Рябиновый костёр - Жанна Даниленко

её ребёнком остался. И тут начался ад. Новорожденная девочка подняла такой ор, что у меня, шестикурстника, не первый день дежурившего в родблоке, началась паника. Я её и перепелёнывал несколько раз, и на руках качал, и кормил из мензурки, но она продолжала вопить не останавливаясь. Народ у нас добрый, мне этими воплями дали насладиться по полной. — Фёдор Сергеевич встал и налил ещё чаю и себе, и Даше. — А потом вернулся неонатолог, пристыдил меня за несообразительность. Намочил ватку спиртом с водой и положил на ротик ребёнку. Та почмокала, ватку обсосала и затихла. Вот такой синдром отмены у новорожденной. Позже, конечно, приходилось и не с таким встречаться, но тот случай был первым, и я в тот раз сам без чьей-либо помощи роды принимал.

Даше готова была слушать и слушать, но не пришлось. В дверь ординаторской постучали, одна из пациенток сообщила, что у неё отошли воды, и стало не до разговоров…

Часть 22

Часть 22

Фёдор стоял у окна в ординаторской и смотрел вслед Даше. Она торопилась на занятия, бежала по больничной дорожке, на ходу застёгивая куртку. Её волосы разметались и в лучах восходящего солнца были огненными. «Хорошая девочка, — подумал он, — не заносчивая, тёплая, уютная, с такой можно и жизнь прожить». Подумал и сам испугался своих мыслей. Куда ему юная девушка? Он же старше её лет на десять точно! Да и ей он зачем? Старый, разведённый, без собственного угла. А магия, магнетизм, тяга друг к другу — так у него всё это было когда-то. Да что говорить, не просто влечение — любовь была. Только чем всё кончилось… Повтора не хочется. И есть ли этот дурацкий магнетизм у него с Дашей? Скорей всего, нет, по крайней мере, с её стороны наверняка нет.

Странная была эта ночь. Вроде бы ничего особенного, подумаешь, с медсестрой чай пили, дело обычное, поболтали ни о чём… Так он и со старшей чаи распивал, когда она дежурила, и с Инночкой Петровной, с которой вступал в частые беззлобные словесные пикировки, но Даша была другой, с ней было интересно, а ещё спокойно и комфортно по-домашнему. Ушла вот, а чувство, что пусто рядом стало.

Да уж, скрасил время, на пользу ему общение с рыжулей не пошло. Хотя, может быть, дело вовсе не в Даше, а в той неустроенности, что с недавних пор поселилась в его быте и душе.

Привычка — вторая натура. Проросли они с Ларой друг в друга, вот что годы, проведённые под одной крышей, делают. Вроде бы и семьи у них как таковой не было, но, возвращаясь домой, он знал, что его ждут, а сейчас нет дома, только чужие холодные стены.

Фёдор вернулся к своему столу, удостоверившись, что Даша скрылась за поворотом. В первую очередь позвонил Ларе, сказал, что сегодня освободится пораньше и заберёт Алиску к себе. Бывшая жена не возражала, даже обрадовалась.

Подумал, что Лариса никакой неустроенности, в отличие от него, не чувствует, её ж кто-то на чёрном джипе привёз. Значит, в её личной жизни всё в порядке, хотя там пусто никогда не было.

* * *

По дороге домой Алиска болтала без умолку. То про соседа по парте, то про учительницу русского языка, то про школьного психолога, которая теперь с ней работает из-за развода родителей.

— А что мама говорит про психолога? — спросил Фёдор настороженно, идея посещения школьного психолога ему совсем не понравилась.

— Так я ей и не рассказала. У неё новый хахаль, ей не до меня.

Девочка насупилась, Фёдор хотел было осадить её, потому что подобные слова из уст ребёнка звучали особенно грубо и неуместно, но видя настроение дочери, не спешил делать ей замечание. В принципе, Алиска права, видел он тот чёрный джип Ларисиного друга. С самим хозяином пока познакомиться не получилось, но понятно, что у машины такого класса должен быть соответствующий владелец. Фёдор впился пальцами в руль, подавляя накатившую злость. Интересно, Лара с этим мужиком закрутила только сейчас или всё же когда они с ней ещё были вместе? Хотя какая разница, у Лары теперь своя жизнь, и ревность или злобу свою необходимо спрятать куда подальше. Развести их должны скоро, претензий друг к другу они не имеют, а о его увесистых и ветвистых рогах знать судье не нужно, да и никому другому тоже.

— Алис, что это за выражение «новый хахаль»? — всё-таки не выдержал Фёдор. — Где ты такое услышала? И потом, мама имеет право искать себе мужа. Может быть, этот мужчина очень хороший человек, а ты его «хахалем» обзываешь.

Дочь хмыкнула, посмотрела на отца удивлённо и скорчила рожицу.

— Дядя Игорь, что ли? Да ничего так, хороший, наверно. Он мне вчера планшет подарил, когда мы в кафе сидели, — принялась рассказывать Алиса. — Это его тётя Лена так обозвала, а мне слово понравилось. — Она глянула на отца хитрющими глазами. — Тётя Лена его ещё кошельком каким-то назвала, но он на кошелёк совсем не похож, скорее на трубу или на дерево, потому что он высокий, а кошелёк — толстый.

Фёдор рассмеялся и облегчённо вздохнул, они наконец подъехали к дому, в котором он теперь обитал.

Пока готовил ужин, следил за тем, как дочь делает уроки. Потом накрыл на стол и за ужином решил подробней расспросить Алису про Лариного поклонника. Это ж надо, хитрец какой, при помощи дорогущих подарков пытается купить хорошее отношение ребёнка.

— Лисонька, тебе был нужен планшет? Зачем? У тебя ж есть лэптоп и смартфон хороший. — Фёдор пытался сохранять спокойствие, хотя это давалось ему с трудом.

— Папа, ну как ты не понимаешь! Пока у меня его не было, он мне был не нужен, а теперь, вот прямо со вчерашнего дня, оказался просто необходим, на нём даже палочкой писать можно или рисовать, а ещё смотреть мультики под одеялом, и под подушку он легко прячется, когда мама заходит.

— Ну, если мультики, то это серьёзно, — наливая в стакан сок, произнёс Фёдор.

Остаток вечера они прекрасно смотрели эти самые мультики по телевизору, а после Алиска помылась, переоделась в пижаму и, лёжа в кресле-кровати, с удовольствием слушала сказки, которые ей читал отец, пока не уснула.

И тут Рябина почувствовал, что устал так, что ему даже на грязную посуду, оставленную на кухне, наплевать. Еле дополз до кровати, решив, что утром всё помоет, поставил будильник на пораньше и уснул, как только голова коснулась подушки.

Смартфон зазвонил неожиданно,