Смерть - Мишель Хёрд

— Чувствуешь себя лучше?

Она кивает, но ее тело напрягается, когда все мои люди поднимаются на борт яхты. Когда Эладио уносят под палубу, я спрашиваю Сиару:

— Могу я ненадолго оставить тебя с Педро? Я просто хочу проверить одного из своих людей.

Педро кивает головой в сторону пульта управления.

— Я покажу тебе, как управлять яхтой.

Она слезает с моих колен и, держась на безопасном расстоянии от Педро, следует за ним.

Я быстро встаю и спешу в комнату, где Сэмюэль укладывает Эладио на кровать.

— Как ты себя чувствуешь? — Спрашиваю я.

— Нормально, — с трудом выдавливает он из себя, когда Сэмюэль осматривает рану у него на боку.

Мигель, один из моих людей, приносит аптечку, и пока Сэмюэль готовит все, чтобы извлечь пулю, я подхожу к кровати.

Эладио всего двадцать два, и, хотя он пытается это скрыть, я вижу, что ему очень больно. Ему было тринадцать, когда я его нашел, и он всего год работает охранником. Я практически вырастил его и мне ненавистно видеть, как ему больно.

Сэмюэль быстро делает ему укол, и я говорю:

— Скоро тебе станет лучше. — Я похлопываю его по предплечью. — Просто держись.

Эладио хватает меня за руку и крепко сжимает ее, не отрывая взгляда от моего лица. Я наклоняюсь над ним и кладу другую руку ему на голову.

— Я никуда не уйду, — заверяю я его. Страх искажает его черты, и я говорю: — Ты молодец. Когда мы доберемся до острова, ты сможешь взять две недели отпуска и немного отдохнуть. Хорошо?

Он неуверенно кивает, но затем его хватка на моей руке усиливается, и он стискивает челюсти, когда из него вырывается стон.

Я смотрю на его бок и вижу, как Сэмюэль ищет пулю, а затем встречаюсь с испуганным взглядом Эладио.

— Почти готово. — Я перемещаю руку с подушки на его лоб, чтобы вытереть пот, а затем говорю Мигелю, который стоит у изножья кровати: — Принеси мне тряпку и холодную воду.

Когда Мигель возвращается, я говорю:

— Выжми всю воду из тряпки. — Он выполняет приказ и передает ее мне. Я вытираю лицо Эладио, затем возвращаю тряпку Мигелю. — Промой ее.

Эладио сжимает мою руку так, что становится больно, а все его тело напрягается.

— Достал! — Восклицает Сэмюэль.

Эладио задыхается от боли, его глаза лихорадочно смотрят на меня.

— Ты отлично справился, — хвалю я его. — Я горжусь тобой.

Из его глаза скатывается слеза, и хватка на моей руке начинает ослабевать. Я глажу его по волосам.

— Спи, Эладио.

Его глаза закрываются, и я выжидаю мгновение, после чего высвобождаю свою руку из его. Глядя на Сэмюэля, который зашивает рану, я говорю:

— Нам нужны более сильные обезболивающие. Эта дрянь совсем не помогла.

— Я поговорю с доктором Антонио, как только мы окажемся на острове.

— Ты останешься с ним? — Спрашиваю я.

Сэмюэль кивает, и Мигель говорит:

— Я тоже останусь здесь, босс.

Мигель старше Эладио на три года, и я знаю, насколько они близки.

Подойдя к Мигелю, я похлопываю его по плечу, прежде чем выйти из комнаты. Я направляюсь в главную каюту, где есть ванная, и быстро мою руки. Я ополаскиваю лицо водой, и все дерьмо, с которым я столкнулся, проносится в моей голове.

Поиски Нолана.

Картель Рохаса.

Все травмированные женщины.

Сиара и тот факт, что она, возможно, никогда не полюбит меня так, как я люблю ее.

Издав рык, я бью рукой по стойке, отчего жидкость для мытья рук, лосьон и флакон одеколона летят на пол.

Моя грудь вздымается, и я расхаживаю взад-вперед, как зверь в клетке.

Успокойся. От тебя зависит слишком много людей.

Я останавливаюсь и делаю глубокие вдохи, сосредотачиваясь на том, чтобы взять себя в руки, и как только мои эмоции успокаиваются, смотрю на свое отражение в зеркале, а после покидаю каюту.

Выйдя на палубу, я иду в рулевую рубку6 и вижу, что Сиара сидит, сжав руки, и пристально смотрит на Педро, который, насвистывая, направляет яхту к острову.

Почувствовав мое присутствие, он оглядывается через плечо, и на его лице мелькает беспокойство.

— Эладио?

— Он отдыхает. Сэмюэль вытащил пулю.

Педро прищуривается, глядя на меня.

— Ты в порядке?

Я киваю и протягиваю Сиаре руку. Она быстро вскакивает на ноги, и ее пальцы обхватывают мою ладонь.

Я вывожу Сиару из рубки и направляюсь в носовую часть судна, где расположена зона отдыха. Там Педро сможет наблюдать за нами и не будет нервничать.

Отпустив ее руку, я сажусь и пытаюсь расслабиться. Когда она садится рядом со мной, я поднимаю руку и кладу ее на перила позади нее.

Ее взгляд скользит по моему лицу, затем она придвигается ближе и прижимается ко мне, обнимая меня за талию.

Я обнимаю ее и зарываюсь лицом в ее волосы, глубоко вдыхая ее нежный цветочный аромат.

— Мне жаль, что один из твоих людей пострадал, — шепчет она, и я понимаю, что она пытается меня утешить.

Слегка отстранившись, я встречаю ее обеспокоенный взгляд.

— Я в порядке.

Я удивляюсь, когда она поднимает руку к моему лицу и обхватывает мой подбородок.

— Ты заботишься о стольких людях. — Она наклоняет голову, ее взгляд скользит по мне. — Но кто заботится о тебе?

— Сейчас эту роль выполняет Педро, но если ты готова взять на себя эту обязанность, я уверен, он будет счастлив, — говорю я игривым тоном.

Похоже, она и в самом деле подумывает об этом, и я очень удивляюсь, когда она кивает.

— Хорошо. Отныне я буду заботиться о тебе.

Затем она встает, и когда начинает уходить, я спрашиваю:

— Куда ты идешь?

— Хочу принести тебе что-нибудь выпить. После всего, что произошло, тебя наверняка мучает жажда.

Я усмехаюсь.

— Вернись. Официант принесет фрукты и сок.

— О, — улыбка изгибает ее губы, когда она подходит ко мне и быстро садится обратно.

Ветер развевает ее волосы над моей рукой, и я ловлю несколько шелковистых прядей. Глядя на Сиару, я улыбаюсь.

— Значит, ты будешь заботиться обо мне? — Румянец заливает ее шею. — Может, расскажешь поподробнее, как именно ты будешь заботиться обо мне?

Отворачиваясь от меня, чтобы я не видел, как краснеет ее лицо, она бормочет:

— Я просто буду следить за тем, чтобы ты ел, пил, отдыхал и... ну, знаешь, все такое.

Я снова усмехаюсь.

— М-м-м… мне это нравится. — Я тяну ее за волосы. — Но знаешь, что мне