего несколько раз слышал, как он называл моего брата по имени, но это всегда заставало меня врасплох.

До сих пор.

Сейчас я был пиздецки зол, чтобы обращать на это внимание.

Алекс стоял по другую сторону кухонного островка,