Запретные наслаждения - Бертрис Смолл

– Восемь вечера в субботу. Эрон не звонил?

– Я получила две открытки с Капри. В последней он жаловался, что Керк не позволяет ему оставаться дольше и настаивает на возвращении в Тоскану.

– Мой брат такой бродяга! – засмеялась Рина. – Я не осуждаю Керка. Когда они возвращаются?

– В воскресенье днем. Увидимся вечером в субботу, – заключила Эмили.

– Нам обязательно нужно ехать? – закапризничал Майкл.

– Обязательно! – отрезала Эмили. – Рина для меня что-то вроде матери, а ее брат – мой агент. Она мне почти родственница. И тебе она понравилась, а доктор Сэм будет держать ее в руках и не допустит никаких неловкостей, обещаю. Удивительно, что она позвонила. Я думала, этот уик-энд она проведет в Кэмп-Коузи. Должно быть, Сэм дежурит в больнице.

– А где этот Кэмп-Коузи? – с любопытством спросил он.

– Двадцать пять лет назад Рина и ее соседи по Энсли-Корт купили большой старый дом в горах на озере. Женщины с детьми проводили там каждое лето. Дети и назвали дом Кэмп-Коузи.[10]Мужчины приезжали по уик-эндам или проводили там неделю-другую в августе. По крайней мере в субботу не все будут в клубе.

На этот вечер они взяли его машину. В клубе их усадили за столик с видом на поле для гольфа.

– Ты играешь? – спросил Майкл. Эмили покачала головой:

– Я не особенно увлекаюсь спортом.

– По-моему, ты себя недооцениваешь, – ухмыльнулся он.

Она рассмеялась, но тут же, чертыхнувшись, прошептала:

– Принесло же их! Это Карла Джонсон и ее муж Рик. И Тиффани и Джо Пьетро д'Анджело.

– Кто они? – удивился Майкл.

– Соседи Рины. У Рика и Джо маленькая юридическая контора. Но я думала, они будут в Кэмп-Коузи. Крысы паршивые! Они нас увидели! Карла Джонсон машет мне! – Она помахала в ответ и прошипела: – Я убью Рину собственными руками!

– По какой причине вы собираетесь убить мою жену? – спросил подошедший Сэм и, поцеловав Эмили в щеку, уселся.

– Здесь, похоже, собрался весь город, – пробормотала Эмили. – Я говорила Рине, что не хочу сегодня ужинать в клубе, но почему Карла и Тиффани вдруг оказались в городе? Ведь это последний большой летний уик-энд в Кэмп-Коузи!

– Неподалеку от лагеря вспыхнул лесной пожар, – объяснил доктор Сэм. – Лето было слишком сухим. Особой опасности нет, но пожарные на всякий случай попросили людей уехать. А вы знаете мою Рину, она выступает в холле как наемный комик, развлекая посетителей. Наверное, уже успела рассказать всем, что Майкл – ваш редактор, а вы знаете, как любит Карла красивых мужчин.

– Даю ей две минуты! – мрачно бросила Эмили. Майкл встал.

– Сейчас я все улажу, – ухмыльнулся он и подошел к Рине, которая беседовала с двумя подругами. – Рина, дорогая моя, – начал Мик, беря ее за руку, – мы не можем сделать заказ, пока вы не присоединитесь к нам. А я совсем изголодался.

Он ослепительно улыбнулся Карле Джонсон и Тиффани Пьетро д'Анджело.

– Я Майкл Девлин, редактор Эмили. Надеюсь, вы не будете возражать, если я украду у вас Рину?

И не успели женщины опомниться, как он взял Рину под руку и проводил к столику.

– Вы нахал, дорогой мой, – пробормотала на ходу Рина.

– Эмили очень расстроилась. По какой-то непонятной мне причине она желает держать нашу связь в тайне, – тихо пояснил Девлин. Шагнув к столику, он торжественно усадил Рину и сел сам.

– Мне он нравится, – хмыкнула Рина. – Даю свое благословение, дитя мое. Делай с ним все, что пожелаешь.

– Дерзкая выходка, сэр! – разразилась смехом Эмили. – Как только ты отважился на такое, Девлин?

– Лично я согласен с женой, но когда я не был с ней согласен? – провозгласил доктор Сэм, прежде чем обернуться к официанту. – Мне лососину в укропном соусе, только с рисом, а не с тем розовым картофелем, который вы вечно пытаетесь мне всучить. Салат полейте бальзамическим уксусом, и сегодня я требую, чтобы в корзинке для хлеба лежало побольше черничных булочек.

Пока они ели, оркестр настраивал инструменты, и к тому времени, как подали десерт, начались танцы. В соответствии со вкусами публики музыку нельзя было назвать современной: фокстрот, вальс, румба, самба. Зелигманы ушли танцевать, и Эмили с улыбкой наблюдала за ними.

– Правда, они славные? Обожают друг друга, – заметила она.

– Они хорошие люди. Тебе повезло с друзьями.

– Это верно, – кивнула Эмили. – Только в Америке католичка ирландско-польского происхождения может получить евреев в качестве суррогатных родителей. Предки Сэма, как и Данемы, были в числе основателей Эгрет-Пойнт. Начиная с первых дней, в городе всегда практиковал доктор Зелигман, так что должность передавалась по наследству.

– Никогда не рассматривал историю Штатов с этой точки зрения, – покачал головой Майкл. – Прости, что не приглашаю тебя на танец. Боюсь опозорить нас обоих. Не могу держать тебя в объятиях без того, чтобы брюки не стали тесны.

Эмили залилась краской, но все же тихо засмеялась.

– Что будет с нами, Мик? Это наставничество выходит из-под контроля, не находишь?

– Не знаю, – медленно протянул он. – И не считаю, что я несчастен: скорее, наоборот. Как насчет тебя?

– Со мной то же самое. Давай посмотрим, сумеем ли путешествовать вместе. Когда ты летишь во Франкфурт?

– В начале октября. Хочешь, десятого встретимся в Англии?

– Завтра же закажу номера в гостинице Барроу. Ты надолго к Палмерам?

– На три дня. Четырнадцатого собираюсь вылететь в Штаты, чтобы днем успеть в офис. Не хочу, чтобы Джей-Пи допытывалась, что меня так задержало. Поскольку я собираюсь помирить Пруни и Саванну, будем считать, что в Англии у меня дела, и к тому же я хочу посмотреть, что творится у меня дома.

– Кто будет знать о твоем отсутствии?

– Рина и Эсси. Я прилечу шестнадцатого. Хочу немного побыть с Савой. Конечно, стоило бы вернуться и пораньше, но я давно не была в Англии и всегда могу сказать, что собирала материал.

– А вы почему не танцуете? – задыхаясь, спросила вернувшаяся Рина. – Сегодня играют настоящую музыку.

– Нам нравится пить вино и болтать, – пояснила Эмили. – Кроме того, мы не хотим, чтобы твои подруги сплетничали.

– Они все равно будут сплетничать, – с улыбкой заверила Рина. – Этим мы и занимаемся каждый понедельник: едим пончики, пьем кофе и сплетничаем. И так продолжается много лет. Теперь, когда мы снова работаем, приходится встречаться пораньше. И ты должна признать, Эмили, до сих пор тебя ни разу не видели в клубе с красивым молодым мужчиной. Поверьте, Майкл, вы действительно красивы и к тому же завидный жених. Пусть Эмили сидит тихо, как мышка, но я вижу, что она счастлива. Какая была бы жалость, окажись вы геем! Каждый раз, когда я смотрю этот ситком про геев, мне хочется плакать. Взять хотя бы Кайана! Такой сексапильный красавчик! Джей… Джея я охотно бы приютила у себя дома. Он просто лапочка!