Право любить тебя - Екатерина Аверина

Элина

— С возвращением, — улыбается врач, сидя возле меня на кровати. — У нас все получилось.

Не сразу понимаю, что именно. Последним ярким воспоминанием в голове звучит крик Виктора в телефонную трубку и лужи крови на полу прямо в боксе, мертвые люди… Сердце тут же разгоняется. Перевожу взгляд на мониторы. Прислушиваюсь к себе.

— Операция? — доходит до меня.

— Да, — кивает мой кардиолог.

— Это значит, я буду?..

— Ты будешь жить, девочка. Конечно, впереди еще долгий восстановительный период, но это же такая ерунда, правда? — улыбается мужчина.

— Конечно, — улыбаюсь ему пересохшими губами. — Виктор?

Врач встает с кровати, открывая для меня обзор. В углу у двери стоит скамейка из коридора, а на ней, подогнув под себя ноги, спит мой Кощей.

— Я так и не смог его выгнать, — смеется кардиолог. — И Карп Савелич пытался. Твой брат тоже был здесь. Час назад отправил его за некоторыми вещами для тебя. Думаю, скоро вернется.

— Не будите Вика, — прошу врача.

— Не буду. Он отрубился чуть раньше, чем уехал Равиль. Минут через сорок тебе попить можно будет немного, пока потерпи.

Врач оставляет нас. Я двигаю свое ватное после длительного искусственного сна тело чуть удобнее и тихонечко любуюсь своим мужчиной. Мне даже отсюда видны синяки под его глазами. В первую секунду подумала, что это тени от ресниц. Нет, это следы бессонных ночей и постоянных нервов. Его темные виски словно покрыты пеплом. Седины не было, я точно помню. Похудел. Футболка, которая еще недавно обтягивала его крепкое тело, сейчас сидит гораздо свободнее. В его руке зажат телефон, на костяшках пальцев бордовые ссадины.

Мой хороший. Настоящий. Сильный.

От щемящего чувства нежности к Вику, щекочет в носу и по щекам текут слезы. Они приятные, теплые, счастливые.

Осторожно смахиваю влагу свободной рукой и не могу перестать улыбаться.

Я буду жить…

Это звучит так чудесно. Восторг звенит в каждой клеточке у меня под кожей. Он щекочется там и хочется смеяться в голос. А еще увидеть солнце. Я так соскучилась по свежему воздуху и по поцелуям своего Кощея. По его упрямому взгляду, командному тону, заботливым прикосновениям.

Закусив губку, все же всхлипываю. Виктор тут же открывает глаза, резко садится, роняет телефон на пол, впивается пальцами в скамейку по обе стороны от себя.

— Моя Элька проснулась, — хрипит ото сна.

Поднимается. Пара шагов, и мой Вик совсем рядом. Наклоняется и жадно прижимается к моим губами своими. Шумно втягивает носом воздух и целует мои губы, кусает, облизывает. Нехотя отпускает и тут же смотрит на монитор. Улыбается.

— Не пугай меня так больше, — просит, поглаживая пальцами по щекам.

Ловлю его пальцы, вдыхаю их запах. Мой мужчина пахнет весной, силой, сигаретами и порохом. Теперь я знаю. И это мой самый любимый запах. Я готова купаться в нем, впитывать в себя, наслаждаться с закрытыми глазами.

— Мне бы в душ, — смеется он.

— Нет, — качаю головой. — Хочу еще немного подышать тобой таким.

С удовольствием еще и еще вдыхаю, пропускаю в легкие, задерживаю там частичку своего Виктора.

— Теперь мне можно сказать? — заглядываю в его усталые глаза.

— Все, что хочешь, моя красивая девочка.

— Я люблю тебя, Вик.

— Люблю тебя, моя Маруся, — смеется он.

Нас прерывает Равиль. Он специально громко шуршит пакетами. Роняет их у входа и подходит ко мне. Виктор уступает место моему старшему брату. Рав тоже выглядит не лучшим образом. Но теперь все будет иначе. Ему не надо будет все время со мной возиться и бояться каждого неровного вздоха. У Равиля появится время на свою жизнь, в том числе и личную.

— Привет, — брат прижимается прохладными губами к моему лбу. Долго не отпускает.

Позволяю себе обнять его за шею одной рукой. Глажу по затылку.

— Спасибо тебе за все, Рав, — шепчу ему в ухо. — Ты отдашь меня Виктору? — говорю еще тише.

Взгляд Равиля тут же темнеет. Он поджимает губы, долго на меня смотрит.

— Выйдешь из больницы, поговорим об этом.

— Ты неисправим, — закатываю глаза.

Он только плечами пожимает, мол, а чего делать? Терпи!