Ты снова станешь моей - Инна Стужева

"Тот, кто выигрывает войну, никогда не перестанет воевать".

Э. Хемингуэй

Демьян, настоящее

Вечером коварная бабка снова пытается меня напоить, но на этот раз я не ведусь на ее «Демьянчик, кто хорошо поработал, должен хорошо отдохнуть» и сразу после ужина ухожу в свою комнату и заваливаюсь на видавший виды диван.

Делать здесь мне совершенно нечего, но колка дров, что так и мельтешит перед глазами, стоит их закрыть, сделала свое дело, я неожиданно и крепко засыпаю.

Просыпаюсь на этот раз ровно в девять и иду приводить себя в порядок. Мышцы болезненно сводит при каждом движении, чего уже давно не было у привыкшего к нагрузкам в спортзале организма.

Все же и в деревенской жизни есть кое-какие плюсы. Хотя минусы, естественно, перевешивают.

И один из этих минусов уже поджидает меня во дворе, хоть я об этом еще не подозреваю.

Пока же я перемахиваю через забор к Занозе, замираю у окна и прислушиваюсь к тому, что творится в доме.

До ушей долетает негромкая возня и, едва убедившись, что они не спят, сейчас же стучу по стеклу. Сначала осторожно, но сразу же настойчивее, теряя терпение практически в одно мгновение.

Чем она там занята?

Шорох приближается, допотопная кружевная занавеска одергивается и передо мной предстает Ви со сдвинутыми к переносице бровями.

- Что, Демьян? – недовольно выводят ее бесячие губы.

- Собирайтесь, через десять минут выдвигаем, - говорю я, и не подумав заморачиваться с приветствием.

Не стану церемониться с ней, пусть привыкает.

- Демьян, прошу тебя, оставь эту затею, - снова играет на нервах Заноза.

- Если, блядь, через пять минут не выйдете, силком вытащу.

- Ладно, - тут же идет на попятную, - но...ты говорил через десять минут.

- Уже через пять, - перебиваю. – Время сократилось. Одевайтесь быстро и на выход!

…

Но едва выдвигаю во двор, как план мой рушится, словно карточный, бля, дом.

Смотрю на свою тачку, и не могу поверить глазам!

Кто, блядь, это сделал? Убью, заразу, когда узнаю. И руки, и ноги повыдергиваю!

Но как бы я не рвал и метал, факт остается фактом, у моей тачки проколоты колеса…

Не то, что проколоты, потому что простым наездом на гвоздь такие колеса не возьмешь, даже не сдуются, а реально распороты чем-то острым так, что ехать на них уже никуда невозможно.

И не одно, которое можно сразу заменить, а, бля, все четыре!

- Ну, мы готовы.

Заноза вывертывает из-за спины неожиданно, и моя злость сейчас же перекидывается на нее, потому что…

- Твоих рук дело, - цежу я, разворачиваясь и надвигаюсь на нее.

- Что именно?

Делает вид, что не понимает. Коляску откатывает подальше и загораживает собой.

Как будто я, бля, с ребенком буду разбираться. Пиздец.

Но с ней, с ней-то уж точно разберусь.

- Ты, бля, Заноза…

- Да в чем дело, объясни нормально!

Сдвигаюсь в сторону и кивком головы указываю на беспредел.

Виола смотрит так, будто в первый раз видит, а закончив осмотр тихонько присвистывает.

- Ого.

- Ага, - передразниваю я.

А у самого так и чешутся руки наказать суку и ткнуть лицом в грязь. Приплюснуть ее к капоту и жестко поиметь сзади.

- Отрабатывать как собираешься?