Помаши мне на прощанье - Руби Джексон

Фермер мгновенно очутился рядом и быстро оценил ситуацию.

– Сумеешь отползти, Грейс, если я подниму ветви?

– Думаю, да.

– Молодец, девочка.

Он схватил тонкие ветки сильными руками и потянул.

Боль во всем теле становилась острее. Она так старалась помочь Джейн, что игнорировала свои ощущения, и теперь боль, казалось, усилилась. Плечи, руки и ноги ныли от попытки оттолкнуть Джейн от падающего дерева. Ее исхлестали тонкие ветки. И кроме того, в желудке словно поворачивали нож, и она едва подавила вопль.

Мистер Флеминг, мышцы рук которого напряглись, как канаты, старался удержать дерево от падения на Джейн.

– Проверь, как там твоя подруга, если сумеешь.

– Я в порядке, – пролепетала Джейн, – но повернуться не в силах.

– Я помогу, мистер Флеминг. Что мне делать? Может, оттащить ее?

– Такая тощая малышка, как ты? Лучше беги в дом и приведи миссис. На твое лицо смотреть страшно.

– Возможно, просто грязь, – заверила Грейс, пытаясь стряхнуть ее с волос и глаз.

Подойдя к фермеру, она ухватилась за ветки.

– Мы можем попробовать. Пожалуйста!

– Тянем на счет «три», – решил фермер, пристально оглядев девушку.

Откуда только у Грейс взялись силы!

Она принялась тянуть вместе с мужчиной. Дерево сдвинулось.

– Хорошо. Еще раз.

Джейн была свободна.

– Может, вызвать доктора, прежде чем она попытается подняться, мистер Флеминг?

Фермер встал на колени возле Джейн, которая осторожно шевелила ногами.

– Голова болит. И рука тоже, – сообщила она.

– Может, нам следует… – начала Грейс, отчаянно пытавшаяся вспомнить все, что узнала, посещая вместе с Дейзи курсы первой помощи в Дартфорде. У них была брошюра, озаглавленная «Первая помощь для жертв воздушного налета». Там наверняка было что-то и о возможных травмах головы.

– Чашка крепкого горячего чая и отдых – и все будет хорошо, верно, Джейн? – перебил ее мистер Флеминг.

Девушка согласилась и со стонами, с помощью Грейс и мистера Флеминга поднялась с земли.

Они повернулись к трактору.

– Можешь подтянуться здоровой рукой и сесть?

– Я подтолкну тебя сзади, очень осторожно. Хорошо, что левая повреждена, а не правая!

Джейн вцепилась в поручень трактора и подтянулась. Грейс подтолкнула ее сзади. И девушка со сдавленным плачем уселась в кабину.

– Никогда раньше не ехала на тракторе, – храбро выдавила она.

Мистер Флеминг сел рядом.

– Прыгай на трейлер, Грейс, – окликнул он.

Хотя она была совершенно не способна прыгать, все же ухитрилась забраться в кабину, и через несколько минут они ехали к дому, где миссис Флеминг не находила себе места.

– Что случилось? Вы в порядке? – крикнула она.

Облегчение на ее лице при виде девушек, способных войти в дом собственными ногами, было почти ощутимым.

– Ей нужен доктор, – сказала Грейс. – Уверена, у нее рука сломана.

– Просто сильное растяжение. У меня на печи стоит чечевичный суп. Съедите по тарелочке и оживете.

– Взгляните на нее! Она едва стоит! В начале войны я ходила на курсы первой помощи, и это не растяжение, – успела возмутиться Грейс, прежде чем охнуть и согнуться от боли.

– Господи милостивый, что это с тобой? Они обе покалечились, Боб. Приедут из комитета и нас закроют! – в ужасе кричала миссис Флеминг.

Грейс выпрямилась.

– Простите. Это всего лишь спазмы, – успела пробормотать она, прежде чем ринуться в туалет. Вернулась она через несколько минут, и, хотя боли продолжались, на душе стало спокойнее.

Она плакала, сидя в холодном туалете, но это были слезы радости. Она молилась, чтобы это оказалось просто задержкой, и теперь знала, что это именно задержка, а не выкидыш. Угрызения совести за свое поведение терзали ее, но Грейс не представляла, как могла бы жить дальше, поняв, что потеряла ребенка.

К счастью, кухня оказалась пуста. Хорошо, что никто не видит ее чумазого, залитого слезами лица!

Записка на клеенке, покрывавшей стол, гласила: «Грейс, мы везем Джейн в местную больницу. Поешь суп и завари себе чая».

Она не хотела супа с чечевицей, пусть и самого вкусного, потому пошла наверх, в комнату, которую делила еще с двумя девушкам, где умылась и переоделась, прежде чем вернуться на кухню. Чашка чая – как раз то, что ей нужно.

Около половины шестого трудармейки пришли на ужин и с удивлением увидели расставлявшую чашки Грейс. Она наскоро рассказала о событиях дня.

– Я заварила крепкого чая, но понятия не имею, чем вас кормить…

– Когда они уехали? – перебила Ева.

– Не совсем уверена, но была уже вторая половина дня.

– Я однажды прождала в приемном покое пять часов, – мрачно сообщила Шила Смит, – но это было в Карлайле. В больших городах народу больше.

Почти у всех в жизни бывали подобные случае, и они так увлеченно болтали, что не услышали, как подъехала старая машина Флемингов.

– Простите, что так поздно, – были первые слова, услышанные от фермера, когда в комнату вошла очень бледная Джейн. – Бедная, она сломала руку. Глупышка. Но все в порядке. Верно, дорогая?

Джейн не ответила.

– Я отведу ее наверх, – продолжила миссис Флеминг, – и уложу в кровать. День-другой от нее будет мало толка. Девушки, я рада, что вы заварили чай. У меня в кладовой есть чудесный пастуший пирог, испекла только сегодня утром. Так что ужин у нас есть. Пойдем, Джейн, только помедленнее. А вы включите приемник. Может, послушаете что-нибудь веселое.

Девушки заверили, что позаботятся обо всем, и стали выполнять наказы. Но как только услышали, что медленно ковылявшие женщины добрались до верха лестницы, увеличили громкость приемника и сели.

– Ее рука в гипсе? – хором спросили девушки, констатируя очевидное.

– И лицо изуродовано, да и твое не намного лучше, Грейс. Должно быть, большой синяк чертовски болит, – заметила Шила. – Что говорит миссис Флеминг?

– Немного. По-моему, нужно заполнить какие-то формы в случае, если кто-то покалечится. Даже по своей вине.

– А Джейн виновата? – спросила Катя.

Глаза Грейс наполнились слезами. Она так устала и ей так хотелось в постель… но голод оказался сильнее.

– Не знаю. Мы делали все, как в первый раз. У нас обеих полно царапин от сучков и веток.

Она не сказала, что прикрыла своим телом Джейн, защитив от удара. Кроме того, скрыла, что ее руки и спина тоже покрыты синяками.