Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

– Именно по этой причине он не сделал этого.

– В следующий раз хорошенько замусорь свой VW.

– Мусор вместо сигнализации?

Лука кивнул:

– Нам следует запатентовать идею.

Я нерешительно засмеялась и снова помешала молоко, от которого поднимались маленькие облака пара. Я была благодарна Луке за то, что он хотел приободрить меня, но это не помогло бы. Мои мысли и чувства находились в той черной точке, из которой только время могло унести их.

– Сага? – Его голос звучал озабоченно. Я перевела взгляд с кастрюли на него. Он пристально смотрел на меня, подняв брови. – Не волнуйся. Мы справимся.

– Мы?

Лука кивнул.

– Возможно, я был на балконе нетрезвым, но я не лгал. Я серьезно думаю то, что сказал.

– Что ты думаешь?

– Что ты мой номер три.

– И подарки других ничего не изменили?

– Они не имели ни одного шанса против лучшего подарка в мире. – Лука улыбнулся, и на его щеке наметилась ямочка.

Мне пришлось отвести взгляд, чтобы не сделать опрометчивого шага и не обнять его. Я взяла мед и щедро положила его ложкой в теплое молоко. Я все время чувствовала внимание Луки.

– Апрель и я не оставим тебя на произвол судьбы, – продолжил Лука. Он понизил голос до шепота.

Мне стало жарко, не из-за панической атаки, а из-за какого-то… теплого чувства.

– Почему?

Лука наклонил голову.

– Почему что?

– Почему вы хотите мне помочь? Мы знакомы всего несколько недель.

– С каких пор дружба определяется временем?

Я достала себе чашку из шкафа, чтобы не надо было смотреть на Луку. Дружба. Странно было слышать это слово от него. Еще несколько часов назад я даже не была уверена, нравится ли он мне. Признаю, он всегда был милый и готовый помочь, и хорошо относился ко мне. Однако уважительное отношение к людям еще не признак дружбы.

– Ты тоже хочешь?

Лука вытянул шею и посмотрел в кастрюлю.

– Если что-то останется.

Я взяла из шкафа вторую чашку и разделила молоко между нами. Лука вытащил правую руку из-под бедра и взял чашку, которую я ему протянула. Потом я прислонилась к кухонному шкафу и сделала первый глоток. Молоко было сладким от меда, как я любила, и приятное тепло побежало к желудку.

Лука закашлял. Он спрыгнул со стойки и поставил чашку. Сделав три больших шага, он оказался у холодильника, вытащил бутылку воды и жадно отпил.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Боже мой, это отвратительно, – простонал он и провел тыльной стороной кисти по губам. С перекошенными губами и наморщенным носом он смотрел то на меня, то на чашку.

– Как ты делаешь эту штуку? Она на вкус как сироп.

– Мне нравится сладкое, – сказала я и сделала еще глоток.

Он вздрогнул от отвращения.

– Ты можешь выпить остаток моего молока.

Я пожала плечами, взяла его чашку и перелила содержимое в свою.

Лука допил воду и взял из холодильника холодный кусок пиццы. Потом он снова сел на стойку.

Мы молча ели и пили. И с каждой прошедшей минутой, с каждым выпитым глотком и каждым взглядом, который бросал на меня Лука, я становилась спокойнее. Этому помогло осознание, что я не одна. В Мэне у меня была Меган. Оставить ее, чтобы убежать от него, было самым тяжелым. Мы дружили с детства. Другие дружбы из детского сада, начальной и средней школы заглохли – некоторые через два-три месяца, другие уже через пару недель, а часто дружба длилась лишь несколько дней.

Однако в случае с Меган и мной это была постоянная величина, и уже несколько лет она была единственной моей подругой, как бы жалко это ни звучало. Когда-то я была слишком напуганной, чтобы сблизиться с людьми из своей школы, и в мыслях я уже примирилась с тем, что в Неваде придется рассчитывать только на себя, по крайней мере, первое время, пока я не справлюсь со своими проблемами. Знать теперь, что на моей стороне Апрель и Лука и что они не отвернутся, много значило для меня, так как, имея друзей, намного легче вести борьбу с демонами будней.

Я поставила пустую чашку в мойку и повернулась к Луке, который спокойно смотрел на меня. И, не думая о сомнениях и опасностях, я преодолела дистанцию между нами и обвила его руками.

– Спасибо, – пробормотала я на его груди и крепко прижала его к себе. Лишь на секунду, прежде чем снова отстраниться. Вероятно, Лука не подозревал, что это значило для меня, но я знала, и этого было достаточно.

Он посмотрел на меня сверху вниз. В его глазах отражалось замешательство, но он улыбнулся. И, пока он ничего не сказал, я пожелала ему спокойной ночи и вернулась в гостиную. Я легла на диван, потушила настольную лампу и вскоре заснула с чувством тепла в животе.