Эшелон сумрака - Анна Цой

Я кивнула, понимая, что ничего плохого со мной случиться не должно. Наверное.

Мужчина во время моих раздумий уже зашёл мне за спину, попросил снять практически вросший в мою голову чепчик и прижал ленту к моим закрытым векам. Она была холодной, очень гладкой на ощупь и пахла чем-то сладким. Тугой узел на затылке стянул мою кожу сильнее, чем нужно было, но я промолчала.

До меня донеслось шуршание и шаги врача.

— Прошу прощения, милорд… — отошёл он от меня, — мне нужно… отлучиться до медблока за… в этом бутыле закончился спирт.

— Я жду, — суровый тон из кресла.

Вновь торопливые шаги мужчины, и тишина.

— Цвет волос темнее, чем я предполагал, — неожиданные слова от лорда.

А после… он поднялся со своего кресла.

— Без резких движений, — приказ мне.

И его шаги в мою сторону.

— Лучше вообще не шевелись, — заставил замереть меня он.

До того момента, пока я не услышала шуршание его одежды где-то в метре от меня.

— Центральная полоса, если твои родители, конечно, не беженцы, — заметил он.

— Как вы об этом узнали? — почти не дышала я.

Он хмыкнул.

— Помимо того, что я знаю расположение поместья твоего деда, то… светловолосые и светлокожие чаще всего северяне, темноволосые живут там, где много солнца.

Я такого не знала. И даже не задумывалась о таком.

— Ты же светло-русая. Типичная для местности, где нет палящего солнца и вымораживающего холода.

Я кивнула. Но только медленно и опасливо, будто боясь, что что-то произойдет.

— А… вы? У вас очень светлые волосы, — спросила я, — вы из очень северных земель?

Вновь шуршание одежды, только очень странное, словно господин опустился на корточки.

— Я родился в столице, Луана, — голос совсем близко, — а волосы просто потеряли пигмент.

— П-пигмент? — не поняла я, — то есть цвет?

Он выдохнул с тяжестью.

— Ты очень догадливая, — без усмешки.

Словно считал так в самом деле.

— А… — я запнулась, посчитав, что точно буду наказана за это, но продолжила, — а в-ваши глаза… пигмент не потеряли?

Он тихо рассмеялся.

— И невероятно непосредственная, — добавил к прошлым словам, — нет, Лу. Не потеряли.

Я не сдержала улыбки облегчения и радости.

— Я… хотела бы увидеть ваши глаза, — выпалила на одном дыхании.

— А вот это вряд ли, — он резко поднялся, сурово прошагал к креслу и сел в него так, будто я вывела его из себя.

Я закусила губу.

— Простите, — буркнула.

— Не стоит, — отмахнулся он, — Арзт, мне долго ждать?

В эту же секунду послышались обеспокоенные шаги врача.

— П-прошу прощения, милорд. Я посчитал невежливым мешать и… — промямлил он, подходя кажется ближе к лорду.

— Сперва подай Лу чай, — странный приказ.

— Как скажете, милорд, — также удивился господин.

И подошёл к столику, налил чай и вложил чашку в мои специально вытянутые руки.

— Спасибо, — попыталась не шипеть от ожогов я.

— Всегда к вашим услугам, госпожа, — любезно ответил врач.

И продолжил дело с лечением лорда. Иногда до меня доносились стуки чего-то металлического, иногда звук капель, но ни одного звука или вскрика от Оушена. Это вызывало во мне странное чувство, напоминающее больше гордость, чем радость или что-то похожее.

— Ваш слуга показал мне поезд, пока мы шли к вам, господин, — прервала молчание я.

— Это замечательно, — ровным тоном произнес мужчина, — и что же заинтересовало тебя больше всего?

Я поджала губы задумчиво.

— Солдаты, — ответила честно.

Врач рассмеялся. Лорд промолчал.

— Точнее то, что они вообще есть на этом поезде, — добавила я, зная, что Оушен внимателен, в отличие от господина Арзта, — солдаты нужны для войны, а сейчас войны нет. Тогда зачем вы возите их с собой?

Мужчина усмехнулся.

— Праздный интерес, Лу. Забава и только она, — горькие слова, — меня совершенно не впечатляет нахождение в огромном Эшелоне одному, — хмык, — с парой слуг-мужчин, рабочими у двигателя и одним врачом, твердящим мне, что мне следует следить за своей жизнью.

Я выдохнула.

— Вы боитесь стать одиноким? — выпалила и пожалела об этом.

— Я уже одинок, Лу. Мне незачем бояться того, что уже свершилось, — прохладный тон.

Я смутилась. Однако вскоре воспрянула и почти выплеснула чай из чашки, подпрыгнув на месте.

— Т-тогда я могу быть рядом с вами! Ведь если бы вам было со мной скучно и неинтересно, значит вы бы не стали моим другом! И… и мне с вами интересно! А ещё… ещё мне тоже очень одиноко! И-и…я бы хотела, чтобы вам не было одиноко!

Я даже почувствовала, как на меня смотрят оба мужчины. От этого вжала голову в плечи и покраснела.

— Я крайне рад этому, Лу, — непонятный тон лорда.

Не счастливый и воодушевленный, как у меня, а скорее обычный.

— Заканчивай, Арзт, — поторопил он господина, — у нас ещё удивительное множество дел с госпожой.

Я улыбнулась. Множество дел вместе — звучит хорошо.

— Можете открывать глаза, госпожа, — сказал врач через некоторое время, гремя своими приспособлениями, кажется, складывая их на металлический поднос.

Я потянулась к завязкам сзади и сняла ленту с глаз, щурясь от солнца, светящего на диван из окна сбоку. Заметных изменений в лорде не было, а вот господин, который всё ещё копошился рядом с ним, собирал окровавленные инструменты на поднос, закидывая их кусочками промоченной ткани.

— Знаете, господин, — задумчиво разглядывала его я, — про вас ходят слухи даже на поезде, что вы очень жестокий и ненавидите женщин, поэтому… запрещаете им быть рядом. Но вы просто болеете и… когда вы назвали меня своим другом, то я поняла, что вы очень хороший, — я замялась сильнее, — если я могу вам помочь, то почему вы не хотите этого?

— Слухи? — переспросил Оушен, устало откинувшись на спинку своего кресла, — слухи — это самый недостоверный источник информации, не опирайся на него, Лу.

Врач стоял в справа от него и вытирал руки, подслушивая наш разговор.

— По столице давно ходят разговоры, что лорд Вондельштарт ест этих самых женщин, госпожа, — добро рассмеялся мужчина, — а ещё заманивает их на свой поезд так же, как сюда попали вы.

Он усмехнулся и двинулся в сторону выхода в следующий вагон.

Я спросила его вдогонку:

— Кто такой лорд Вондельштарт?

Оба мужчины уставились на меня, замерев и поджав губы. Оушен дёрнул уголком в подобии улыбки и отрезал:

— Это было закономерно.

— Вы даже не сказали девушке как вас зовут? — с укором произнёс врач.

— Я слышу в твоих словах осуждение, Арзт, — заметил лорд и отпил из своего бокала снова.

Врач уловил глазами действие Оушена и поджал губы сильнее обычного.

— Это второй бокал, милорд? — неодобрительный