Добрая злая любовь - Татьяна Тронина

Аркадий был очень доволен произведенным впечатлением.

– Ладно, мы потом договорим, – он посмотрел на часы, – а сейчас мне пора... Я еще загляну к тебе. А ты подумай над моими словами, – хладнокровно заявил он напоследок. Затем сел в машину, хлопнув дверцей.

Наташа, силясь справиться с дрожью, смотрела ему вслед. И в этот момент – вот она, насмешка судьбы! – из-за угла вывернул автомобиль Макса. Оба затормозили.

Две машины, почти касаясь бамперами, стояли друг перед другом, точно собравшиеся бодаться быки. Макс с ненавистью посмотрел на Аркадия через лобовое стекло. Аркадий улыбнулся с победительным видом и резко дал задний ход. Потом развернулся и на большой скорости промчался мимо.

Макс вылез из машины.

– Чего это он? Носится как угорелый... И что означала его наглая ухмылка?

– Н-ничего... – стараясь взять себя в руки, ответила Наташа. – Я была у Насти, и Аркадий потом подбросил меня до дома.

– Не нравится мне все это, – хмуро произнес Макс. – Ты вся дрожишь. С чего бы вдруг... Он до сих пор тебе так дорог?

– Нет, Макс, что ты! Да я его терпеть не могу, ей-богу! – закричала Наташа и даже собралась перекреститься для убедительности.

Но Макс опередил ее, перехватив руку.

– Вот что, Наташенька... – мрачно произнес он. – Мне действительно все это очень не нравится. И во избежание всяких недоразумений я хочу попросить тебя кое о чем...

– О чем?

– Ты должна обещать мне, что больше никогда не увидишься с Аркадием. Ни-ког-да. И вообще – тебе не стоит встречаться с твоими родственниками.

– Но Настя и Анна тут ни при чем!

– Господи, Наташа, ну как ты не поймешь... Довольно они тобой помыкали! – нетерпеливо закричал Макс.

– Ладно, ладно, я согласна! – быстро ответила Наташа. – Я тебе обещаю... Я тебе обещаю, что больше не буду с ними видеться.

* * *

Наташа стояла за стеной вьющихся лиан и рассматривала только что привезенные из оранжереи растения. «Говорят, пользуются сейчас большой популярностью, – сказала заведующая Галина Викторовна. – Хищники. Пусть немного попривыкнут к обстановке, а потом выставим их на видное место. За ними особый уход нужен...»

Хищниками заведующая назвала венерину мухоловку и непентес ярко-красный – листья у него были в форме кувшинчиков с крышечкой. Это были насекомоядные растения, действительно требующие к себе особого подхода. Поливать их нужно дождевой водой, соблюдая постоянную влажность, и время от времени кормить кусочками мяса или мертвыми мухами.

Наташа знала, что мухоловка и непентес вряд ли долго проживут в комнатных условиях, поскольку они слишком капризны, но наблюдать за ними было интересно – гораздо интереснее, чем за другими растениями, которые годами окружают человека.

Наташа осторожно опрыскала из специального пульверизатора воздух вокруг мухоловки и непентеса, потом отвинтила крышку у стеклянной банки, в которой лежало несколько дохлых мух. Осторожно, с помощью пинцета, бросила муху между раскрытых колючих створок венериной мухоловки. Края у растения вздрогнули и начали медленно смыкаться.

Наташа охнула и решила позвать Вику Абрамову, чтобы та тоже могла понаблюдать за этим удивительным зрелищем. Но, выглянув из-за лиан, обнаружила, что та в данный момент обслуживает покупателей – молодую пару.

Наташа хотела было вернуться к своим насекомоядным растениям, и тут словно кто-то толкнул ее. Где-то она уже видела эту эффектную девушку, которой ее спутник – черноволосый красавец – покупал букет хризантем.

«Катя! Катя Стенич!» – едва не закричала Наташа.

Вика Абрамова составляла искусную композицию, недобро поглядывая на стоявшую перед ней пару. И немудрено – Катя Стенич была чудо как хороша. Белокурые волосы до пояса, огромные синие глаза, сапожки на невероятных шпильках, лохматая пестрая шубка – пожалуй, чуть-чуть рановато для середины октября, но тем экстравагантнее...

Спутник Кати тоже представлял собой нечто особенное – этакий молодец со страниц мужского журнала, из серии «мачо не плачут». Держался он с каким-то особым, раскованным апломбом, так надменно и ласково поглядывал вокруг, что невольно хотелось воскликнуть: «До чего же хорош, стервец!» Жгуче-черные волосы, яркие темные глаза, вызывающая щетина на подбородке. Длинное кашемировое пальто было распахнуто, и под ним виднелся элегантный костюм, штиблеты с моднейшими носами...

Наташа не была специалистом в области одежды, но сразу почувствовала, что Катин спутник – посетитель дорогих бутиков, так роскошно и неброско ложились складки пальто и костюма, так матово сияла кожаная поверхность штиблет...

Словно завороженная глазела Наташа на этих двоих – благо установленные повсюду зеркальные панели позволяли рассматривать Катю и ее спутника со всех сторон. Она была поражена тем, что случай снова свел ее со счастливой соперницей – после той сцены на вокзале Наташа была уверена, что никогда не увидит ни Катю, ни Никиту Рощина. И что призрак ее безответной, немой, ускользающей любви не посетит ее больше.

И вот она снова встретила Катю...

«Но где же Никита? – неожиданно встрепенулась Наташа. – Почему Катя Стенич разгуливает с этим красавцем? И он, ко всему прочему, еще и цветочки ей покупает...»

Наташа была сильно озадачена. «А что, если цветы предназначены вовсе не для Кати? Например, эти двое идут куда-то вместе, где должен быть и Никита... На какой-нибудь праздник, на чей-то день рождения... Я же сама видела на вокзале – у Кати куча знакомых, и может быть, модно одетый молодой человек – просто один из них?»

Наконец Вика Абрамова закончила свою работу и, завязав на букете последний бантик, с холодной улыбкой протянула его черноволосому красавцу.

И в тот же момент все Наташины сомнения были развеяны – красавец небрежно улыбнулся и в свою очередь протянул цветы Кате.

– Тебе, дорогая... – услышала Наташа его хрипловатый негромкий голос.

– Ах, Рома, я обожаю хризантемы! – засмеялась Катя и уткнулась носом в букет. – Они так пахнут... Ты ведь тоже чувствуешь? Они пахнут свежестью и осенью, я схожу с ума от этого аромата...

Катя Стенич говорила громко, ничуть не стесняясь. У нее был особенный, с переливами, голос – наверное, она считала грехом скрывать его от людей. Таким голосом читают монологи со сцены, таким голосом поют романсы. «Ну конечно, она актриса!» – усмехнулась про себя Наташа.

Но в следующий момент произошло совсем уж невообразимое – Катя обняла красавца Рому за шею и принялась вдумчиво, серьезно и очень эффектно его целовать. Не хватало только камеры, снимающей эту сцену крупным планом.

Вика Абрамова за стойкой скривилась и принялась сосредоточенно рассматривать свои длинные накладные ногти, покрытые золотисто-бронзовым лаком. А Наташа в своем закутке едва не выронила из рук стеклянную банку с мухами. Катя Стенич, возлюбленная Никиты Рощина, целовала какого-то совершенно постороннего мужчину! Происходящее казалось Наташе таким непонятным, что она на некоторое время потеряла способность двигаться.