В полушаге от любви - Ольга Куно

Итак, я объяснила Саманте, что от нее требуется и где находится искомая вещь, а сама осталась ждать ее в своих покоях. Принялась ходить из угла в угол. Напомнила себе, что надо быть более сдержанной, села на стул, но почти сразу же вскочила и продолжила мерить шагами комнату. Такое повторилось несколько раз. Минут через десять я все-таки не выдержала и решила прогуляться по коридорам, дабы перехватить Саманту по дороге. Главное – не подходить слишком близко к территории герцога, чтобы, чего доброго, не привлечь к этому факту ненужное внимание.

Мысленно ограничив прогулочную территорию, я пару раз прошлась туда-сюда, когда услышала шум, доносящийся с интересующей меня стороны. Быстро развернулась (в тот момент я шагала в направлении собственных покоев) и стала напряженно ждать. Топот шагов приближался. Когда шедшие возникли из-за угла, я с трудом сдержалась, чтобы не заскрипеть зубами, и изобразила на лице выражение наивного недоумения.

Лорд Эстли снизошел до простой служанки и шел, самолично держа Саманту за локоть. Правда, на галантное ухаживание это походило меньше всего. Даже на расстоянии мне было очевидно, что держит он крепко; то же самое подтверждалось то и дело сжимавшимися от боли зубами горничной.

– О, леди Антего! – воскликнул он, по-своему обрадовавшись нашей встрече. Впрочем, эта радость не сулила мне ничего хорошего, о чем вполне красноречиво свидетельствовал не только рассерженный взгляд, но и избранное графом обращение. Он не так уж часто называл меня по фамилии. – Я собирался передать эту девицу с рук на руки дворецкому, но, полагаю, вы являетесь даже более подходящей кандидатурой. Это ведь служанка из вашего штата?

– Из штата леди Мирейи, – поправила я. – А что произошло?

– Что произошло? – повторил лорд Кэмерон, взглядом давая мне понять, что я лицемерю и он об этом знает. Я сделала выводы и стала лицемерить более вдохновенно, изумленно похлопав глазками. – Эта женщина, – Саманта сморщилась, поскольку он сильнее сжал пальцы на ее руке, – рыскала в кабинете герцога. Не соблаговолите сообщить, что именно вам там понадобилось на сей раз? Предупреждаю сразу: печать на прежнем месте больше не хранится.

Изумление в моем взгляде сменилось пониманием. Я грозно сдвинула брови.

– Саманта, ты посмела что-то искать в кабинете герцога Альмиконте? – холодно спросила я.

– Я только хотела протереть пыль с картин! – жалобно протянула служанка.

– Чушь, – отрезал Эстли. – Пыль с рам протирали не далее как вчера. К тому же уборку в кабинете герцога проводит другая девушка. И не пытайтесь солгать, будто она заболела и вы ее заменяете. Такие вещи бывает очень легко проверить.

– Да уж, Саманта, ложь тебя не спасет! – гневно подхватила я. – Ты уволена!

– Но, госпожа…

– Разговор окончен! Получишь расчет у казначея. Я выпишу тебе соответствующую бумагу. Это все. Отправляйся собирать вещи.

Я отвела взгляд от Саманты и посмотрела на лорда Кэмерона, давая понять, что мой разговор с девушкой окончен. Горничная, опустив плечи, поплелась прочь. Эстли, прищурившись, покивал, не скрывая злой иронии.

– Когда будете ее увольнять, не перестарайтесь с щедростью, – едко посоветовал он. – А то у меня такое ощущение, что бедняжке нежданно-негаданно перепадет кругленькая сумма, на которую она сможет безбедно существовать в какой-нибудь деревне.

– Не знаю, о чем вы говорите, – пожала плечами я. – Хотя люди действительно порой неожиданно богатеют. Например, получают наследство. Сами понимаете, я никак не могу уследить за такими вещами. С вашего позволения.

Я присела в реверансе и отправилась в свои покои.

В малой библиотеке было темно, и я поспешила зажечь свечи. Прислушалась к происходящему в коридоре и, убедившись, что там никого нет, заперла дверь. Взяв в руку канделябр, прошла между книжными полками. Правда, книги меня сегодня не интересовали.

Добравшись до окна, я поставила канделябр на подоконник и торопливо скинула плащ. Теперь он был не нужен, скорее, только мешал, поэтому я постаралась свернуть его как можно компактнее и спрятала на одной из нижних полок. Так, вроде бы все готово. Теперь окно.

Малая библиотека всем была хороша. И наличием подобранных с отличным вкусом книг, и удобными мягкими креслами, и царившей здесь атмосферой тишины и спокойствия. Но в этот вечер главная ее привлекательность заключалась для меня в том, что окна этой комнаты соседствовали с окном кабинета герцога Альмиконте. И я намеревалась воспользоваться этим фактом, хотя такой способ передвижения и был для меня в новинку.

Распахнула окно и высунулась наружу. Хорошо хоть, что сейчас полнолуние, а ветер давно разогнал облака. Иначе недолго было бы свалиться и сломать себе шею. Впрочем, что это я? Мне и так недолго свалиться и сломать себе шею. Но другого выхода я не видела. Если попытаюсь войти в кабинет через дверь, меня несомненно развернут, как развернули недавно Саманту. И хорошо еще, если при этом я так же легко отделаюсь.

Глубоко вздохнув, я залезла на подоконник. Интересно, кому перейдет мое состояние в случае безвременной и бесславной кончины под окнами дворца? Наверное, родителям. Впрочем, о каком состоянии я говорю? После того как я разорвала отношения с отцом и матерью, ни о каком особенном состоянии речи не шло. Не слишком удивлюсь, если они вычеркнули меня из завещания. Так, что за глупые мысли лезут мне в голову? Полнолуние, не иначе.

Идти по карнизу в обычной дворцовой одежде не решился бы даже безумец, поэтому сейчас на мне было легкое платье неглиже. Корсаж сшит в форме жилета, юбка не слишком широкая, но и не сковывающая движений, кринолин не подразумевается. Я и вовсе обошлась без каких-либо нижних юбок. Знаю-знаю, верх неприличия, зато больше шансов не сорваться. Во дворце носить неглиже не принято, такие платья все больше надевают хозяйки у себя дома, но я воспользовалась плащом как раз для того, чтобы по возможности скрыть неподобающий наряд. Время позднее, по дороге сюда мне почти никто не встретился; будем надеяться, что по пути из библиотеки обратно в спальню тоже повезет.

Тяжело вздохнув во второй раз, я сочла, что фазу «глаза боятся» можно считать исчерпанной, и со спокойной совестью перешла к этапу «руки делают». Выглянула в сад – именно туда выходило окно, – убедилась в том, что там никто не прогуливается, и вылезла на карниз.

Было страшно. Карниз оказался узким, скользким и вообще неудобным. О чем только думали эти строители, право слово! Но, к счастью, путь был коротким. Так что, чуть не сорвавшись всего пару раз, я распахнула гостеприимное окно и благополучно перебралась в запретный кабинет.

Солидный кусок луны, заглядывавший в комнату, не позволял ей окончательно потонуть во мраке. На всякий случай я прихватила с собой свечу: зажигать здешние не хотелось, вдруг кто-нибудь сможет определить потом, что они горели дольше положенного. Но пока предпочла обойтись без дополнительного освещения. Так, что у нас здесь? Справа от окна – входная дверь. А вот на стене напротив висят две картины. Портрет и пейзаж. Видимо, вторая – это именно то, что мне нужно.