Свидание в храме Афродиты - Кэрол Мортимер

– Тогда почему такая юная девушка отдала себя Карлайлу? – Уолфингэм оборвал себя на полуслове, его щеки стали белыми как снег. – Карлайл взял вас против вашей воли.

Это было утверждение, а не вопрос.

Это уже было совершенно нестерпимо для нее. Дэриэн слишком много себе позволяет. Мэрайя не могла больше выносить этот допрос. Она даже не могла на него взглянуть!

– Нет. – Руки Дэриэна снова сжали ее плечи, когда она попыталась сбросить их, чтобы сбежать. – Нет, Мэрайя, – мягко повторил он. Герцог разжал руки, чтобы обнять ее, прижать к себе. – Мы уже так далеко зашли, давайте выясним все до конца.

– Почему мы должны это делать? – Она инстинктивно сжалась в его объятиях.

– Возможно, для вашего собственного блага.

Она сердито фыркнула:

– Я уже знаю события прошлого, Дэриэн. Мне совершенно точно нет необходимости вспоминать их со всеми неприятными подробностями.

– Пожалуйста, Мэрайя, – попросил ее Дэриэн, сдерживая собственные эмоции и нетерпение. Он уже понял, что внутри у нее бушует буря.

Он чувствовал ее гнев. Ее боль. И возможно, чуточку желания, которое бросило их друг к другу в объятия всего несколько минут назад. Которое, как он с сожалением понял, возможно, было единственной причиной, почему она еще не дала ему отставку и не ушла в дом. Одна.

Руки Дэриэна крепко обнимали Мэрайю.

– Я был прав, когда предположил, что Карлайл взял вас насильно?

Она сделала глубокий вдох, прежде чем признаться:

– Да.

– Ох, Мэрайя, – пораженно выдохнул Дэриэн.

– Карлайл – я говорила вам – очень нуждался в деньгах, – яростно продолжила леди, будто пытаясь пресечь попытки Дэриэна пожалеть ее. – Он знал, как и весь высший свет, что мой отец очень богат.

– И?.. – подбодрил ее Дэриэн.

Она вздохнула:

– Вы не можете оставить все как есть?

– Так же, как не могу оставить вас, – напряженно заверил ее Дэриэн.

Мэрайя вздохнула, восстанавливая в голове полную картину прошлого.

– Сезон только начался, и мы с Карлайлом несколько раз танцевали на балах. Он не мог не понимать, что не нравится мне. И что я никогда не приму от него предложение руки и сердца. Несмотря на высокий титул, – гневно добавила она.

Дэриэн немедленно почувствовал жгучий стыд, ведь он предположил, что титул мог стать достаточной причиной для нее, чтобы выйти замуж за нелюбимого мужчину намного старше ее самой.

– С моей стороны было естественно предположить это, Мэрайя.

– Возможно, – неохотно признала она, прежде чем продолжить. – Карлайл был не тем человеком, чтобы спокойно принять поражение, тем более от дочери человека, положение которого в обществе он сам и его семья считали очень низким.

– Его семья была к вам жестока?

Если дело обстояло так, это объяснило бы чрезмерное стремление Мэрайи оградить свою дочь от подобного будущего.

– Они считали меня ниже себя и обращались со мной соответственно, – едко произнесла Мэрайя. Она облизнула губы и продолжила рассказ: – Зная мое отвращение к нему, Карлайл однажды затаился на балу, застал меня одну в комнате и… и потом он… Представьте сами картину того, что произошло дальше. – Она задрожала в объятиях Дэриэна.

– Мэрайя! – Глаза Дэриэна словно накрыла черная пелена, он еле сдерживал свой гнев. – Почему ваш отец не разобрался с ним? Не вызвал его на дуэль? Не разоблачил его в обществе, не рассказал, какое чудовище этот чертов Карлайл?!

– Я не… я не осмелилась рассказать моим родителям о том, что случилось.

– Почему?! – Дэриэн сердито свел брови к переносице.

Мэрайя покачала головой:

– Мой отец был очень богат, но все же он не более чем мелкий землевладелец, который сделал свое состояние на торговле. Его принимали лишь в самых низших слоях высшего общества, как и меня. Карлайл, конечно, разорился, но из-за титула он был очень влиятелен. И если бы мой отец вызвал его на дуэль, или сам Карлайл вызвал бы его за обвинения, у меня не было сомнений, кто именно проиграл бы. – Она содрогнулась.

Дэриэн тоже не сомневался в том, кто бы победил в этой ситуации. Мартин Бичем, ко всему прочему, был превосходным стрелком и прекрасно владел шпагой.

– К тому же, – безжизненным голосом продолжила Мэрайя, – Карлайл недвусмысленно дал мне понять потом… после… – легкий румянец появился на ее щеках и тут же пропал, – что, если я донесу на него отцу, граф будет все отрицать и заявит, что вся вина лежит на мне, что это я разожгла в нем желание. Тогда единственным результатом моих признаний станет именно то, к чему он и стремился, – свадьба. Еще он угрожал… – она снова задрожала, – что сделает это снова и снова, пока я не забеременею, а это не оставит мне иного выбора, кроме как выйти за него замуж.

– Сукин сын!

Если бы Карлайл был жив, Дэриэн вонзил бы шпагу или нож в его грудь. Или послал бы пулю в его извращенное черное сердце.

Мэрайя зарылась лицом в грудь Дэриэна, заставив его наклониться к ней, чтобы расслышать ее слова.

– Когда несколько недель спустя я обнаружила, что беременна, хотела умереть или убежать. Я даже думала кончить жизнь самоубийством. И все же я не могла этого сделать, ведь ребенок был внутри меня. Это было бы убийством. Как и предсказывал Карлайл, мой папа, узнав о моем состоянии, не мог отказать графу, чтобы не вызвать скандал и не разрушить все. Меня загнали в ловушку… Мне пришлось выйти замуж за человека, которого я ненавидела всей душой. И который заставил меня бояться… – Она резко замолчала и не в силах больше сдерживаться разрыдалась.

Дэриэн проклинал себя за то, что заставил Мэрайю вновь пройти через эту боль, вновь пережить отвратительные воспоминания.

Гнев бушевал в груди Дэриэна при мысли о надругательстве над столь юным и неопытным существом, над девушкой, которую некому было защитить.

И вот теперь, прижавшись к нему, Мэрайя изо всех сил старалась сдержать слезы.

Дэриэн не сомневался, что это были слезы, которые Мэрайя не выплакала восемнадцать лет назад. Из-за того, каким образом она потеряла свою невинность.

Она оплакивала двенадцать долгих лет несчастливого брака с тем самым мужчиной, который когда-то изнасиловал ее.