Фэлкон - Мишель Хёрд

— Между нами есть что-то особенное, — твердо говорю я.

— Если ты не исчезнешь из жизни Фэлкона, я расценю это как объявление войны, — предупреждает она.

— Я не хочу с вами воевать, — признаюсь я. — Но я не откажусь от Фэлкона. Я обещала ему быть рядом.

Она долго сверлит меня взглядом, а затем холодно произносит: — Что ж, да будет так.

Она проходит мимо, но на мгновение задерживается.

— Я никогда не приму тебя в нашу семью. Фэлкон женится на Серене.

Когда она уходит, я жду несколько секунд, прежде чем обернуться. Смотрю, как она удаляется по дорожке — статная, властная, идеальная.

Наклоняюсь за сумкой и замечаю, что мои руки дрожат. Вытягиваю их перед собой, заставляя дрожь утихнуть.

Я сажусь прямо на траву и закрываю глаза. Мне хочется оставаться сильной, но эмоции захлестывают. Что мне делать? Мне не тягаться с родителями Фэлкона.

Нуждаясь в поддержке, я достаю телефон и звоню папе.

— Привет, малыш! — раздается его бодрый голос. — Как учеба?

— Привет, папочка, — я вдыхаю и заставляю себя улыбнуться. — Всё хорошо. Ты сейчас где?

— На... — ветер в трубке мешает разобрать слова.

— Где, пап?

— Слышишь меня?

— Да, так лучше. Где ты?

— Я в Намибии. На Берегу Скелетов. Малыш, тут просто дух захватывает.

— Что ты видишь? — спрашиваю, отчаянно желая сбежать туда, к нему.

— Это суровая красота. Огромные безводные равнины до горизонта. Обломки кораблей, разбросанные как скелеты животных. Бушмены называли это место «землей, которую Бог создал в гневе».

Слеза катится по моей щеке. Я закрываю глаза, впитывая его восторженный голос.

— Как бы я хотела сейчас быть там, — шепчу я. — Я скучаю по тебе, папа.

— Лейла? — Он редко называет меня по имени. — Тебе нужно, чтобы я вернулся?

Я почти киваю, отчаянно желая сказать «да».

— Нет, папуль. У меня учеба. Просто хотела услышать твой голос. Пришлешь фото?

— Прямо сейчас сниму. Увидимся на Рождество, я набрал для тебя кучу безделушек.

— Жду не дождусь.

— Посмотри вверх, малыш.

У меня перехватывает дыхание, я борюсь с рыданиями, запрокидывая голову к синему небу.

— Мы под одним небом, — говорит папа.

— Под одним небом, папочка.

Когда разговор заканчивается, я вскакиваю и бегу, забыв про сумку. Бегу мимо ресторана, вверх по тропе, и останавливаюсь только на смотровой площадке.

Я жадно хватаю ртом воздух, глядя на горную цепь Топатопа вдали. И как только дыхание восстанавливается, я кричу. Крик разносится эхом, и мне кажется, что он уносит с собой всю мою неуверенность и отчаяние.

ГЛАВА 20

ФЭЛКОН

Я жду тридцать минут, и когда Лейла так и не появляется, пробую позвонить ей снова. Вызов идет сразу на голосовую почту. Чувствуя нарастающее беспокойство, я набираю номер Кингсли.

— Фэлкон, надеюсь, это ты по делу, — предупреждает она, отвечая на звонок.

— Это я. Лейла с тобой? — Я спускаюсь по лестнице в вестибюль.

— Я думала, она с тобой, — говорит Кингсли. — Я только что вышла из библиотеки, дай-ка я попробую... — Кингсли замолкает, а через пару секунд добавляет: — Её сумка на скамейке возле библиотеки. — Снова пауза. — Я её не вижу. Может, она в туалете?

Плохое предчувствие колом встает в желудке, когда я выхожу из здания. Это совсем не похоже на Лейлу.

Зная, что Кингсли слева от меня, я поворачиваю направо.

— Я проверю ресторан. Дай знать, если столкнешься с ней.

— Договорились. Не переживай так сильно. Уверена, она где-то рядом.

Сбросив вызов, я засовываю телефон в карман и ускоряю шаг. Студенты разбегаются с тропинки, завидев меня. Когда я открываю дверь и вхожу в ресторан, беспокойство сменяется страхом. Увидев мать, обедающую с Сереной, я чувствую, как в груди закипает ярость. Я направляюсь к ним и останавливаюсь у стола. Мать поднимает взгляд, её губы растягиваются в фальшивой улыбке.

— Фэлкон, какой сюрприз.

— Вряд ли это такой уж сюрприз, учитывая, что я здесь учусь, — цинично отвечаю я.

— Тем не менее, — она указывает на пустой стул напротив. — Почему бы тебе не присоединиться к нам?

Игнорируя приглашение, я спрашиваю: — Что ты здесь делаешь?

Мать берет бокал вина и делает глоток, прежде чем ответить: — Думаю, это очевидно. Обедаю с Сереной.

К черту всё это. Мы можем ходить кругами весь день, но это не поможет мне найти Лейлу. Не говоря больше ни слова, я разворачиваюсь и выхожу. На улице холодная хватка страха сжимает мне сердце.

Мать вступала в конфронтацию с Лейлой?

Ей удалось вбить клин между нами?

Телефон звонит, и я поспешно достаю его. Когда на экране высвечивается рабочий номер Стефани, сердце начинает гулко биться в груди.

— Стефани, — отвечаю я, моля богов, чтобы она не сказала мне оставить Лейлу в покое.

— Добрый день, Фэлкон, — звучит в трубке её профессиональный голос, от которого всё внутри болезненно сжимается. — Пожалуйста, подождите, с вами будет говорить мистер Рейес.

Черт. Черт. Черт. Это плохо.

Она переключает звонок, и раздается голос отца: — У меня десять минут. Объяснись.

— Объяснять нечего, сэр. — Я отхожу за угол ресторана, чтобы нас не подслушали.

— Что я слышу о тебе и Лейле Шепард?

— Мы встречаемся, — отвечаю я честно.

Я слышу его тяжелый вздох.

— Ты молод, и желание «разбросать семя» может быть непреодолимым. Я это понимаю, но такие вещи делаются конфиденциально.

Я закрываю глаза и стискиваю зубы, чтобы не сорваться на ругань.

— Твоя мать очень расстроена, — он снова вздыхает, — а у меня нет времени слушать её нытье. Прекрати все связи с этой девчонкой.

— При всём уважении, сэр, я не могу выполнить вашу просьбу.

— Фэлкон, я без колебаний лишу тебя содержания, — угрожает он.

— Если вы считаете, что должны так поступить — воля ваша. — Я зажимаю переносицу пальцами. — Я в состоянии обеспечить себя сам.

— К сожалению, это правда, — признает он, к моему удивлению. — Тогда ты не оставляешь мне выбора. Академия получит инструкции отчислить мисс Шепард и удалить её с территории.

Ярость взрывается у меня перед глазами, на мгновение