Серебряные крылья для Мышки - Алёна Рю

— Нет, Франсуа, — ответила я, — это по-прежнему мой дом.

— После замужества Люсии полноправным хозяином замка станет мой дядя Джордж. Тебя это не смущает?

— Если сестра с ним счастлива… — уклончиво проговорила я.

На самом деле, конечно, меня это смущало. Как и присутствие самого Франсуа.

— Зато мы станем родней, — он улыбнулся. — Не хочешь ускориться?

Он пришпорил своего коня, и тот помчался прямо в поле с пшеницей. Я так рисковать не решилась и по-прежнему вела Белянку шагом.

Мое внимание привлекли строительные леса на горизонте, недалеко от березовой рощи. Я понимала, что замок ремонтировали, но что делали там?

— Франсуа! — позвала я.

Мой спутник развернул коня и примчался ко мне меньше, чем за минуту.

— Анриетта, — он широко улыбнулся. — Ты не в настроении?

— Скажи, а что там? — я указала рукой на горизонт.

— А, — мужчина отмахнулся. — Строят новый амбар. Не беспокойся, теперь, когда мы почти семья, ваше хозяйство будет только процветать. О чем не позаботится Джордж, позабочусь я.

— А ваш фамильный замок? — удивилась я.

— Мой отец хоть и в возрасте, но со всем управляется лучше соседей.

Я снова посмотрела на стройку. Не похоже на амбар. Скорее, какая-то вышка. Но вряд ли был смысл спорить с будущим родственником. Правду он не скажет.

— Если ты устала от седла, то можем обратно пешком, — предложил Франсуа.

Я согласилась.

По дороге он вещал о том, как наши семьи теперь будут вместе и всех нас ждет успех и процветание.

— Наши отцы не всегда находили общий язык, — говорил он, — но теперь все будет по-другому.

— Как думаешь, почему они не ладили? — поинтересовалась я.

— Фалконы стали дворянами не так давно, после подвига нашего прапрадеда.

— Это который участвовал в заговоре против Зигмунда?

Франсуа уставился на меня с неподдельным удивлением:

— Что ты, совсем наоборот. Нилстром погиб, защищая короля, и посмертно был объявлен героем. Его младшему брату даже пожаловали дворянский титул, и с тех пор Фалконы среди благородных. Об этом написано в семейных хрониках. Но д’Осси всегда считали, что наше возвышение незаслуженно.

«И были правы», — добавила я про себя.

Нил, сбежавший после убийства короля и ставший отшельником на острове, так и не узнал, что его историю перевернули с ног на голову. Интересно, он бы принял дворянство с распростертыми объятиями или бы так и плевался?

Франсуа продолжил разглагольствовать о том, как это все в прошлом, а в будущем нас ждут золотые горы. Хотя его слова звучали довольно абстрактно, я все равно задумалась. О каком успехе речь? Земли барона будут приносить Фалконам хороший доход. Об этом он говорит? Или тут что-то еще?

— Если честно, Анриетта, — Франсуа внезапно остановился и посмотрел мне в глаза, — не понимаю, как Алонсо мог отказаться от такой красоты.

От такого неожиданного флирта я даже не сразу придумала, что сказать.

— Да и как к тебе могли плохо относиться, — продолжал он. — Такое сокровище не замечать под собственным носом.

Приняв мое молчание за смущение, Франсуа добавил:

— Прости, само вырвалось, — он потянул коня за удила и снова пошел.

Однако неожиданно…

По дороге навстречу нам выбежал чумазый мальчишка.

— Милорд! — прокричал он. — Прибыл свадебный распорядитель. Просят вас.

— Долг зовет, — Франсуа повернулся ко мне и, подхватив мою руку, запечатлел на ней легкий, почти невесомый поцелуй. — Надеюсь, мы еще поговорим после обеда.

— Буду рада, — ответила я.

— Проводи миледи в замок, — приказал он мальчишке и сам, забравшись в седло, поскакал вперед.

«Вот кто настоящий хозяин, — подумала я. — Никакой не Джордж. И тем более, не сестры».

В конюшне я снова увидела Мориса. Пока он снимал с Белянки седло, я воспользовалась моментом и тихо спросила:

— Скажи, Морис, что строится за полем?

— Миледи не помнит? — слегла удивился он. — Там же шахта. Дракониевая. Вы там потерялись в детстве.

— Ах да, точно! — об этом я читала.

— После того случая шахту запечатали, чтобы местные ребятишки туда не лазили. И вот новые господа решили добывать металл.

— Он ныне врос в цене, — заметила я вслух.

— Так точно, миледи, — Морис кивнул и, сняв седло, пошел вешать его на крючок.

Вот они где деньги.

Я поблагодарила мужичка и в компании мальчишки вернулась в замок, где на роль часового тут же заступила Глория. Интересно получалось, что меня тут так радушно встречали, как дражайшую гостью, и вместе с тем приставили ко мне шпика.

Надо как-то поговорить с сестрами.

— Глория, ты не знаешь, где сейчас Катарина? — спросила я.

— Пьют чай с саду с леди Люсией.

— О, туда-то мне и надо.

Девушки сидели в небольшой беседке, окруженной цветущими кустами роз. Сладкий аромат приятно щекотал нос. Они пили чай, но кажется, ни о чем не разговаривали. На коленях у Люсии была книга, а Катарина что-то вышивала.

— Леди, — я улыбнулась. — Могу я к вам присоединиться?

Я села на свободную скамеечку, где были раскиданы подушки.

— Глория, принеси нам еще чаю, — скомандовала я.

Женщина так скривилась, словно я ее ужалила. Но все же подняла поднос с чайником и удалилась в сторону кухни.

Я понимала, что времени у нас очень мало, поэтому сразу перешла к делу.

— Девочки, я хотела с вами поговорить, — объявила я вполголоса. Обе сестры посмотрела на меня с удивлением. — Наш дом захватили враги. Нам нужно придумать план, как их отсюда выгнать.

— Если ты не поняла, я выхожу замуж, — ответила Люсия с легким возмущением в голосе.

Как будто я отнимала у нее печенье.

— Ты правда этого хочешь? — пришел мой через удивляться. — Он же старый.

— Это лучше, чем быть отвергнутой, — она стрельнула взглядом.

— И ты так просто готова отдать наши земли чужакам? Чтобы они тут всем распоряжались, — я не понимала. — Просто ради замужества?

Чуть было не сказала «штампа в паспорте».

— Поверь, Мышка, — вступила в разговор Катарина. — Люсия все решила. Мы не первый раз это обсуждаем. Тут ничего нельзя сделать.

— Ты тоже могла бы выйти замуж, — заметила средняя сестра. — Франсуа бы все организовал.

— Это не для меня, — мотнула головой старшая.

— Нет, нельзя сдаваться, — настаивала я. — Я уверена, что это Фалконы наняли бандитов. Нам только надо подать жалобу королю.

— Нам не поверят, — от Катарины так и веяло пессимизмом.

— Мы не узнаем, если не попробуем.

К беседке уверенной походкой приближалась Глория.

— Я все напишу, нужны только ваши подписи, — я перешла на шепот.

На это сестры уже не ответили.

Конечно, я не очень представляла, как организовано судебное дело в Ангедолии, но что-то мне подсказывало, что уже сам факт такого иска поднимет шум. А лиха беда начало.

После чая