Девчуля для братвы - Юлия Удалова

— Оставьте меня в покое! — не выдержала я.

Дверь, которую я с непривычки никак не могла открыть, наконец, распахнулась и я влетела туда, поспешив тут же захлопнуть ее за собой.

Обессилено прижалась к ней с другой стороны.

Ну и дела…

Вроде тщедушный и щуплый парнишка, а как катком по мне проехался.

Видно, телевизионщики почуяли сенсацию, потому разыскали меня и так настойчиво пытаются склонить к участию в передаче.

И надо же — они совсем не понимают, что я никогда на такое не пойду. Я и после того, как три года назад поучаствовала в реалити-шоу (невольно, кстати), никак оправиться не могла. Но тогда все это сгладилось, потому что я была опьянена любовью Глеба. А сейчас, когда у меня есть выбор — участвовать, или нет, ответ очевиден.

Шикарная квартира встретила как-то по-привычному. Даже… по-родному.

Я выдохнула и отправилась разбирать завал в своей электронной почте. На многочисленные письма Андрея Махалина, который прямо-таки сулил мне золотые горы, решила не отвечать.

Зато Роман Евгеньевич рвал и метал. Он еще надеялся на заказ Ильяса Рахматулина, но мне пришлось его разочаровать. Начальник не мог с этим примириться, позвонил Ильясу сам и получил отказ. И это только подтвердило то, что Рахматулин блефовал и просто использовал возможность подобраться ко мне поближе.

В итоге мы с вконец расстроенным утерей такого статусного клиента Романом сошлись на том, что я сделаю все срочные, горящие новогодние заказы, а после он отпустит меня на все четыре стороны.

Этим я и занялась — а именно крупным заказом сотрудников какой-то консалтинговой фирмы. Их обожаемый начальник праздновал свой день рождения тридцать первого декабря, и ему требовалось большое стихотворное поздравление. Оно должно было совместить в себе поздравление и с юбилеем, и с наступающим Новым Годом одновременно.

За этим делом меня и застал Вольф.

Я лежала на животе на мягком шоколадном ворсе ковра, махала ногами в теплых носочках и грызла ручку, а вокруг были разбросаны исписанные листы бумаги.

— Вас, Сидор Никанорович, мы с юбилеем поздравляем, и в Новом мы Году успеха, радости желаем… — пробормотала, и в очередной раз все вычеркнула. — Нет, не то… «Поздравляем — желаем» — самая идиотская рифма на свете. Надо как-то по-другому…

Наконец я почувствовала на себе взгляд и обернулась.

Он был здесь.

Я резко поднялась, одергивая свой свитер крупной вязки, который показался слишком коротким.

— Здравствуй, — сказала негромко.

Он, как эхо, повторил.

Лишь при одном взгляде на него я поняла — не знает про предложение Ильяса. Все-таки невозможно все контролировать. Он не злой дух, который в курсе, что я делала двадцать четыре часа в сутки — и слава богу.

Да и вообще… Вольф выглядел… более расслабленным. Если не сытый, то точно перехвативший что-то волк. Он смотрел на меня, и в его глазах вспыхивали хищные желтые искры. Но не горели ярким огнем, как до этого.

Лишь вспыхивали и мерцали.

— Я смотрю, ты тут не скучаешь, — криво усмехнулся он, взглянув на листы.

— Прости. Я сейчас все уберу.

Я кинулась подбирать свою макулатуру. Пришлось приседать на корточки, свитер бессовестно задирался, и мои бедра мелькали в его вырезах. Он смотрел на них, а я чертыхалась про себя, что додумалась напялить такую провокационную одежку.

Вообще-то мне его тетка Параскева связала, и надела я его, чтобы теплее, уютнее себя почувствовать — ведь я очень по своим домашним соскучилась. Но это невинное желание сыграло со мной злую шутку.

— Не вижу смысла работать с такими идиотами, как тот, который крутился вокруг тебя на парковке, — расслабленно проговорил Вольф.

— Я решила уволиться, — поспешно сказала я. — Вот несколько поздравлений напишу, чтобы не подводить начальника — и все.

— Ты умнеешь просто на глазах, — проговорил он и добавил. — Будь готова через десять минут.

Подобные фразы всегда настораживали меня и даже пугали, поэтому я решила уточнить.

— Куда? Куда мы поедем?

— Тебе понравится, вот увидишь.

Вообще-то нет. Мне не понравилось.

Поначалу.

Я страшно смущалась. Стеснялась. Чувствовала себя не в своей тарелке.

Как и всегда, когда мне приходилось покупать себе одежду.

Вольф повез меня в какой-то пафосный торговый центр. Не в тот, в котором я пыталась от него скрыться. Намного больше и… элитнее, что ли.

— Зачем это? — замерла у гостеприимно распахнувшихся стеклянных дверей. — Может быть, не надо…

Он вернулся и буквально за ручку завел внутрь.

Впрочем, ходить по магазинам с ним — это было совершенно не то, чем когда я ходила по ним одна. Мучительно выбирала себе одежки, глаз не на что не падал, а что примеряла — казалось каким-то не таким.

Я возвращала это на вешалки и нарезала круги снова и снова, а продавцы, как мне казалось, зыркали на меня неодобрительно и насмешливо. Впрочем, однажды какая-то молоденькая девушка очень мило меня проконсультировала и я оставила в том магазине около двадцати тысяч рублей. Невиданная по моим меркам сумма, если тратить ее на одежду.

Глебу купленные мной джинсы, платье, пара юбок и блузок настолько не понравились, что он просто спустил их в мусоропровод, назвав полнейшей безвкусицей.

С Вольфом было по-другому. Женщины-консультанты неслись к нему со всех сторон, как пчелы на мед.

— Прикиньте, как куколку, — велел он, кивнув на меня.

И с хозяйским видом уселся на кожаный диван.

И они, чуть ли не кланяясь ему до земли, понесли. Женственные платья, стильные блузки, соблазнительные юбки с вырезами…

Мой гардероб пополнялся просто с космической скоростью. Вернее, как пополнялся, скорее, составлялся. Ведь это был совершенно новый гардероб.

И новая я.

Новая от кончиков новых лакированных туфель на тонком, но странно устойчивом каблучке, до умопомрачительного кружевного нижнего белья.

Которое я бы никогда, никогда в жизни не приобрела себе сама и не надела бы.

Если бы не он. Шикарный мужчина с пронзительными глазами — от одного его взгляда, кажется, продавщицы готовы были упасть в обморок.

В какой-то момент ему позвонили, и он вышел из салона, чтобы поговорить по телефону. Похоже, разговор был важный, потому как Вольф что-то раздраженно, даже зло кому-то втолковывал, кажется, вовсе позабыв обо мне. Не хотела бы я оказаться с той стороны мобильной связи.

— Так вы дадите нам интервью, Ульяна Витальевна? Каково ваше решение?

Я шарахнулась назад от глазка камеры, которую держал уже печально знакомый мне помощник Махалина — Сергей.