Вопреки судьбе - Джулия Милтон

Мгновенно в памяти Джералда возникла история с анализами ДНК. Невероятно, но бурно развивавшиеся события последних недель заставили его совершенно забыть о тайном уговоре с врачом. Он находится дома уже несколько дней, но так и не удосужился позвонить и узнать, готовы ли результаты.

Поспешно Джералд попросил:

— Немедленно проводи мистера Броудса в мой кабинет. Я сейчас подойду.

Кивнув, слуга немедленно исчез. Нервно пригладив волосы, Джералд отыскал ближайшее зеркало и проверил, в порядке ли прическа и костюм. Стряхнув с лацкана пиджака невидимую соринку, поспешно направился в кабинет.

Доктор Броудс уже находился там. Он вежливо приподнялся из глубокого кожаного кресла навстречу хозяину.

— Добрый день, мистер Хьюмен.

— Здравствуйте, доктор Броудс. Рад вновь вас видеть. Простите, что не позвонил вам сразу же по возвращении.

— Ничего страшного, — отозвался Броудс. — Понимаю, вы занятой человек… Но перейдем к делу.

Невольно напрягшись, Джералд вопросительно взглянул на врача.

— Анализы готовы?

— Еще несколько недель назад.

— И… — Джералд вынужден был кашлянуть, прочищая горло. Дрогнувшим голосом произнес: — И каковы же результаты?

Доктор Броудс, окинув собеседника испытующим взглядом, ответил не сразу.

— Думаю, вы и сами догадываетесь.

— Отец Джерри… я?

Его собеседник коротко кивнул.

— Да. Ошибка полностью исключена. Поздравляю.

Не в силах справиться с охватившим его волнением, Джералд снова взволнованно зашагал по кабинету, время от времени издавая бессвязные восклицания:

— Дьявол, невероятно!.. Я даже представить не мог!.. Нет, черт возьми, еще как мог!.. Но Тесс… Ну и хороша же! А еще величала меня обманщиком… Как она посмела столько лет скрывать от меня правду, негодница?!

Доктор Броудс с улыбкой наблюдал за Джералдом.

— Друг мой, не торопитесь с выводами. Возможно, у мисс Уолторн были на то веские причины. Но в любом случае вам виднее.

Оценив по достоинству тонкий намек врача, Джералд несколько успокоился.

— Конечно, вы правы, доктор Броудс. Простите меня за невольное волнение…

— Ничего, ничего, — успокаивающе произнес тот. — Другие в подобной ситуации ведут себя куда неадекватнее.

— Разве так много есть желающих провести анализ ДНК? — усомнился Джералд.

— Гораздо больше, нежели вы думаете. Брошенные подруги, любовницы, жены, чьи бывшие мужья не желают платить алименты… Нередкие гости у нас и мужчины, которым навязывают нежелательное отцовство.

— И часто ли родственная связь подтверждается?

Доктор Броудс нахмурил лоб, прикидывая.

— Примерно пятьдесят на пятьдесят. Как видите, результат трудно предсказать заранее. Обычно мы советуем клиентам быть готовым к любому исходу.

Джералд, остановившись, пристально посмотрел на врача.

— Мне показалось, что в моем случае положительный ответ не вызывал у вас сомнений.

Его собеседник многозначительно усмехнулся.

— Видите ли, группа крови — весьма веский довод… — Он чуть помедлил. — И те взгляды, которые устремляла на вас мисс Уолторн, когда думала, что вы не смотрите в ее сторону, — тоже.

Джералд насторожился.

— Что вы имеете в виду?

— Сами знаете, — вновь повторил доктор Броудс фразу, сказанную им в начале разговора.

— Но мне хотелось бы услышать ваше объяснение.

— Я и так сказал больше, чем должен, — произнес он. И, взглянув на часы, вдруг заторопился: — Простите, но мне пора идти. Дела, понимаете ли… Да, чуть не забыл. Вот бумаги, подтверждающие ваше отцовство.

И, откланявшись, доктор Броудс ушел.

Оставшись в одиночестве, Джералд задумался. Что хотел сказать ему недавний гость? На что намекал всем своим поведением? «Есть у меня одна маленькая слабость. Люблю помогать ближнему своему», — вспомнил он слова доктора Броудса, сказанные еще в больнице.

Получается, даже со стороны заметно, как необходима им с Тесс чья-то помощь. Гмм… далековато все зашло. Пожалуй, пора брать ситуацию в свои руки.

И, улыбаясь каким-то своим мыслям, Джералд позвонил слуге и приказал приготовить выходной костюм.

Примерно в это же время Тесс ничком лежала на кровати и беззвучно плакала в подушку. Хоть Джерри играл с друзьями где-то на улице, она боялась рыдать в голос, чтобы ненароком не испугать сына, если бы тому пришло в голову вернуться раньше обычного.

Подобное времяпрепровождение вошло у Тесс в привычку с момента возвращения с Гавайев. Почему-то поговорка о том, что время лечит, в ее случае никак не желала оправдываться. Прошла целая неделя, а боль в груди оставалась все такой же нестерпимой, как в первый день после разлуки с Джералдом…

Напрасно Тесс внушала себе, что надеяться больше не на что и нечего ждать. Джералд никогда не будет с нею, и мучиться из-за любви к нему бессмысленно и бесполезно. Умом она смирилась с этим еще двенадцать лет назад. Но вот сердце… Сердце страдало.

Не может быть, мысленно простонала Тесс, наверное, в тысячный раз. Нет, не верю, что Джералд навсегда для меня потерян. Разве такая любовь, как у нас, может исчезнуть бесследно? Мы же созданы друг для друга, мы не можем друг без друга! Но почему, почему жестокая судьба вновь разлучила нас?

Я одна во всем виновата. Надо было вести себя более сдержанно и терпимо. Если любишь человека, то любишь всего, с головы до ног, со всеми достоинствами и недостатками. А я ведь люблю Джералда, люблю до безумия. Какой же черт дернул меня перечить и грубить ему? Дьявол побери эту бессмысленную гордость!

Всхлипнув, Тесс перевернула подушку с мокрой стороны на сухую и вновь уткнулась в нее носом. Что толку жалеть о прошедшем, когда все равно уже ничего не исправить? Давно известно, что чудес не бывает…

Тесс вспомнила свой последний разговор с Бэби. Тогда малышка грустно повторяла то же самое, а она убеждала ее в обратном. Вот бы и сейчас рядом с нею, Тесс, оказался бы кто-нибудь, кто сумел бы доказать, что волшебство существует!

В груди тоскливо заныло. Нет, надеяться не на что… Чудеса бывают, да только в детстве. А ей уже двадцать девять, и у нее нет заботливой няни. Зато есть горячо любимый сын, о котором нужно печься. Пока рядом Джерри, ей есть ради кого жить. А когда мальчик вырастет и уйдет… Что ж, тогда она и будет думать.

Тесс спустила ноги с кровати на пол и села. Решительно вытерла глаза и приказала себе: хватит! Достаточно предаваться самоистязанию. Она не одна. У нее есть сын, который был и останется единственным смыслом жизни. Разве этого мало?

Может, ей и не суждено вновь испытать счастье взаимной любви. Но и несчастной ее тоже не назовешь. Пора научиться ценить то, что есть, и не терзаться из-за того, чего нет и никогда не будет.