Три дня любви - Наталия Никульшина

— Всё в прошлом. Как ты сейчас живёшь? Я такой ужасный отец, я ничего о тебе не знаю, а мама отделывается дежурными фразами. Она меня за тебя так и не простила. Сказала, что ты в Ростове, и всё.

— Да, я здесь, — шмыгнула я носом, успокаиваясь.

Хватит реветь, всё давно должно быть забыто, как бы там ни было. Нужно радоваться, что, кажется, в моей новой жизни у меня теперь будет ещё и отец. Наконец-то.

— Работаешь? Нужна какая-то помощь? Я могу друзьям позвонить, они устроят тебя в хорошее место.

— Нет, папа, спасибо, — выдохнула я. Да, теперь я могу сказать ему "нет" сразу. Хотя… и тогда могла, просто духу не хватило. — Мне ничего не нужно, у меня всё есть. Теперь всё, — эта мысль заставила меня улыбнуться.

Только не "всё", а "все", и это очень разные вещи, наверное.

— А… мужчина? — осторожно спросил отец.

Да, было бы эпично, если бы я сейчас заявила, что живу с Ромой. Интересно, мы снова бы замолчали друг для друга на девять лет? К счастью, я никогда этого не узнаю.

— Есть парень, мы только начали встречаться. Хороший, мы работаем вместе.

— Как зовут? — видимо, на всякий случай, уточнил папа.

— Артём его зовут, выдыхай! — вдруг захохотала я.

И папа тоже засмеялся, и, кажется — с облегчением. А я убедилась окончательно, что всё, наконец, позади. Когда ты можешь посмеяться над тем, что раньше заставляло тебя плакать — значит, что ты отболел, и всё забыто.

— Я рад, что у тебя всё хорошо.

— Я тоже. Как вы?

— Прилетай в гости и узнаешь. Ну, или не в гости, а насовсем.

— У меня же Артём, папа! — снова засмеялась я.

— Вот с ним, значит, и прилетай.

— Пока не могу, я же работаю совсем немного пока, для отпуска рановато. К тому же, у нас там вечно суета сейчас — ресторан продаётся, работать некому, бардак, одним словом. Вот как наладится, тогда.

— Продаётся? Так давай, я куплю его тебе! Сможешь брать отпуск, когда захочешь.

— Нет, я как-нибудь сама на него накоплю, всё равно его что-то не спешат покупать, могу успеть, — пошутила я, узнавая своего папу.

Раньше он всегда таким был — щедрый для тех, кого любит, и жестокий для тех, кого ненавидит. Мне вот "посчастливилось" прочувствовать на себе оба варианта.

— Моё предложение остаётся в силе, — твёрдо проговорил он. — Если надумаешь стать владелицей ресторана, да хоть чего — дай знать.

— Папа, — улыбнулась я. — Спасибо, но давай на этом и закончим? Мне ничего от тебя не нужно в материальном плане, я сама могу себя обеспечить. Единственное, что ты можешь для меня сделать — просто будь мне отцом. Не как раньше, как бы обидно для тебя сейчас это ни звучало. Не командиром, не надзирателем или судьёй, а просто папой. Моей опорой и поддержкой. Тем, кому я смогу позвонить среди ночи и рассказать обо всём, не переживая насчёт того, как ты всё это воспримешь. Просто папой, а остального я и сама добьюсь как-нибудь, — я выдохнула, выговорившись, наконец.

Я столько раз проговаривала эти слова в своей голове, и даже не надеялась уже, что когда-нибудь мне представится возможность сказать это всё именно ему. И сейчас я была благодарна папе, что он хотя бы выслушал меня. И неважно даже, выполнит ли он мою просьбу или нет, мне просто стало легче.

На том конце провода немного помолчали, потом он вздохнул.

— Я очень горжусь тобой, Каролина. Ты выросла правильным человеком, я буду ставить тебя в пример Кате, когда буду учить её. Жаль только, что выросла ты без меня, и что в твоём характере нет моей заслуги.

— Ну, тут — как посмотреть, — усмехнулась я, про себя радуясь, что хотя бы у Катьки будет сразу просто любящий её отец, уже научившийся на своих ошибках.

— Я постараюсь быть отныне хорошим отцом для тебя. Пусть и поздно, но лучше так, чем никогда. Я больше никогда не буду тебя судить, обещаю. И я буду тем, кто тебе нужен.

— Спасибо, — сглотнула я снова подкативший к горлу ком.

После разговора с отцом на душе стало легко, но оно и понятно: я сбросила такую каменюку, что иначе и быть не могло. Порадоваться я первым делом позвонила маме, пусть она уже и знала, что мы с отцом говорили. Она тоже расплакалась от радости, что мы всё же смогли помириться, и так же звала меня уже не в гости, а насовсем. Потом я позвонила Ольге и поделилась этой замечательной радостью и с подругой. Мне хотелось кричать об этом всем вокруг, я чувствовала себя по-настоящему счастливой. Я помирилась с отцом! У меня снова есть папа!!!

Хотелось поделиться и с Артёмом, пошутить, что он реально не успел даже появиться, как мы тут же помирились с папой, Артём ведь так и говорил! Но мой новый парень сегодня был на работе, и отвлекать его я не стала. Всё равно завтра увидимся, тогда и расскажу.

У меня была ещё Кристина, с ней тоже хотелось поделиться, но трубку подруга сейчас почему-то не взяла, заставляя меня переживать. Она всегда отвечает на мои звонки, в чём же дело на этот раз? Но нервничать мне долго не пришлось, подруга прислала сообщение:

"Не могу сейчас говорить, я с ним."

С сухарём?! Опять?! Ничего себе, новости! Да сегодня прямо какой-то очень богатый на события вечер!

"Ого. Извиняться приехал, что ли? Не прошло и года."

"Уже извинился. Расскажу — офигеешь! Я офигела."

"Блин, заинтриговала! Что там?"

"Позвоню, как смогу, не в смс. Но не обещаю, что сегодня. Я счастлива!!!"

— Да понятное дело, — сама себе усмехнулась я.

И это та, которая кричала, что всё решила. Эх, мы, бабы… такие непредсказуемые существа, что даже самим иногда страшно.

Ничего, я подожду. И если Кристина действительно с ним счастлива, и скажет мне, что забыла все обиды и хочет быть именно с "сухарём", то я порадуюсь за неё, что бы там я ни думала. Она заслуживает счастья, каким бы сомнительным оно ни было. Блин, теперь мне точно придётся ему улыбаться, а я ведь надеялась, что с ним знакомиться не нужно. Ничего, ради подруги потерплю и буду душкой, чтобы они больше не ругались из-за меня.

А то, что она передумала… да неудивительно это, на самом-то деле. Ведь я и сама недавно говорила, что никогда уже не буду общаться с папой, и тут на тебе, всё поменялось. Конечно, это всё же немного разные вещи, но всё же. А он сам мне позвонил! Он сам хотел помириться! Конечно, скорее всего, так сразу мы вряд ли станем снова настоящими отцом и дочерью, семьёй, но… начало ведь положено!