Беда на высоких каблуках - Кристина Додд

– Возьмите печенье. – Nonno протянул ей блюдо.

Брэнди попробовала одно. Ванильный аромат и маслянистый вкус миндаля заполнили рот, опьяняя богатством букета и хрустящей текстурой. Хотелось взять блюдо с этим изумительным творением и затолкать горсть печенья в рот.

– Это самое божественное печенье, какое я когда-либо пробовала! Кто его приготовил?

– Я, – сказал Nonno. – Сейчас я в отставке. Жена моя умерла. Поэтому с некоторых пор я занимаюсь хозяйством сам. – Явно довольный, он передал Роберто стакан, взял свое вино и сел перед телевизором в кресло. – У моего мальчика все должно сладиться в его бизнесе. Он хорошо двигается, и у него ловкие руки. – Nonno покрутил пальцами здоровой руки, потом лукаво улыбнулся Брэнди. – Вы, наверное, уже поняли?

Брэнди покраснела.

– Nonno. – Роберто устремил на старика неодобрительный взгляд.

Nonno по-прежнему невозмутимо улыбался им обоим.

– Роберто слишком высок, слишком широк в плечах, чтобы реально быть одним из великих похитителей драгоценностей. Мы, профессионалы, должны обладать особыми способностями. Прятаться в маленьких местах, проникать в дом и выскакивать из спален незамеченными. Но его мать меня не слушала, когда влюбилась в его будущего отца. Да, Роберто?

– Граф тоже высокий мужчина? – Брэнди повернулась и задорно взглянула на Роберто.

Он сидел совершенно неподвижно, и его холодные глаза остановились на дедушке, казалось, он взглядом задавал какой-то вопрос.

Nonno вскинул руку, как бы отводя удар.

– Роберто, честно говорю тебе, я ничего об этом не знаю!

Но Роберто упорно продолжал смотреть и ждать ответа. И Nonno снова сказал:

– Я не знаю. Роберто, ты мой любимый внук. Я бы сказал тебе, если бы знал!

– Хорошо. – Роберто отрывисто кивнул. – Я тебе верю.

В чем дело? Что она такое спросила? Или скорее… что такого сказал Nonno? И какого ответа ждал от него Роберто?

Между тем Роберто прямо у нее на глазах вновь вернулся к своему комфортному состоянию.

– Мы заскакивали сегодня к Фоссера и его ребятам. Моссимо шлет тебе привет.

– Чтоб он в аду сгорел! – Nonno поднял стакан и поднес к Роберто. Тот ответил таким же приветствием. Старик неожиданно резко подался вперед. – Ты видел перстень? – спросил он с жаром, повергшим Брэнди в изумление.

– Он носит его на мизинце.

– Подлец, как он смеет! – возмутился Nonno.

Брэнди хорошо помнила перстень, который носил Моссимо. Маленький, из дорогого старинного золота и с изумрудом исключительного цвета. Очевидно, это был предмет какого-то соперничества, и она чувствовала себя в положении того самого вошедшего в поговорку буриданова осла. Ситуация, хорошо знакомая по прошлому опыту с родителями. Но, как всегда, не лучшая.

– Он кичливо выставлял его передо мной, – сказал Роберто и неприятно улыбнулся. – Но я его проучил, чтобы на будущее был осторожнее.

– Где ты этому научился? – спросила Брэнди. – Я имею в виду тот прием с выкручиванием запястья.

– Видишь ли, граф – очень состоятельный человек, а ремесло моего дедушки – похищение драгоценностей. – Роберто отпил свое вино. – Когда я был мальчиком, мне казалось, что это неплохая мысль – приобретение элементарных знаний по самозащите.

Брэнди понемногу начинала постигать его характер и поэтому спросила:

– Насколько элементарных?

– Умная девушка, – одобрительно закивал Nonno. – У Роберто черный пояс четвертой степени по джиу-джитсу и второй степени – по карате.

– Bay!

– Неужели ты, Роберто… бросил вызов Моссимо? – Nonno откинул голову на подушку и посмотрел на своего внука, блестя из-под полуопущенных век темными глазами. – Я думал, ты изберешь роль трусливого зайца.

– Эта роль не в моем вкусе.

Nonno хохотнул, издав лающий звук.

– Теперь ты еще более усложнил свою задачу.

– Но что есть жизнь, как не преодоление одной трудности за другой? – Роберто простер руку в сугубо итальянском жесте. Брэнди почувствовала, будто и сама она оказалась пересаженной в ту же шкуру.

– Это правда. – Nonno с любовью улыбнулся внуку. – Брэнди, вы видите сейчас моего единственного внука. Единственного ребенка моего единственного ребенка. Я хочу сказать, что мы, Контини, воруем. Да, воруем, но только у богатых. – Брэнди насмешливо скривила рот в неудержимой ухмылке. – Да-да, это правда! Мы итальянские Робин Гуды. Мы помогаем бедным. Мы – за справедливость. Из поколения в поколение известны наше страстное жизнелюбие, наши скоропалительные решения, наши танцы, наше питие, наша бесшабашность, наша… любовь. – Nonno поднял стакан в честь их предков. – Но Роберто в детстве был такой серьезный маленький мальчик, а теперь он публичный человек, уважаемый бизнесмен. И я был горд за него. Конечно, я гордился им! Я думал, ну, кровь Контини наконец-то поддалась цивилизации. Однако нет, кровь только чуть остыла до уровня легкого кипения в венах моего мальчика, ожидающего подходящих обстоятельств, момента, когда он превратится в мужчину. Такого же безумного и порывистого, как основатель нашего рода, как старый Чирокко!

После утреннего посещения суда, когда Роберто так разочаровал Брэнди, она сделалась резкой и желчной, а утомление совсем подорвало ее такт.

– Значит, он, похититель драгоценностей, публичный и уважаемый человек? – Брэнди вдруг спохватилась и прикусила язык. Каковы бы ни были ее претензии к Роберто, она не имела права исторгать свои эмоции на этого приятного пожилого человека, который любит своего внука и угощает ее вином и печеньем.

– Если ты будешь таким образом отзываться о нашем фамильном призвании, ты разобьешь сердце моему Nonno. – Роберто снисходительно усмехнулся и коснулся пальцем мочки ее уха.

Брэнди дернулась.

– Судя по всему, ты не очень преуспел в вашем фамильном призвании. В противном случае у тебя бы не возникло необходимости предстать перед судом.

– Она тебя подловила! – засмеялся Nonno, хлопнув себя по колену.

Без сомнения, он и не думал обижаться, поэтому Брэнди воодушевилась и продолжила тему:

– Нужно покончить с противозаконной деятельностью. Оставьте это профессионалам вроде Моссимо.

Nonno перестал смеяться.

– Роберто, – сказал он укоризненным тоном, – ты не предупредил о нем нашу очаровательную и милую Брэнди?

– Предупредил. Но она говорит, что будет поступать так, как считает правильным.

Внук и дед повернулись и посмотрели на Брэнди как на какую-то недотепу.

Nonno неодобрительно пощелкал языком.

– Nonno, – сказал Роберто, – я надеялся, ты покажешь Брэнди свои трюки.

Тот внимательно посмотрел на внука, потом медленно кивнул: