Ее безумные звери - Э. П. Бали

Пока мы едем сквозь ночь, я тереблю край платья, пока у Ксандера не лопается терпение.

— Перестань вести себя как добыча, — огрызается он, подавшись вперед. — Не ерзай. Не шаркай ногами, не кусай губы и не трогай волосы.

Я уже собираюсь съязвить в ответ, как вдруг понимаю: он перечислил все мои привычки, когда я нервничаю.

— Ты за мной наблюдал, — тихо говорю я.

— А как иначе? Ты же так и напрашиваешься на внимание.

— Вовсе нет, Ксандер.

— Не называй меня по имени, — рявкает он.

— Вовсе нет, лорд Гигантская Рептилия.

Он рычит. С выдохом Ксандера салон заполняет дым и слабый запах гари, что заставляет Лайла приоткрыть окно.

— Аурелия, — укоризненно произносит он.

— Я просто бодрю его перед вечером, — сладко отвечаю я. — Нам нужно, чтобы он был в лучшей форме.

Проказница, голос Косы проскальзывает в мой разум, заставляя меня подпрыгнуть на сиденье. Прибереги дерзость. Она тебе еще понадобится.



Мы сворачиваем на подъездную дорожку, ведущую к парковке, залитой ярким светом прожекторов. За углом перед нами вырастает массивное трехэтажное черное здание с золотыми буквами на втором этаже: «Жемчужина джунглей». Строение внушает трепет и сочится властью, и моя анима чует, что сегодня здесь затаилось множество хищников. По телу бегут мурашки, волоски на затылке встают дыбом. Костяшки пальцев покалывает — тело умоляет перекинуться, чтобы защитить себя. Чтобы улететь в безопасность.

Безопасность — не то, за что мы держимся, а то, что разрушаем.

Ну что ж, Коса. Будет тебе Змеиная принцесса.

Когда мы паркуемся, Лайл и Коса одновременно смотрят на меня: у одного глаза блестят, у другого — завлекают. Повисает тяжелая, многозначительная тишина, от которой сердце заходится в груди.

Последние семь лет меня заставляли чувствовать себя изгоем, парией. Существом, не достойным ничьего внимания.

И сейчас это чувство внезапно и безвозвратно сгорает, превращаясь в пепел. В глазах щиплет от нахлынувших эмоций.

Ведь только сейчас я осознаю: это платье — вызов. Послание, которое Коса выставил на всеобщее обозрение. Что я — та самая жемчужина. Что я — нечто драгоценное. Особенное. Редкое. Что быть другой не значит быть отброшенной. Это значит, что меня нужно беречь.

Мужчины выходят из машины, и я использую мгновение тишины, чтобы собраться с духом. Дикарь там, внутри, ждет меня. Среди злобных, кровожадных зверей находится мой кровожадный зверь. Я бы убила за этих мужчин. И уже убивала.

А они убьют за меня.

Все будет хорошо.

Лайл открывает дверь, я выставляю ноги наружу, принимаю его руку и сжимаю ее, ища опору. Его глаза жадно впитывают мой образ, пока я выхожу, и мы направляемся ко входу — большой каменной арке.

Отпусти его руку, командует Коса в групповом мысленном чате. Выпрями спину. Чекань каждый шаг.

Наставления Косы по уверенности вызывают у меня бурю чувств, но сейчас нельзя давать волю слезам.

При каждом шаге мое левое бедро мелькает в разрезе, и я не могу не чувствовать себя сексуальной. Я позволяю себе легкую виляющую походку, когда мы приближаемся к входу, который охраняет группа из шести зверей. Они словно материализуются из теней, оценивая нашу силу и статус. Я насчитываю двух гиен, двух волков и двух кошачьих. Стиль одежды у них разный — от костюмов до спортивок и джинсовых шорт, но все одеты в черное или серое.

Большинство склоняют головы при виде Косы, некоторые даже кланяются. Все расступаются, пропуская нас, и когда я следую за ним внутрь, каждый взгляд цепляется за меня. Все понимают, кто я такая.

Вот оно. Мой дебют, как выразился Мардук. Здесь я заявлю о себе самым могущественным криминальным авторитетам, боссам мафии и фигурам преступного мира штата.

Из динамиков качает R&B, мои каблуки звучно стучат по полу. Пахнет тестостероном, сигарным дымом и женскими духами.

Подбородок выше, мысленно напоминает Лайл. Плечи назад. Умница.

Желудок делает кульбит от одобрения в его голосе, и еще раз — когда мы выходим из туннеля и попадаем в основной зал «Жемчужины джунглей».

Здесь масштабнее, чем я воображала. Скорее похоже на огромный холл с отдельными зонами для криминальных боссов и общими площадками с группами кожаных диванов в центре. Через всю дальнюю стену тянется длинный лакированный бар с полками, заставленными дорогим алкоголем. Мужчины и женщины развалились в креслах или… на чьих-то коленях, одетые в вызывающие наряды и увешанные золотом и камнями.

С нашим появлением все пространство затихает.

Впереди сила волной разбивается о мою кожу. Сзади сила расходится ореолом, подобно львиной гриве, а за ней пышет яростным вулканическим жаром. Мы с Косой, Лайлом и Ксандером идем в ногу, и наша общая мощь разливается по залу властным заявлением.

Мы здесь.

И я добавляю к этому свою энергию.

Я снимаю щиты, оставляя лишь ментальную защиту. Моя сила разворачивается, подобно паре золотых крыльев, ловит чужую энергию, как парус, и мощно раздувается.

Слева от меня гиены, справа — ястребы, но больше всех пялятся тигры Клосона рядом с ними. Огромные самцы и самки занимают много места, глядя на меня так, будто я на них плюнула. С ужасом я понимаю — они хотят меня убить. Прямо-таки растерзать. Не могла я так сильно покалечить Титуса. Эгоистичные маньяки. Странно, что его самого здесь нет.

В другой жизни пара моей матери сидел бы с ними, держал двор и с уважением вел своих зверей за собой.

Мне не нравится, как они на тебя смотрят, шепчет Лайл в моей голове. Может, трахнуть тебя прямо здесь и показать им всем, что ты моя?

Насмотреться еще успеют, прерывает Коса. Уйми своего зверя, Лайл.

Какой-то мужчина приближается к Ксандеру, проходя позади меня.

— Господин, — говорит он, — прошу, можно мне…

Договорить он не успевает: раздается громкий треск и в воздухе разливается запах крови. Ксандер толкнул беднягу так сильно, что тот проломил голову о пол.

После этого мои чувства словно обостряются, и я сразу замечаю двух змей. Они заняли угловое место, Ксандер был прав — им явно не хотелось сегодня приходить. Я чувствую их присутствие в тени, куда не достает тусклый свет. Шпионы. Стукачи, готовые доложить о сегодняшних событиях своему хозяину.

Коса занимает место в уютно освещенном углу зала — судя по всему, это привилегированная позиция.