Знак судьбы - Виктория Холт

Мы с Элси видели, как его корабль заходит в гавань. Я думала, что ничто не сможет меня обрадовать больше. Мой отец был дома!

Мы пошли на набережную. Нам всегда приходилось ждать, чтобы увидеть Тоби, потому что в момент прибытия корабля он был занят всякими формальностями. Но как только появлялась возможность, он приходил к нам.

Наконец наступил момент, когда он появился — такой же, как всегда. Он искал меня взглядом, а я искала сто. Потом — крепкие объятия — чтобы убедиться, что мы вместе, за ними — смех и сдержанные эмоции, ведь они слишком драгоценны, чтобы демонстрировать их при всех.

Рука об руку мы уходили с корабля. Элси всегда наблюдала за нами, и глаза ее радостно блестели. Она терпеливо ждала своей доли внимания. Она никогда не выказывала ни малейшего раздражения из-за того, что играет второстепенную роль.

Думаю, по-своему она очень любила моего отца. Для меня их отношения всегда были загадкой — вечное подшучивание, поддразнивание. Но между ними, несомненно, существовала сильная взаимная привязанность.

Мы вернулись домой, где уже зарезали откормленного барашка. Элси говорила, что Мейб сойдет с ума, если мы не прибудем вовремя, чтобы отдать должное ее кулинарному таланту.

Это было прекрасное Рождество, потому что с нами был Тоби. Меня не переставало удивлять Рождество в Австралии — во времена моего детства, в Коммонвуд-Хаусе его праздновали совсем по-другому. Зимой в этой части света стояла невыносимая жара. И, несмотря на это, на праздничном столе были и запеченный гусь, и рождественский пудинг с пылающим виски — и все это под яркими лучами палящего солнца.

— Ты по-прежнему празднуешь Рождество, — сказал Тоби Элси, — как дома, в Англии, хотя никогда там не была.

— Но Рождество не будет Рождеством без всех этих атрибутов, — заметила она.

Рождество и День подарков мы провели тихо по сравнению с грандиозным праздником, который был запланирован на следующий день. И мне это понравилось. В гости приезжали только Джо с племянником Уильямом, потому что они были почти членами семьи. Тоби развлекал нас историями о своей жизни на море. Казалось, у него был неиссякаемый запас таких историй, и когда он их рассказывал в своей неповторимой манере, было очень интересно.

Тоби сообщил нам, что останется дома ненадолго. На Новый год он повезет груз копры с одного острова на другой. Это займет всего месяц. Затем он вернется в Сидней на пару дней, а потом отправится в круиз по островам. Он улыбнулся мне и сказал:

— Теперь, когда ты стала свободной молодой леди, мне пришло в голову, что ты могла бы поехать со мной в этот круиз.

Я уставилась на него. Разволновавшись, я вскочила на ноги. Тоби тоже встал, и мы обнялись.

— Я подумал, что тебе это может понравиться, и хотел объявить об этом за рождественским пудингом, но не утерпел.

— Какой же ты жестокий, столько скрывал это!

— Он иногда бывает жесток, как садист, — сказала Элси. — Давай, Джо, наполни бокалы. Мы выпьем за круиз по островам.

Потом наступил чудесный праздник — лучший из всех, которые я помню, потому что Тоби был с нами и я знала, что скоро поплыву с ним в открытое море.

В доме была суматоха. Все утро мы готовились к приему. Из гостиной вынесли почти всю мебель, чтобы гостям было где танцевать. Элси очень гордилась своим, как она выражалась, оркестром — он состоял из двух скрипачей и пианиста. Они сидели среди комнатных растений в дальнем углу зала. Стеклянная дверь вела на лужайку, где, вероятнее всего, и будут танцевать гости, потому что день выдался довольно жарким. Этот званый вечер, безусловно, был обречен на успех, потому что всем хотелось повеселиться.

Как я и предполагала, мы начали танцевать в комнате, но вскоре все гости оказались на лужайке перед домом.

В этот вечер я долго беседовала с Джеймсом. Мне было очень жаль его. Он тяжело работал на ферме отца, и я знала, как он расстроился, что его поездку на прииски опалов пришлось отложить. Мое собственное счастье заставляло меня особенно сильно сочувствовать Джеймсу.