Дамские пальчики - Ольга Лазорева

Япония. Японская полиция обрушилась на брачные интернет-агентства, пытаясь защитить несовершеннолетних, которых с помощью таких агентств вовлекают в занятия проституцией. Японские власти высказали свою точу зрения на деятельность подобных сайтов. Они заявили, что система знакомств по Интернету – вовсе не благое новшество, помогающее одиноким людям найти свое счастье, а орудие преступников. Японские полицейские зафиксировали с начала года более 600 преступлений, связанных с подростковой проституцией. Причем все чаще подобные случаи напрямую связаны с деятельностью брачных интернет-агентств и электронных служб знакомств. В августе полиция арестовала японца, подозреваемого в убийстве 16-летней девушки, тело которой он закатал в цемент и сбросил в море. Полиция подозревает, что познакомился преступник со своей жертвой по Интернету.

Около десяти вечера я, наконец, оторвалась от сайта и решила, что пора накрыть на стол. Пока я общалась с ребятами, то периодически пила вино, и сейчас чувствовала себя нетрезвой. Но настроение было отличным. Я даже решила переодеться, все-таки это Новый год, пусть я и встречаю его в одиночестве. Я слегка подкрасила глаза, тщательно расчесала волосы. Потом надела черные шелковые брюки и открытый топ в виде корсета. Он был из ткани малинового цвета, сплошь переливающейся разноцветными искорками. Впереди он затягивался черной шелковой лентой. Я стояла у зеркала и смотрела на себя, всерьез раздумывая, кого бы из новых знакомых пригласить на ужин.

«Вит, 19 лет, – рассуждала я про себя, беспрестанно улыбаясь, – очень милый и такая улыбка! К тому же студент из Калуги. Странно, что он не поехал на праздники домой! Это кажется мне подозрительным. Ну его! Может, Андрей, 23 лет? Тоже на фото очень милый, работает в строительной фирме, летом институт закончил. Мечтает о связи со взрослой…»

Я заулыбалась, вспомнив одно из его фото. Андрей стоял на пляже. Его загорелая стройная фигура с тонкой талией и широкими плечами четко выделялась на фоне серебрящейся голубой воды. Он лучезарно улыбался, мокрые волосы прилипли ко лбу. От него так и веяло безмятежностью летнего времяпрепровождения.

«И что сейчас делает Ник? – отчего-то подумала я и тут же загрустила. – Представляю, как он сейчас в той глухой мещерской деревушке пьет с кузнецами возле украшенной прямо во дворе елки!»

От этой картины я вновь заулыбалась. Ник работал в кузнице подручным, и такое предположение было вполне обоснованным.

«А может, он уже давно встречается с той малолеткой Полей, – мелькнула мысль. – Она ведь очень хорошенькая! И так была в него влюблена! Но мог бы мне позвонить хотя бы в Новый год!»

В этот момент зазвонил сотовый. Я вздрогнула и глянула на определитель. Но номер был мне неизвестен. После небольшого раздумья я все-таки ответила.

– Оля? – услышала я незнакомый женский голос. – С наступающим!

– Спасибо. И вас также, – настороженно ответила я.

– Не узнала? – захихикала моя собеседница. – Мы по телефону ни разу не общались. Это Куся.

– Кто?! – неподдельно изумилась я.

– Кто, кто? – расхохоталась она. – Порнозвезда! Узнала теперь?

– Узнала и удивлена! – ответила я, не зная, что и думать.

– Вот решила лично поздравить, – сказала Куся и вновь хихикнула. – Не возражаешь? Я тут за твоей дверью стою.

Это заявление вызвало недоверие. Я знала, что Куся не прекратила употреблять кокаин, да и экстази, по всей видимости, и не придала ее словам никакого значения, решив, что она так шутит. К тому же сама я была нетрезва и соображала по этой причине замедленно.

– Открывай, – услышала я в трубке и подошла к двери.

Прислушалась. Но было тихо. Я раскрыла дверь и отшатнулась. На пороге действительно стояла Куся.

– Можно? – усмехнулась она и, не дожидаясь ответа, прошла в коридор.

Я так растерялась, что промолчала. Куся скинула прямо на пол норковый полушубок, перешагнула через него и направилась в комнату. Я подняла полушубок и аккуратно повесила его на плечики. Он был очень красив – на темно-коричневом фоне алели причудливые цветы, зеленели листья и пестрели бабочки. И все это было из меха норки.

– А ты тут надираешься в одиночестве! – услышала я и пошла в гостиную.

Куся устроилась на диване и уже наливала себе вино в мой бокал. Она отпила, пробормотала: «Недурно», поставила бокал на столик и взяла ломтик персика.

– Ничего, что я в сапогах? – неожиданно спросила она и покачала ногой.

Я глянула на ее черные блестящие чистые сапоги на высокой и тонкой шпильке, на темно-зеленые брюки и алую атласную блузку, потом перевела взгляд на длинные золотисто-каштановые волосы, голубые раскосые глаза и крупные губы. Куся была, действительно, очень красивой девушкой, несмотря на то что под ее глазами темнели круги, а выражение лица казалось высокомерным и холодным.

– Но я на машине, – сказала Куся, наблюдая за мной. – Так что обувь чистая.

Я пошла на кухню и принесла бокал. Все происходящее казалось мне странным сном. И я никак не могла понять цель ее визита.

– Как ты меня нашла? – спросила я, садясь на диван и разливая вино.

– А ты так, ничего бабенка, в теле, – сказала Куся, не ответив на мой вопрос. – Юные мальчики таких любят. А у тебя сыра нет? Люблю закусывать красное вино сыром.

– Хорошо, – ответила я и встала.

Зайдя на кухню, открыла холодильник и достала сыр. Потом после небольшого раздумья вынула Ирискин торт. Когда я вернулась в гостиную, Куся смотрела на меня странно оживленно. Ее губы стали ярче, и она беспрестанно улыбалась. Я заметила, как расширились ее зрачки.

«Она тут кокаин, что ли, нюхнула, пока меня не было?» – подумала я и села на диван.

– За тебя, писательница! – довольно ехидно сказала Куся и подняла бокал с вином.

В мой бокал она уже тоже успела налить, пока я отсутствовала. Мы выпили. Дальше события развивались словно без моего участия. Вначале я ощутила странный прилив сил, мне показалось, что у меня даже зрение прояснилось. Я увидела все как бы ярче, выпуклее, а звуки стали громче и объемнее. Помню, что я начала хохотать над всем, что говорила мне Куся. Скоро мы оделись и спустились во двор, потому что она предложила мне встретить Новый год в гостях. И я бездумно согласилась. Мне было необычайно весело, мир казался каруселью, и я неслась на ней мимо всевозможных чудес и красот. Возле подъезда стояла огромная черная машина, из-за снега я не могла различить, какой она марки. Мы погрузились в нее. Водитель завел мотор, и скоро мы поехали в неизвестном направлении. В машине снова стали пить. Смутно помню, как Куся рассказывала мне о своем неудачном опыте в Голливуде. Ее словно заклинило именно на этом воспоминании.

– И эти суки, – громко и с возмущением вещала она, – сказали, что я грязная подстилка и ни один приличный режиссер со мной работать не будет. А то, что мне предложили кинопробы на «Парамаунт», это лишь повод поиметь меня бесплатно. А роль, даже самую захудалую, мне никто не даст. Представляешь, сволочи е…аные! – выругалась она.