Назад уже не вернешься - Эбби Глайнз

Это вышло резче, чем я хотела бы. Черт, но зато честно.

Грант поморщился. Я вела себя как стерва. Обвиняла Нэн в том, что она такая, а сама поступила ничем не лучше.

– Послушай, я не совсем правильно выразилась. Извини. Я только хотела сказать, что Нэн мне не нравится. Вот и все. Я вообще не понимаю, как кто-то добровольно может терпеть ее. За исключением родственников, конечно. А ты не только терпел ее, ты с ней встречался. Из этого следует, что мы никогда не станем друзьями. Извини. Я не хочу показаться стервой, ведь на самом деле я добрая. Просто стараюсь держаться подальше от злых людей. Нэн – воплощенное зло, это наводит меня на мысль, что ты тоже далеко не добрый. Злых людей притягивает друг к другу.

Я замолчала. Не стоило продолжать, потому что, пытаясь объяснить, я все делала только хуже. Я встала и примирительно улыбнулась. Это было несложно, поскольку я действительно считала, что наговорила много неприятных вещей. Со мной такое случалось, когда я начинала развивать свою мысль. В общем, Грант не успел ничего ответить – я убежала. Решила, что попрощаюсь с Рашем и Блэр и поеду в аэропорт. А там возьму билет на ближайший рейс. Если надо, я и в аэропорту могу переночевать. По крайней мере, там Грант не сможет меня найти.

Блэр

– Я все никак не могу прийти в себя. Ты пел для меня, и ты играешь на гитаре. Это было так здорово, Раш. У меня нет слов.

Когда я увидела Раша, стоящего у беседки с гитарой в руках, у меня даже голова закружилась. А потом, вместо того чтобы включить Джейсона Мраза, Раш запел песню, написанную специально для меня. После разных подарков и писем, которые он прислал мне в комнату, я уже думала, что Раш достиг совершенства в выражении своих чувств. Я ошибалась.

– Я бросил гитару еще в колледже. Мне надоело, что девчонки интересуются мной, поскольку я сын Дина. Если бы я еще и начал петь, это еще крепче привязало бы меня к «Слэкер демон». Вот я и решил завязать с пением. Но для тебя… Я хотел, чтобы ты шла ко мне под песню, которую я написал для тебя. Не под ту, которую играют на миллионах других свадеб. – Раш поцеловал меня в шею прямо под ухом и шепнул: – Такой свадьбы ни у кого не было и никогда не будет.

Я прильнула к нему крепче. Мы танцевали под версию Эда Ширана «Kiss Me». Исполнял песню живой ансамбль. Раш хотел пригласить какую-нибудь известную группу, но я воспротивилась. Хотелось, чтобы наша свадьба была праздником для близких людей, а не концертом со знаменитостями и поклонниками. Раш со мной согласился, и мы нашли самую лучшую кавер-группу, какую только можно было пригласить за деньги.

– Жаль, у нас сегодня будет полный дом гостей, – сказала я.

– Это неважно. Нас здесь не будет, – отозвался он.

Я немного отстранилась и посмотрела Рашу в глаза:

– То есть?

Раш усмехнулся:

– Ты и правда думаешь, будто я собираюсь провести эту ночь в доме со всеми гостями? Черт, нет! Нас ждет пентхаус в клубе.

Я была рада, что Раш и об этом позаботился. В брачную ночь мне не хотелось оглядываться на отца Раша и моего папу, ночующих в нашем доме.

– Прекрасно, – сказала я.

Грудь Раша завибрировала от смеха. Я посмотрела на гостей. На свадьбе присутствовали все наши друзья. Все, кого мы любили. Кроме сестры Раша… и его матери. Но их мы решили не приглашать. Они обе ненавидели меня. И все-таки мне было неприятно из-за того, что они пропустили нашу свадьбу. Это было бы важно для Раша. Я лишь надеялась, что когда-нибудь они станут частью нашей жизни. Ради Раша. Я понимала, хотя он и не упоминал о сестре и матери, ему их не хватало.

– Куда ты убрала тот кусочек атласа? – спросил Раш.

Я улыбнулась и закусила нижнюю губу:

– У меня нет карманов.

– Я знаю. Так куда ты его дела?

– В бюстгальтер.

– Ну, думаю, теперь он обретет для меня еще один смысл, – сказал Раш и погладил мою грудь снизу большими пальцами.

– Спасибо тебе за все. За кулон, за браслет и за кольцо. И я разрешаю тебе оставить у себя атлас. Хотя мне нравится, что он сейчас здесь, с нами. Так хорошо думать, что моя мама была и в твоей жизни. То, что ты его прислал, просто чудесно.

Раш крепче обнял меня.

– Да, чудесно, – сказал он и напрягся.

Я подняла голову и увидела, что он пристально глядит за мое плечо. Я оглянулась. На нас смотрел Кейн.

– Наверное, мне следует разрешить тебе танец с ним. Вот, стараюсь себя на это уговорить, – сказал Раш.

Я улыбнулась – Раш так аккуратно выразился.

– Если ты не хочешь, чтобы я с ним танцевала, я не буду. Но я действительно должна подойти и поговорить с ним. Если хочешь при этом присутствовать, можешь пойти со мной. Расслабься. Я теперь Блэр Финли. А он любил девушку, которую звали Блэр Винн.

Когда я произнесла свою новую фамилию, Раш заметно расслабился.

– Скажи это еще раз. Ну, хотя бы ту часть, где ты произносишь свое новое имя, – хриплым шепотом попросил он.

– Блэр Финли, – повторила я.

– Черт, как хорошо звучит, – сказал Раш и поцеловал меня в лоб. – Иди поговори с ним. Но если ты не против… не танцуй. Не хочу, чтобы он к тебе прикасался.

– И обняться при встрече тоже нельзя? – поинтересовалась я, прежде чем подойти к Кейну.

Раш нахмурился и тряхнул головой:

– Если хочешь, чтобы я оторвал ему руки, то можно, – ответил он, и я рассмеялась.

Мой мужчина – собственник.

Я подошла к Кейну, который стоял, засунув руки в карманы, и ждал меня с болезненным выражением на лице. Ему было нелегко, ведь он всегда думал, что я буду с ним. Кейн не верил, что в итоге я выйду за Раша. И ошибся. Чтобы Раш не нервничал, я остановилась в нескольких футах.

– Я рада, что ты приехал.

– Не стану врать – я не хотел. Это Бабуля Кью настояла. А ты потрясающе выглядишь. Так, что даже глазам больно.

– Спасибо. Я не знала, что Раш послал вам приглашения и билеты. Узнала, только когда Бабуля вошла в мою комнату.

– Да, я так и думал, – кивнул Кейн. – Приглашения ведь прислал Раш, а не ты. Бабуля Кью обрадовалась и сразу засобиралась.

– Я счастлива, Кейн.

Он грустно улыбнулся и кивнул:

– Вижу. Это трудно не заметить. Да и он сам, кажется, сейчас лопнет от счастья.

Я не знала, что еще ему сказать. Наше время осталось в прошлом. Когда-то Кейн был моим лучшим другом, а теперь Раш стал для меня всем.

– Береги себя, – сказала я.

Надо было возвращаться, пока Раш не подумал, что мы разговариваем слишком долго.

– И ты, Блэр. Пришли фотографии ребенка. Бабуля Кью будет рада на них посмотреть, – отозвался Кейн.