Ранетки - Надежда Зарочинцева

Ко мне нельзя, я ухожу.

А мы быстро, — твердо сказала Лена. — Ска­жите только,почему рукопись моего дедушки, которую я вам лично принесла, печатается поддругой фамилией?

Где доказательства?

Кулемин достал свою рукопись и потряс лист­ками в воздухе.

И что? Может, это как раз вы украли у Зю­зелькова его романи сейчас пытаетесь выдать за свой? — не унимался издатель.

Шестьсот сорок пять страниц на печатной машинке. Печатнаямашинка! — произнес дед Лены так уверенно и отчетливо, как будто изда­тельплохо понимал русский язык.

А у вас — компьютерная копия с копии. От­сканировали, именапоменяли и рады, — добави­ла Лена.

Что молчите? Стыдно стало?.. — наступал на издателя Кулемин.

Издатель схватил какую-то бумажку и порвал ее перед носомПетра Никаноровича.

Вот вам, довольны? Я порвал договор Зю­зелькова. В концеконцов, он и автор-то совсем не известный. Если инцидент исчерпан, прошу васосвободить кабинет.

Ну и нервная работенка, — бросил дед, вы­ходя из комнаты.

...Когда Женя вернулась от репетитора, ее отец смотрелфутбол.

— Нет, ну ты глянь, что он делает! Что ты де­лаешь,придурок, куда ты бьешь? — кричал он, уставившись в экран телевизора.

Женя присела рядом на диван.

Пап, я больше не пойду к этому репетитору.

Ну вот говорил же, надо оборону подтяги­вать! — воскликнулпапа, не отрываясь от экрана.

Пап, ты слышишь?

Да что ж вы все от меня хотите? Ни минуты покоя! — взорвалсяотец. — Куда ты там не пой­дешь?

К репетитору. Он мне даже ничего нормаль­но не объяснил,посадил и удалился с концами. Зачем тогда?.. — законно возмутилась Женя.

Значит, так, будешь ходить как миленькая. Я что, зрядоговаривался? Знания он может и не давать, сама занимайся, он нам как свойчеловек нужен, неужели непонятно? Я такие деньги пла­чу, а ты выкаблучиваешься!

Женя со страдальческим лицом вышла из ком­наты. Похоже,родителям на нее и правда было наплевать.

Лера с Лехой пили чай на кухне, когда хлопну­ла входнаядверь и в прихожую вошел Новиков. Лера с визгом бросилась к отцу и повисла унего на шее, не давая даже поставить вещи на пол.

— Ну что, всех бандитов переловил? —- радост­носпросила она.

— Привет-привет, я тоже соскучился, дай хотьраздеться, — Новиков заметил стоящего в проходе Леху — Здорово, боец! Задание,я вижу, выполняешь исправно.

— Да он здесь прописался, не вытуришь, — за­смеяласьЛера.

Пока она накрывала на стол и резала для отца бутерброды,подполковник рассказывал о рас­крытом деле наркодилера:

— С утра такая свистопляска! Когда на Фурса вышли,я сначала поверить не мог. Мы с ним все-таки с самой академии знакомы, а тут...Кесаря
еще вчера взяли, ну уж он молчать не стал, тут весь клубок и размотали.

Лера села рядом с отцом и прижалась к нему:

Пап, прости меня, я у тебя такая глупая.

Леше спасибо, — ответил Лерин папа.

Служу России! — бодро ответил Леха.

Аня вернулась домой вместе с папой. Они вва­лились вквартиру с кучей пакетов и коробок в руках.

— Я смотрю, вам хорошо вместе, весело, — рев­нивосказала Анина мама.

— Мам, ну не начинай. Мы знаешь, сколько вкусногокупили. — Аня принялась открывать упаковки со сладостями.

А я кашу гречневую сварила. Теперь все в помойку? — чуть неплача спросила Ирина Пет­ровна.

Мы голодные — и кашу с удовольствием съедим, — заявил МихаилАлексеевич. — Аня сказала, ты на работу устроилась? Поздравляю.

Спасибо, не стоит, — нервно ответила ма­ма. — Я сегодня нирубля не заработала. Только ходила и унижалась, предлагая эти дурацкие шампуни.А они все смотрели и посмеивались. Так что можешь радоваться. И вообще уматывайотсюда со своими вкусностями, откуда пришел.

Папа сразу сник. Он протянул Ане несколько купюр, сказалгрустно:

Это вам, — и вышел.

Зачем ты так?.. Он же ничего такого не сде­лал... — сказалаАня со слезами на глазах. — Он вернуться хотел, а ты... Ты теперь сама во всемвиновата.