Антисваха против василиска - Валентина Ильинична Елисеева

чтобы превращать кулоны и кольца в артефакты, а обычные украшения, даже самые прекрасные, в столице берут неохотно. Торговец Васк покупает наши изделия (берёт по хорошей цене, не скупится), передаёт их своим магам и потом перепродаёт с большой наценкой. Сотрудничество выгодно всем, для нашей городской артели господин Васк — важный заказчик. Если из-за моего отказа пойти под венец он свернёт свою посредническую деятельность в Эзмере, то меня наверняка выгонят из артели и отзовут моё разрешение на торговлю в городе.

О, Аня вполне поняла затруднения клиентки! Ситуация и впрямь щекотливая, точнее не скажешь.

— Вы успели заработать себе блестящую репутацию, говорят, вы умеете отвадить любого жениха, — прямо взглянула на Аню красавица-ювелирша.

— Для начала объясните честно, по какой причине к вам посватался господин Васк: полюбил вас или…

— Какая любовь, о чём вы? — отмахнулась клиентка. — У Васка есть взрослый сын — редкостный лентяй и разгильдяй, и его папочке взбрела в голову идея, что если пристроить сынка к самостоятельному делу, то он повзрослеет и образумится. Планы господина Васка совершенно прозрачны: жениться, увезти меня в столицу и поставить управляющей своей лавки, а сыночка оставить в Эзмере, подальше от разгульных столичных товарищей. Сынок будет обживаться тут и развивать «собственное» дело, а по факту: гробить моё. Не верю, что оболтус Васка справится с большой ювелирной мастерской, скорее он пустит на ветер результаты всех моих трудов в первый же год.

Горечь в голосе женщины была близка и понятна Ане: когда она сама собралась уходить на пенсию, то долго выбирала себе преемника и не ошиблась — с новым директором её лицей, её детище, продолжил расти и развиваться. Мучительно грустно видеть, как чужая лень, эгоизм, жажда лёгкой наживы разрушают заботливо созданное твоими руками. Госпоже Феррине предлагают отказаться от всего, чего она добилась в жизни, от независимости и свободы ради сомнительного удовольствия взвалить на спину чужие проблемы.

— Если бы знала, чем знакомство со столичным торговцем обернётся, давно бы за Оскара замуж вышла, — прошептала женщина. — Теперь-то уж поздно: если я сообщу господину Васку, что внезапно выскочила замуж, не дав ему ответа на предложение, он смертельно оскорбится и на моём деле можно ставить крест.

— Оскар — это…

Госпожа Феррина покраснела, оглянулась в поиске посторонних ушей и призналась:

— Телохранитель мой. Он раньше в королевской страже служил, аж в столичном управлении, а после серьёзного ранения ему пенсию назначили и комиссовали. Он ввернулся в родной город и ко мне на работу телохранителем устроился не случайно: понравилась я ему, хотел поближе ко мне быть. Оскар вполне обеспечен и не раз предлагал мне замужество, но я, глупая, свободной долей вдовы дорожила, всё мастерской своей занималась, думала: успею второй раз замуж сходить и детей родить, годик ещё поработаю, а потом ещё годик. Вдове не возбраняется иметь роман с мужчиной, так чего под венец спешить? Нет, если мне придётся выбирать между ювелирным делом и Оскаром, то я выберу Оскара, но жалко видеть, как разрушается то, что с таким трудом восстанавливала из руин. Отговорите господина Васка от идеи сватовства, пожалуйста, я любые деньги заплачу!

Настроившись на деловой лад, Аня взялась за карандаш:

— Давно вы лично знакомы с господином Васком?

— Нет, раньше мы сообщались через главу артели, личное знакомство состоялось месяц назад, и поначалу Васк не проявил ко мне настораживающего интереса. Мы изредка сталкивались в управе, он несколько раз заходил в мою лавку, но близко мы не общались, пока он не нагрянул ко мне домой с ошеломительным предложением. Я растерялась и попросила три дня на раздумья. Срок истекает послезавтра.

Подробнейшим образом расспросив клиентку о женихе, Аня пришла к выводу, что дело небезнадёжно. Дамочка умна, можно было бы ограничиться дельным советом, но… за совет большую цену не назначишь, а надо же как-то зарабатывать им с Павлюком на жизнь. Кроме того, если хочешь, чтобы дело было сделано хорошо — сделай его сам. Аня прожила в браке много лет и прекрасно представляла, что не нужно говорить мужчине, чтобы не рассориться с ним или, в данном конкретном случае, как нужно повести диалог, чтобы жених сбежал, не оглядываясь.

Ободряюще улыбнувшись женщине, она пообещала взяться за разрешение её щекотливой ситуации:

— Завтра мне надо побывать у вас дома, познакомиться со слугами и изучить расположение комнат и обстановку, и кое-что подправить в этой обстановке… А послезавтра я сама приду под магической личиной на встречу с вашим женихом: пообщаюсь с ним вместо вас.

— Кто же наложит на вас магическую личину?! — изумилась клиентка.

— Не только у господина Васка есть знакомые маги, — тонко улыбнулась Аня.

— Д-да, понимаю, вы не станете раскрывать инкогнито ваших помощников. Я сама ничего не смыслю в магии и сильных магов видела только издалека, но сколько же будут стоить ваши услуги?

— А сколько вы готовы заплатить? — проявила хитрость Аня и не прогадала: дамочка назвала сумму, в пять раз превышающую ту, что решилась бы назвать она сама. — Отлично! — воспрянула духом антисваха. Хорошо иметь богатых клиентов!

Красавица-ювелирша внесла аванс в размере половины суммы и сказала, прощаясь на пороге:

— Я буду молиться об успехе нашего предприятия, но честно скажу: я мало верю в удачу. К сожалению, Васк относится к категории добившихся успеха мужчин, которые считают свои мнения единственно верными, решения — обжалованию не подлежащими, а еще твёрдо знающими, чего они хотят, и впадающими в негодование, если желаемого не получают. Мне кажется, невозможно отговорить господина Васка от брачных планов без скандала и разрыва его деловых отношений с городской артелью.

Аня пожала плечами, думая про себя:

«Ой, я вас умоляю! Скажите математику, что невозможно извлечь квадратный корень из «-1», и он мигом докажет обратное! А тут делов-то на одну встречу! Если бы от бизнеса госпожи Феррины Ясне зависело выживание собственного предприятия Васка, то дело было бы куда сложнее, а ради того, чтоб посадить сыночка в провинциальную лавку, столичный богач не будет класть голову на плаху».

…

Средних лет мужчина в строгом сюртуке всеми речами и манерами полностью подтверждал характеристику, выданную ему клиенткой. Господин Васк был самолюбив, напыщен и прекрасно знал себе цену. Оставалось надеяться, что хладнокровие, позволившее ему сделать карьеру в ювелирном бизнесе, в личных отношениях проявляет себе в меньшей мере, чем в деловых. Васк напомнил Ане нескольких друзей второго мужа, сколотивших себе состояние в лихие девяностые: их слабым местом было тщеславие.

Гуляя с гостем по саду в ожидании обеда, Аня внимательно слушала его рассуждения о сплавах