Сумасшедший декабрь - Наталья Евгеньевна Шагаева

опять грубо и несдержанно вторгаюсь в горячее лоно. Она откидывает голову на мое плечо, закатывая глаза. Бьётся в моих руках. Проталкиваю в ее рот пару пальцев. Всасывает, лаская языком, и я уже трахаю пальцами ее порочный рот. Ускоряясь снизу, быстрее и быстрее, сжимая грудь, щипая соски.

И вот мы разгоняемся, начиная падать. Стремительно, с огромной высоты. Грудь распирает, кислород заканчивается, сердце заходится аритмией. Ее трясет. Впиваюсь в сладкий рот, ловя ее крики удовольствия. Рассыпается в моих руках. Отрываюсь от ее губ, совершаю еще пару сокрушительных толчков и кончаю, сам содрогаюсь от пронзительного, нереального удовольствия, которое ослепляет.

— Люблю тебя! — бесконтрольно, на диких эмоциях выдаю я. — Не смей возражать и закрываться! Просто принимай! — угрожающе рычу, сжимая ее в своих руках.

Глава 25

Максим

Раннее утро.

Кристина спит.

А я спал от силы пару часов. Не могу рядом с ней спать. Меня распирает от эмоций. Энергии столько… Столько всего хочется…

Она рядом.

Рядом.

Моя.

Я, определенно, маньяк. Не хочу отпускать. Уже зацеловал ее волосы, плечи, спину, руки и ножки. Я вымотал королеву вчера, нужно дать ей отдохнуть. Нужно…

М-м-м. Никогда так охрененно себя не чувствовал. Тихо выбираюсь из кровати, накрываю мою королеву и, как одержимый, еще несколько минут на нее смотрю.

Она в моей кровати.

Закрываю глаза.

Ухожу в ванную. Принимаю контрастный душ. Бреюсь, приводя себя в порядок.

Прохожу на кухню, открываю холодильник. Ничего нет, кроме заветренного лимона и банки оливок. А королеву нужно кормить, выпускать я ее не собираюсь. У нее оплачиваемый отпуск, который я организовал.

Быстро натягиваю джинсы, свитер, куртку, беру бумажник и выхожу из квартиры. Запираю Кристину. С нее станется — сбежит.

Восемь утра. Свою тачку я оставил возле клуба. Вызываю такси, мчусь туда.

Забираю внедорожник. По пути заезжаю в супермаркет. Думаю, мы вообще вряд ли сегодня выйдем из дома.

Не отпущу.

Мне мало.

Беру все, что вижу, потому что не знаю, что она любит. А я хочу знать все.

Натуральные соки, йогурты, сыр, ветчина, красная рыба, икра, мед, джемы, чай, кофе, молоко, свежая выпечка, шоколад, фрукты и еще много всего. Мой холодильник никогда не видел столько продуктов.

По дороге домой звоню Севе, сообщая, что меня сегодня не будет, и отключаю телефон. Нет меня сегодня ни для кого, кроме нее.

Торможу возле цветочного бутика, прохожу внутрь. В глаза сразу бросается букет из белых лилий с гроздьями рябины. Такой же нежный и страстный, как моя королева. Только вспомню нашу ночь, по телу прокатывается дрожь. Давление в паху вообще с ночи не отпускает. Со мной такое было только в пубертатный период.

Покупаю букет.

Еду домой.

Тихо открываю.

Тишина.

Оставляю продукты на кухне. Иду в спальню. Спит еще. И я выдыхаю. Мне все время кажется, что я брежу и Кристина в любой момент исчезнет. Но она реальная, она здесь, в моей кровати. Где ей самое место.

Одеяло сбилось, обнажая ее бедро и кусочек груди. Персиковый сосочек выглядывает. Губы покалывает от желания его поцеловать. В паху опять сводит. Моя крыша со мной попрощалась. Всегда думал, что вот такое состояние, когда тело сводит от одного взгляда на женщину, — чушь. А оказалось, что нет. Так бывает.

Оставляю букет рядом с ней на подушке и выхожу из спальни, прикрывая дверь. Пусть выспится, я опять планирую утомить ее сегодня.

Заправляю кофемашину. Накрываю стол. Бутерброды с икрой, красной рыбой; сыр, масло, свежий багет, мед, джемы, сливки. Надеюсь, хоть с чем-то угадал. Готовить не умею. Поэтому завтрак такой. Мою фрукты. Подставляю две чашки под рожки кофемашины.

Все готово. Скидываю с себя свитер, иду в гостиную, прыгаю на турник, начиная подтягиваться. Надо как-то остыть. Иначе Кристина не выдержит моего натиска. Во мне столько необузданного желания.

Мышцы забиваются, но я подтягиваюсь еще и еще, пока руки не отказывают. Спрыгиваю с турника, дышу. Хорошо.

Оборачиваюсь…

Она стоит в дверях, облокотившись на косяк. В одной футболке на голое тело. Бедра еле прикрыты. Волосы растрёпаны. Вид затраханный, и я триумфально ухмыляюсь, потому что это моих рук дело. В руках лилии, осматривает меня, утыкаясь носом в цветы. Мы зависаем в нескольких метрах друг от друга. Пытаюсь понять ее настроение. Что меня ждет? Взаимность или отрицание.

Отрывается от цветов. Выдыхаю. Мягко улыбается.

— Спасибо. Очень красивые. Есть ваза? Не хочу, чтобы они погибли.

— С вазой проблемы. Не учел.

— Банка? Пластиковая бутылка?

— Найдем, — голос опять проседает, вибрирует. Надо идти искать вазу, но я иду к ней. Встаю близко-близко, глубоко вдыхаю, заглядываю ей в глаза. Спокойная, расслабленная. Хорошо. Обхватываю ее подбородок, тяну к себе, целую. Нежно, аккуратно, изучая губы. — Выспалась? — шепчу между поцелуями.

— Да, — выдыхает мне в губы.

— Хорошо. Пошли найдем, куда их поставить.

Как ни странно в моей кухне находится что-то вроде кувшина для сока. Я не покупал сюда посуду, впрочем, как и все остальное, всем занимался дизайнер, который обставлял квартиру. Ставим цветы на подоконник. Кристина садится за стол, изучая содержимое.

— Ты всегда так завтракаешь? — усмехается, берет кусочек сыра, закидывая в рот.

— Нет, я не знал, что ты любишь.

— На завтрак я люблю только кофе, — сообщает она, забирает у меня чашку и с удовольствием отпивает.

— Совсем ничего? — спрашиваю я и сажусь напротив.

— Совсем. Уже привычка, выработанная годами, — пожимает плечами.

— Нет, — ухмыляюсь. — Так не пойдет, — демонстративно отодвигаю в сторону все, что стоит рядом со мной. — Иди сюда, — хрипло зову ее я. Качает головой. — Иди, — хлопаю по столу перед собой.

— О нет, — говорит так, словно бросает мне вызов.

— Я сказал, иди ко мне. Немедленно. Иначе сам посажу, — приподнимаюсь, но Кристина выставляет руки вперёд, останавливая меня.

— Стой, я сначала позвоню, — встает из-за стола, убегает в прихожую. Откидываюсь на стуле, пью кофе, прислушиваясь. — Да, Надежда Николаевна, со мной все хорошо. Я на работе, вечером буду, — оправдывается. Встаю, иду в прихожую. Сидит на тумбе спиной ко мне, теребит края футболки. Волнуется. Стыдно тебе, королева? А вот мне ни хрена. — Юра звонил? Да? А предайте ему, что у меня телефон сломался и у меня все отлично. Просто замечательно! — немного нервно кидает она и сбрасывает звонок. Не совсем то, что я хотел услышать. Звучит, как… Хреново звучит, словно все, что между нами происходит, это ее рефлексия и ответный реверанс в сторону мужа. А я пи*дец какой жадный. Я эгоистично хочу от нее только моих эмоций. Для меня! Чем