Дом на окраине - Нина Князькова

Я чуть струхнула, но прекрасно понимала, что да, поговорить действительно было бы не лишним. А если учесть то, что произошло утром, то я не ждала ничего хорошего.

— Ладно. — Обложила Дарину подушками и повернулась к нему.

Геннадий немного походил по комнате. Молча. Наверное, атмосферу нагнетал. Я тоже первая не заговаривала. Наконец, он подошел ко мне и встал в двух шагах.

— Кира, у меня для тебя неприятное известие. — Трагично сообщил он.

Так и знала. Сейчас скажет, что я страшная, и он меня утром в кровати с кем-то перепутал. Я сбилась с мысли, потому что он вдруг протянул руку и схватил меня за запястье.

— Что…?

— Ты не боишься, когда я держу тебя за руку? — Спросил он.

Я глаза вытаращила от этого странного вопроса. Такого я пока никогда ни от кого не слышала.

— Нет….

— Хорошо. — Удовлетворенно кивнул он и… не отпустил мое запястье. Более того, обхватил его плотнее и большим пальцем погладил внутреннюю сторону. Я совсем перестала понимать, куда он клонит.

— Ты хотел мне что-то сказать. — Напомнила ему, так как он все так же стоял и молчал.

— Да, — вновь кивнул он. — Я буду за тобой ухаживать.

У меня лицо вытянулось от непонимания.

— В каком смысле ухаживать? Ты и так обо мне и Дарьке заботишься….

— Как мужчина за женщиной. Я, кажется, в тебя влюбился. — Со вздохом пояснил он так, как будто это самая великая трагедия в его жизни.

Я чуть на пол не села от такого высказывания. И села бы, не придержи он меня за руку. В каком смысле влюбился? Как это вообще возможно? Я попыталась успокоиться и начать мыслить трезво.

— Ты хочешь отобрать у меня Дарину? — Выплыла у меня из подсознания первая мысль.

— Что? — Теперь лицо вытянулось у него.

— Ну, ты сказал, что влюбился и хочешь за мной ухаживать. Значит тебе что-то от нас нужно. Первое, что приходит на ум, это то, что тебе нужна моя дочь. — Попыталась объяснить.

Корсаров насмешливо фыркнул.

— Нет. По документам Дарина и так моя дочь. Зачем мне ее отбирать у тебя? — Задал он риторический вопрос.

Действительно, незачем. Но для чего тогда он все это мне наговорил?

— Ты хочешь этот дом? — Наконец, догадалась я.

Гек глубоко вздохнул, успокаиваясь. Взял вторую мою руку в свою.

— Мне не нужен твой дом. Если не веришь, то могу переписать на тебя свою квартиру в городе. — Вдруг ошарашил он меня.

— Что? — Я отшатнулась, но он крепко держал меня за руки.

— Кир, я не хочу ничего у тебя отбирать. Мне не нужен этот дом, Дарька мне нужна в комплекте с тобой. — Попытался объяснить он. Но, увидев мою неспособность что-либо понять в данный момент, он помотал головой. — Забудь о том, что я тебе сказал. Давай так. Ты только не нервничай, я не хочу ничего плохого. Просто знай, что я буду за тобой ухаживать. Если тебе что-то не понравится, ты мне об этом говори. Я хочу, чтобы ты ко мне привыкла. — Честно признался он.

Я потянула руки на себя, и он с сожалением отпустил их. Подошла к кровати и села на краешек.

— Я ничего не понимаю. — Мозг лихорадочно пытался понять, что ему от меня нужно. Я потерла лицо ладонями. — Зачем это все?

Корсаров глухо выругался и сел передо мной на корточки.

— Кир, как ты ко мне относишься? — Вдруг спросил он, пытаясь заглянуть в мои глаза.

Я озадачилась еще больше. Задумалась.

— Хорошо отношусь. Ты добрый и замечательно относишься к Дарине. — Сформулировала.

Кажется, что я сказала что-то не то, потому что Гек явно расстроился.

— Ладно. — Все-таки кивнул он. — Я тебе не противен?

Я нахмурилась.

— Нет. Почему ты должен быть мне противен? Ты не делаешь ничего плохого. — Пояснила.

Идиотская какая-то ситуация. Зачем он мне задает такие вопросы? Он не пьет. Не бьет меня. Деньги не отбирает. Помогает, наоборот. И прекрасно знает об этом.

Геннадий задумчиво рассматривал меня.

— А тебя не смущает мой возраст? То, что я намного старше тебя? Тебе это не мешает при… общении со мной? — Поинтересовался он, не сводя с меня своих карих глаз.

— Как это может мешать? — Удивилась.

— Хорошо. — Кивнул он. — А моя внешность тебя не отталкивает?

— Нет. Почему она должна отталкивать? Ты приятный, к себе располагаешь. И вполне симпатичный. — Я немного смутилась. — Красивый даже.

Корсаров вдруг улыбнулся.

— Ты тоже очень красивая. — Он осторожно протянул руку и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, смутив меня еще больше. — И поэтому я хочу часто держать тебя за руки. Ты позволишь?

Я не поняла, зачем ему это нужно. Но руки — это же безопасно? Кивнула. Гек все так же плавным и осторожным движением взял мою левую ладонь и раскрыл ее. А я и не заметила, как сжала ее в кулак.

— Можно? — Он вопросительно посмотрел на меня снизу вверх.

Кивнула. Мужчина тут же приблизил мою ладонь к своему лицу и принялся рассматривать на ней все черточки-морщинки. Более того, он принялся водить пальцем по каждой линии, при этом бросая быстрые взгляды на мое лицо. Я дернулась.

— Неприятно? — Тут же забеспокоился он.

Я покачала головой.

— Щекотно. — Призналась.

Он вдруг улыбнулся озорной мальчишечьей улыбкой.

— Значит, не все потеряно. — Пробормотал он.

Если честно, то я совсем не поняла, зачем Корсарову понадобились мои руки. Но ничего плохого он вроде бы не делал. И не лез ко мне с поцелуями, как я опасалась. Просто перебирал мои пальцы и гладил ладони. А еще он весь вечер провел рядом со мной и Дарькой, постоянно смущая меня своим пристальным взглядом. И зачем он задавал все эти странные вопросы?

Я лежала на кровати, когда дочь уже уснула и пыталась осознать то, что сегодня произошло. Геннадий почему-то начал странно себя вести. Сказал, что влюбился и трогал мои руки. А еще на кой-то черт предложил переписать на меня свою квартиру. Последнее было совсем немыслимым. Может быть, у него что-то психическое по весне обострилось? Надо успокоительные травки позаваривать во избежание нехороших ситуаций.

Я настолько углубилась в свои мысли, что не сразу заметила, что в комнату вошел Корсаров. Тут же села на кровати.

— Что ты здесь делаешь? — Тревожно спросила. Мало ли что случилось….

Он немного помялся, затем прошел в комнату и сел на кровать.

— Можно, я здесь посплю? — Спросил вдруг.

Мне кажется, что у меня сегодня глаза на пару сантиметров больше стали из-за постоянного удивления.