Чтец заветных помыслов - Лилия Охотникова

Лайс застёгивал рубашку, собираясь сходить в ближайшее турагентство, купить билеты на круизный лайнер. Я же должна была остаться в номере. Чем меньше людей увидят меня, тем сложнее будет меня обнаружить моим непризнанным мужьям.

Вскоре Лайс ушёл. Он верил, что у нас получится спрятаться от наших преследователей на какое-то время. А потом им придётся вернуться в свой мир, так как их магическая сила на Земле сравнительно быстро истощается. Лайс смог приспособиться к человеческой магии только потому, что он — энергетический вампир и может черпать энергию отовсюду. Однако даже при наличии избытка энергии, летать он может лишь в полнолуние.

Лайс направился в турфирму вместе с Вячеком. Его друг лучше владел английским, и мог более подробно объяснить продавцу, в какое плавание мы мечтаем отправиться.

Я сидела в номере, смотрела в окно на лазурный полуденный океан. Его умиротворённая гладь простиралась до горизонта, а там сливалась с небом, приобретая более светлые голубые тона. Глядя на океан, мне казалось, что я ощущаю свежесть бриза и запахи солёной воды. Не выдержав, я вышла на балкон. Нежный ветерок принялся ласково играть моими распущенными волосами. На миг возникло ощущение жаркой сауны. Блаженно вздохнула, я потянулась. В отличие от многих своих знакомых, я обожаю жару. Солнечный зной наполняет меня внутренним теплом и энергией.

Время шло, а Лайс с Вячеком ещё не вернулись. Я начала беспокоиться за них. Часто набирала их номера на телефоне, звонок проходил, но никто не отвечал. С каждой четвертью часа становилось всё тревожнее на душе. «Может они зашли в бар на обратном пути, поговорить. Лайс собирался объяснить Вячеку произошедшее с нами… Или забыли где-нибудь свои телефоны? А может у них телефоны украли?» — мысленно строила я разные предположения. Всячески пыталась унять тревогу, но сердце всё равно было не на месте.

Я бы отправилась на их поиски, но муж попросил меня не выходить из номера ни при каких условиях. Я дала ему слово, дождаться его возвращения и не беспокоиться понапрасну. Но не волноваться не получалось. В итоге я решила выждать ещё час, и пойти на их поиски, ведь произойти могло, что угодно.

Забыв про красоты океана за окном номера, я ходила или сидела в кресле, ожидая хоть каких-нибудь новостей от мужа и его друга. Вдруг в дверь номера деликатно постучали. Я поспешила открыть, думая, что мужчины, наконец, вернулись обратно. Но на пороге обнаружился Корнелиус, одетый в бежевые бермуды и льняную голубую рубашку с воротником стоечкой.

— Добрый вечер, Даша! Могу я войти? — спросил он, окинув меня изучающим взглядом с головы до ног.

Смутившись, я отошла в сторону, неуверенно произнесла приветствие:

— Добрый вечер, Корнелиус! Проходите!

В голове неожиданно всплыли сведения, услышанные вчера от Лайса. Он говорил, Корнелиус — знаменитый королевский маг, и к тому же ректор единственной магической академии Паллейна. И самое важное — ему скоро стукнет 585 лет. «А меня всю жизнь учили не грубить старикам! В таком-то возрасте Корнелиус должен походить на развалины древнего замка, но на вид ему не дашь больше сорока пяти! Он в холодильнике спит что ли, или в каком-нибудь магическом гробе, подобно Дракуле?» — вертелись в моей голове неуместные мысли.

Предложив гостю присесть в кресло, я вежливо поинтересовалась целью его визита, хотя у меня имелись железные предположения.

— Я пришёл поговорить с тобой Даша.

— Ага, на Мальдивы пешочком по морю-океяну… Прям, как Царь Гвидон какой-то! — сострила я, начиная злиться. До меня дошло: «Меня таки выследили по витой золотистой татушке! И, возможно, мой любимый Лайс сейчас в беде!»

— Ты сейчас о сыне царя из сказки Пушкина говорила? — невозмутимо уточнил Корнелиус, закинув ногу на ногу.

— Нет о тебе, дражайший Корнелиус из вида реликтов! — вновь съязвила я. — Где мой муж? — делая паузу после каждого слова, сердито спросила я.

— Который из мужей? — усмехнулся вредный Корнелиус.

— Мой единственный земной муж — Лев Вампаер! Что вы с ним сделали?

— Решительно ничего плохого, можешь мне поверить! — заверил меня не в меру привлекательный реликтовый мужчина. Ему удивительно шла мальчишеская улыбка. — Мы вернули Лайса обратно на Паллейн.

— Что?! — не поверила я своим ушам.

— Мы переправили вампира Лайса домой, в наш семейный дворец в землях альф, — терпеливо пояснил Корнелиус.

— Мой муж не планировал туда возвращаться… — проговорила я, наблюдая за выражением лица Корнелиуса. — Значит, вы решили за него? Заставили! — я сердито нахмурившись, прожгла мужчину гневным взглядом.

— Нам пришлось так поступить. Поверь, ничего плохого Лайсу мы не сделали. Если ты хочешь сама убедиться в добром здравии мужа, то должна пойти со мной на Паллейн.

— А если я откажусь? — мои глаза непроизвольно сузились, как у очень хитрой и вредной кошки.

— То никогда не увидишь своего драгоценного Лайса. Позже он будет казнён за похищение жены принца Эдварда. Я говорю о тебе, моя дорогая Дариа! По законам моего мира посягательство на свободу чужой жены карается смертной казнью, — елейным тоном сообщил мне реликт.

Выслушивая его, я с большим интересом присматривалась к напольной лампе. Очень уж руки чесались огреть чем-нибудь самоуверенного старичка. Так, чтобы со звоном и искрами, и длинные волосы встали торчком от словленного им кайфа.

— Я сама покинула ваш магический мир, — еле сдерживаясь, сквозь зубы процедила я. — Сбежала от стада козломагов, считавших себя моими мужьями.

— Великолепно, что Лайс всё тебе рассказал! — радостно проговорил Корнелиус, полностью проигнорировав нанесённое ему оскорбление. — Свидетелем твоего ухода был только принц Эдвард. И он на нашей стороне. Эдвард выступит обвинителем на суде Лайса. Никто не встанет на защиту обращённого вампира, и он распрощается с жизнью. Всего этого можно избежать, если ты согласишься…

— Эдвард не будет помогать вам, он мой друг! — прервала я тираду Корнелиуса.

— На Паллейне тебя не было несколько лет. За это время многое изменилось. Эдвард тяжелее всех переживал твой уход, скучал по тебе. Он почти зачах от тоски, и сожалений, что отпустил тебя домой.

— Пусть даже и так! Я не пойду с вами! — решительно заявила я. Вскочив с дивана, я отошла к окну. Для меня разговор был окончен. Сердце взволнованно стучало, болело за мужа. Лайс наказывал мне, не беспокоиться о нём, если нас разлучат. Обещал справиться со всем сам.

— Ты, правда, обречёшь своего любимого мужа на смерть, на остальных — на вечную тоску по тебе? С годами наша привязанность к тебе, Даша, лишь растёт; такова суть брака в нашем магическом мире.

— Похоже, вы за меня все уже решили, — заметила я тихим