(Не) настоящая жена - Елена Левашова

– Дя!

– Артем, а ты… Она не просилась в туалет? Я очень переживала, что ты не справишься.

– Каланча, я с девочками неплохо справляюсь. Ты разве не успела заметить? – произношу хрипловатым шепотом, наблюдая за стремительно вспыхивающими щеками Веры. Ну, нравится мне ее задевать – ничего не могу с собой поделать.

– Что, и покупать малышку сможешь?

– Я смотрю, ты решила меня испытать? Как пресловутый трактор.

– Мой руки, мажор. А потом бери нож, – командует Верка, споласкивая под струей воды огурец и помидор. – Порежешь овощи для салата. Артем, я…

– Да ладно тебе, Вер, – остужаю ее порыв, словно боясь услышать больше того, что мне сейчас нужно.

– Спасибо тебе. Для моего ребенка еще никто столько не делал. Я тебе очень благодарна.

– Сочтемся, Каланча, – обращаю все в шутку.

Вера уходит с Настенькой в ванную комнату, по пути расспрашивая ее про прогулку с «дядей Артемом». Слышу, как скрипит по полу пластмассовый горшок и шумит вода. Расставляю на столе вилки, тарелки, режу хлеб, испытывая невыразимые чувства. Они, как соцветие или букет – красивые, благоухающие, немного разные внешне, но одинаково прекрасные. Раньше я посчитал бы себя слабаком или слюнтяем, радующимся семейному ужину, но сейчас… Мне, как никогда, хорошо дома. Рядом со строптивой девчонкой и ее маленькой копией, теми, кто ворвался вихрем в мою жизнь и сломал ее…

– Мы пришли, – улыбается Вера, помогая Настюше сесть.

– Вер, пахнет вкусно, ты молодец, – говорю искренне, накладывая щедрую порцию еды в тарелку.

– Спасибо, меня готовить бабуля учила. Родители посуточно трудились на железнодорожной станции, мне приходилось частенько оставаться дома одной. Ну… когда у папы с мамой смены совпадали, а бабушка не могла со мной посидеть. Вот и приходилось… То картошку сварить, то яичницу пожарить. А мне, между прочим, девять лет было.

Верка часто моргает и прикусывает нижнюю губу. Ловлю себя на мысли, что угадываю ее настроение по жестам. Вот сейчас она волнуется. А когда смущается, отводит взгляд и краснеет, как тюльпан.

– А как умер твой папа? – ковыряясь в тарелке, спрашиваю я.

– Сердечный приступ. Он перетрудился в тот день… Разгружал металл и запчасти для шлагбаума. Упал и… тотчас умер.

– Извини, – сникаю, возвращаясь к еде.

– Да ничего… Настенька, ты выбрала, в каком платьице завтра пойдешь в садик? – переключается на дочку Верка.

– В ёзовом, – весело кричит Настюха. – Атём мне купил, – не без гордости добавляет она.

Сочное мясо тает во рту, а от ароматов ванили и корицы сносит крышу. Мне кажется, нет – я уверен, что сегодня мы стали друг другу чуточку ближе. Вера кормит Настеньку, радуясь хорошему аппетиту дочки, а я радуюсь тому, что они просто есть…

– Настя, я хочу тебя искупать, ты не против? – спрашиваю нарочито серьезно, подчёркивая важность решения маленького человека.

– Неть.

– Артем, она же девочка. Я не уверена, что… – вмешивается Каланча, мило краснея.

– Я умею мыть девочек, Вер. Приходилось, поверь. Все были довольны.

– Пошляк. Так и знала, что ты все переведёшь в… свое мажорское похотливое русло, – фыркает Вера, подскакивая к раковине. Включает воду и начинает остервенело тереть сковороду.

– Каланча, да не бойся ты. Я никогда ребенка не обижу. Ты до сих пор думаешь, что я такой пропащий?

Вера откладывает посуду, вытирает руки полотенцем и раскрывает губы, чтобы ответить, но… Как в худших фильмах, атмосферу относительного мира и спокойствия нарушает злодей! А если серьезно, мне звонит Олеся. Прямо сейчас, когда я ужинаю с семьей, наслаждаясь установившимся между нами пониманием.

– Да, слушаю, – отвечаю, сжимая зубы от недовольства.

– А ты не охренел, Тема? Ты куда пропал? Под юбкой у своей… фриковатой курицы сидишь? Или ты меня считаешь на все готовой игрушкой? Когда тебе секс нужен, ты бросаешь все дела и бежишь ко мне, как оглашенный!

Обязательно оставлю отзыв на сайте завода-производителя смартфонов: динамик отменно передает звук. Сомнений нет, что Вера все слышала. Она поднимает на меня взгляд, подхватывает Настеньку на руки и шмыгает из кухни. Вот тебе, Тема, и идиллия…

– Чего ты хочешь, Олесь? Я разве что-то обещал или предупреждал о свидании? – шиплю, чувствуя, как унылая атмосфера пустой кухни медленно меня поглощает.

– Прости, милый. Просто я думала… мы так хорошо провели время в последний раз.

– Я не хочу больше его проводить… так.

– Да? А твой папа считает по-другому. Я лечу с тобой в Америку.

– Что? А папа здесь при чем?

– Он предложил мне место в американском филиале, вот так-то! Я талантливый дизайнер, владею английским и обладаю красивой внешностью… Чему ты удивляешься? Вячеслав Олегович так и сказал, полетите мол вместе, поможешь Тёмочке, а в будущем… Сказал, что жизнь сама все расставит по местам. Он у тебя классный чувак, Тём. Так что, когда встречаемся?

– Я не готов, Олесь. Извини, – бурчу прощание и отбиваю вызов.

Ну и папа… Ну и интриган…