Встреча или летунец мне в... - Лин Петрова

Я увернулась от рук Нуваш, но в следующее мгновение была поймана её цепкими руками. Все, мне конец, сейчас как отчехвостит меня. От страха я даже закрыла глаза, готовясь к ударам. Но неожиданно для себя оказалась в её объятьях. Нуваш крепко прижала меня к себе и прошептала:

— Спасибо, Шила.

Я замерла. Ведь за все это время, это первый раз, когда она позволила себе так открыто показать свои чувства. Я невольно сглотнула и крепче зажмурила глаза.

— Тебе спасибо — тихо ответила я.

И не успела я, как следует насладиться этим моментом, как она опустила руки и скомандовала.

— Ну, все, хватит. Пора идти дальше- бодро зашагала по тропинке.

Я, немного разочарованная, поплелась за ней.

***

Через некоторое время мы вошли в лес ливейлов. Я, открыв рот, смотрела по сторонам, ведь раньше никогда не видела таких роскошных растений. Такое буйство красок и видов, что я замедлила шаг, стараясь подойти к каждому из них. Меня охватило какое-то странное чувство- я словно опьянела. Оставьте меня здесь, в этой потрясающей красоте. Я еще не насладилась, я еще не насмотрелась.

Меня подталкивали в спину, я же вяло отмахивалась руками.

— Шила, ненормальная ты девчонка. Топай ногами, что ты прицепилась к этим цветочкам. Там еще красивей будет.

Мы вышли на поляну.

— Вы как хотите, а я здесь останусь! — твердо заявила я.

Легла на траву, раскинула руки и замерла.

Хозяйка недовольно заворчала:

— Дать бы тебе по шее, да мы и так здесь на ночь остаемся.

Вот и хорошо. Поэтому я просто перевернулась на живот, обхватила первое попавшее растение руками, и задремала. Но это была не дремота, а какое-то странное состояние между явью и сном. Я не чувствовала разговоров людей, я словно сама стала растением. Отовсюду мне слышался шепот, ласковый, убаюкивающий. Я не знаю, что именно это было, но мне не хотелось выходить их этого состояния.

— Шила. Шила- хозяйка трясла меня за плечо.

Я заставила себя открыть глаза.

— Ты чего?

— Не знаю. Устала, наверное.

— Угу. Тогда доберись до места нашей ночевки, и там уж отдохни.

— Спасибо- прошептала я, но встать на ноги не смогла, совершенно не было сил. Поэтому встала на четвереньки и медленно начала передвигаться. И пусть смотрят, и пусть говорят что хотят. Мне все равно!

Добравшись до Рруха, с ледяным спокойствием смотревшего на моё передвижение, заползла в приготовленное место, и уснула.

На следующее утро, еле открыв глаза, поняла, что солнце уже высоко. А что с моим лицом? Почему глаза широко не открываются? Я ощупала лицо, вроде ничего странного.

И выползла из укрытия. Чуть поодаль молодой парнишка будил свою жену. Та, едва открыв глаза, одним движением руки привела волосы в порядок и защебетала.

— Шила.

— Что- хриплым басом ответила я.

Ой, что с моим голосом. Я прокашлялась.

— Что? — уф, хоть голос нормальным стал..

Вот как им удается, встав поутру, выглядеть так свежо, будто и не ложились вовсе?

Я руками разгладила лицо, мне казалось, что даже ветки, на которых я спала, отпечатались на нем. Стряхнула листья, заправила выбившиеся локоны под чепчик.

И услышала, как Ррух громко заржал, а потом и вовсе..

— Срррашшшила.

Обиииидно.

— Шила, пора идти.

Я бурчала полдороги, пока не увидела нечто потрясающее. Сначала я заметила большие корни, которые попадались по нашей дороге. Потом их стало больше и больше. Они преграждали наш путь, поэтому мы перелазили через них и двигались дальше.

— Никуда не сворачивай. Иди за всеми.

Видимо я в это время смотрела на дорогу, и не сразу поняла, о чем говорит хозяйка. А когда подняла голову, замерла от удивления.

Дерево, огромное дерево преграждало наш путь. Нет, нет, огромное не то слово, чтобы охарактеризовать его. Гигантское! И люди шли прямо в него, где прямо в его стволе был проход. Люди задирали головы, но подталкиваемые идущими сзади, заходили в него.

Я отошла в сторону. Подняла голову. Мне не удалось увидеть его высоту, а только макушку, сплошь закрывающее небо. Я осторожно вошла в проход. Впереди только вереница людей, и выхода не было видно. Прошла немного вперед и увидела разветвление проходов. Это же значит, что дерево поистине гигантское. Увидев небольшую нишу, я вошла туда, и начала ощупывать его стены. Сначала с осторожностью, опасаясь поранить пальцы, а когда нащупала только гладкую поверхность, начала даже нажимать с усилием. Местами поверхность была пористая, так, что пальцы проваливались в пустоту.

Почему-то я села и прислонилась спиной. Появилось то же ощущение, что и тогда с растениями. Вялость, сонливость. И еще чего-то пока не понятного для меня. Словно с разных сторон слышался тихий шепот или шелест, который успокаивал. В ритм этого звука и даже начала покачиваться, закрыв глаза. Может это слышится шелест листьев, который просто доходил сюда через эту пустоту? Не знаю, но вставать и уходить отсюда совершенно не хотелось.

Тихо время- тук, тук.

Что за странный звук, звук?

Это сердце- стук, стук.

Застучало вдруг, вдруг.

Слышу древа стон, стон.

Сердце вторит бом, бом.

Бейся сердце в тон, тон.

Со вселенной в унисон.

Сколько времени я здесь провела, не могу сказать, но почувствовала, что мне вытаскивают из укрытия, а потом закидывают на плечо. Я попробовала вяло сопротивляться, но почувствовала дубинку, об которую я стукалась, и успокоилась.

— Дубиночка- молча обрадовалась я.

Значит, Ррух несет меня в нужном направлении. Это очень хорошо.

Может он меня до самого конца донесет, а? Надо бы спросить у него, пусть даже на дубинке, я к ней уже как- то и привыкла.

Но когда меня бесцеремонно скинули на землю, и, увидев его злое лицо, задавать подобные вопросы как-то совсем не захотелось. Ничего страшного, я и ногами замечательно дойду.

Немного придя в себя, я спросила у хозяйки.

— Слушайте, это что ж за дерево такое было? Разве такие большие вообще бывают?

— Вон смотри- махнула головой Нуваш.

— Считается, что они здесь с момента сотворения этого мира. Так что, отношение к ним очень трепетное. Так что не вздумай вычудить что-нибудь, мигом отсюда выгонят. Поняла?

Я кивнула. Конечно, поняла, не дура же я, в самом деле. Лишь всю дорогу шла с открытым ртом.

— Хозяйка, а почему люди разбрелись по всей территории? Вроде вместе шли, странно.

— Теперь каждый сам за себя. И перестань звать