Мой встречный ветер - Анастасия Зарецкая

«шпионка……

просто не люблю».

«ну, выглядит, конечно, не совсем весомым аргументом. но, в принципе, и такое бывает».

Две минуты.

Я их отсчитала про себя, перевернув телефон экраном вниз. И только потом позволила себе наведаться в наше с Ником общее местечко. Последнее мое сообщение было прочитано, но ответа на него не последовало. Я знала, что так будет… Но телефон все равно переворачивала с нервным трепетом. Это же надо быть такой наивной.

Просидела в диалогах еще минуты три, листая их туда-сюда. Вот уж точно кому заняться нечем. А потом на периферии расслышала знакомый номер самолета…

Оля моя всё-таки прилетела чуть раньше назначенного времени.

Подскочив, я заозиралась по сторонам, пытаясь понять, в какую именно сторону мне нужно бежать. И поняла, что не имею об этом ни малейшего представления. Как-то мы не додумались это обсудить…

Еще секунд тридцать — и Оля поняла наконец, какая я у нее косячная. Зазвонил телефон.

— Слушаю…

— Ника-Вероника, девочка-победа, где мне тебя искать?

Вот так и получается, что встречать я приехала, а ищет почему-то Оля.

— Я в зале ожидания, недалеко от входа. Который на перелеты внутри страны. Но, может, это мне тебя лучше найти? Помочь с чемоданом?

— У меня чемодан легчайший, просто пушинка, — заявила Оля. — Стой, где стоишь, я примерно поняла твое местоположение. Просто не хочется потом с моим легчайшим чемоданом по всему аэропорту бегать, тебя разыскивать… Но я пока багаж жду! Не теряй, в общем.

И отключилась. А я осталась стоять, чётко следуя приказам.

Пожалуй, раз мне вновь нечем заняться, а господин нехороший молчит, я должна рассказать об Оле подробнее. Я в целом, по жизни, слишком много говорю о себе — и при этом ничего дельного из себя не представляю.

А моя Оля… Она очень талантливая. Я правда раньше не встречала никого подобного, хотя людей в моей жизни успело достаточно побывать…

Ее будто и вовсе невозможно сломить. Гибкая березовая веточка — умеет подстраиваться под обстоятельства. Да и под людей тоже — знает, что нужно сказать. Вечно всех держит в тонусе. Собираемся мы — я с Полинкой, унылые, и Оля, вечно наполненная зарядом энергии. Характер у нее такой, бодрый и воинственный. Ругается постоянно, что у нас неправильный жизненный настрой. И в целом постоянно на всех ругается. Если достаточно близка человеку — ругается непосредственно на него, воспитывает, скажем так, с легкой ноткой агрессии. А если недостаточно — выслушиваем мы с Полинкой.

Если ей надо кому-то показаться хорошей, она делает это без зазрений совести. Не все, пожалуй, одобряют такую тактику. На словах, по крайней мере. Может, просто завидуют? Только самим себе не могут в этом признаться.

Есть у нас одногруппница, Рита, что однажды серьезно с Олей поссорилась. Как раз из-за того, что Оля относилась к ней одним образом, без особого уважения, а демонстрировала примерно противоположное поведение. Рита подошла к нам — мне и Полинке, подгадав момент, когда Оли не будет рядом. И сказала, поочередно глядя то на Полину, то на меня: однажды выяснится, что и с вами она фальшивит.

Может, и так. Я не хочу об этом думать.

Оля не любит рассказывать о прошлом. Сейчас у ее семьи все хорошо. Мама, когда-то учительница географии, сейчас работает директором недавно открывшейся гимназии. У папы свой бизнес, что-то, связанное с автомобилями. Еще есть младший братик, недавно ему должно было исполниться три года. Оля говорит, что постоянно с ним нянчится, когда возвращается домой. А я все никак не могу представить себе, каково это, когда у вас с братом шестнадцать лет разницы — мы-то с Ильей проходили все этапы взросления вместе…

Иногда лишь проскальзывают в словах Оли обрывки воспоминаний. Я зачем-то храню их бережно, как осколки драгоценных камешков, будто Оля без спросу передала их мне в руки, избавив себя от этой непростой ноши. Иногда я пытаюсь сложить их в полноценную картину, собрать витраж, что украшает окна сказочных дворцов, — но пока мне этого не удалось.

— Ника!

Оля остановилась, а чемодан затормозил только секунды через полторы, по инерции едва не врезавшись в меня.

На ней были светло-голубые джинсы и короткий белый топ, на котором висели темные очки в бежевой окраске, как будто она только что сошла с подиумной дорожки. Правда, волосы чуть растрепались за время перелета. Или за время поиска моей скромной персоны по всему аэропорту.

Мы обнялись, и Оля поправила покосившиеся очки.

— В общагу сейчас? — поинтересовалась я.

— В общагу! — Она хлопнула по боковушке чемодана. — С этой пушинкой далеко не уйдешь. Потом можем погулять. Я тебе сто-о-олько расскажу, — Оля довольно улыбнулась. Вытащила из кармана джинсов телефон, и брови взметнулись вверх: — Почти девять утра. Не верится. Я садилась на самолет в полночь… Самая короткая ночь в моей жизни.

— Забрали подаренное время обратно.

— Устала… Ночи перед Кондратюком — и те были длиннее.

Кондратюк — это наш историк России. В свое время он нам порядочно потрепал нервы. Что мы только не читали к его семинарам. И современные статьи на английском, переполненные сложными терминами, которые даже переводчик отказывался понимать. И исторические документы, начиная от городских летописей и заканчивая всеми известной «Повестью временных лет». Которая на самом деле носит другое название, куда более длинное. Одновременно подтягивали себе и английский, и древнерусский. А я так ни один и не знаю. Но ничего страшного, истории у нас впереди еще три семестра…

— Может, тогда до общаги — и спать?

— Ну уж нет, — Оля помотала головой. — Скоро опять уеду. Так что сегодня я на весь день твоя. До вечера, по крайней мере. Пока не начну засыпать. Или ты просто встретить меня приехала? — И она хитро-хитро посмотрела на меня. — Идешь на свидание с очередным ухажером?

— У меня нет ухажеров.

И я куда более нервно, чем следовало, вцепилась в Олин чемодан. Попыталась сдвинуть его с места… И ничегошеньки у меня не вышло. Это точно была никакая не пушинка. Я не представляю, что нужно положить в чемодан, чтобы он был настолько тяжелым.

— Девятнадцать килограмм восемьсот грамм, при лимите в двадцать килограмм, — похвасталась Оля. — Ужас как боялась, что окажется тяжелее, и придется доплачивать. Но повезло. Ты не волнуйся, я его сама не таскала, всегда находились желающие прогуляться с этой чудесной сумочкой вместо меня. Сейчас