Девушка в наушниках - Эли Нор

Я часто опиралась рукой на ствол дерева, часто моргая, чтобы голова перестала кружиться.

Треск, крики, грохот…

Я закрываю ладонями уши и плачу…

Я ненавижу себя за все это…Я ненавижу его за это…

Я вся дрожу…я так сильно боюсь…Я молюсь Богу, но он не слышит меня…Он не помогает мне…Я умоляю его, а он молчит…

Я все равно верю в него…эта вера передалась от матери…вера в доброту…

Но разве ее плач и боль не может отнять веру у меня?

Не может…не знаю почему…

Я верю и ненавижу себя за это…

Она не заслуживает этого…

Почему ты не поможешь ей? Я слышу крики…ее плач…

Я ненавижу себя за свою беспомощность…

Я все равно молюсь…прошу спасти хотя бы ее…но ты только продлеваешь страдания…ты просто издеваешься, насмехаешься над ее чистотой…

Вторник, 1 октября 2019

День

— Меня зовут Павел Зуронов. Я — психотерапевт. Если ты не знаешь в чем разница между психиатром, психологом и психотерапевтом, то…я могу сказать, что психолог — это не врач, и, таким образом, не имеет право лечить, проводить психотерапию, он не знает основ медицинской диагностики, не может определить тяжесть и истинную причину заболевания. Психотерапевт, как и психиатр, занимается лечением психических расстройств, однако, если психиатры занимаются преимущественно «тяжёлыми» психическими заболеваниями, отдавая при этом предпочтение лекарственным методам лечения, то поле деятельности психотерапевта — более лёгкие расстройства, а также пограничные состояния — те случаи, когда человеку плохо, но болезнью это состояние назвать нельзя. Основное орудие психотерапевта — слово, беседа.

— Предыдущий мозгоправ тоже со мной общался. Все вы одинаковые. Кто-то более умный, кто-то просто общительный. Но то, что вы выучились на психотерапевта не делает вас им. Нужен талант.

Еще один идиот…

— Я уже давно в этой сфере и у меня много опыта. Я общался с многими пациентами и у меня получалось облегчить их жизнь.

— Неужели вы убийца? — насмешливо спросила.

Ему моя шутка не понравилась.

Павел был приятным на внешность человеком. Добрые голубые глаза, которые меня с первого взгляда напугали, но я не видела в них холода…я видела человека внутри…Он был высоким и худым. Широкие плечи, немного седины на левом виску…как будто покрасил специально…В уголках глаз были морщинки, тонкие губы все время слегка улыбались.

— Эльвира, я помогу тебе…

— Вы в этом так уверены?

— Ты уже не молчишь. Это меня радует.

— Сегодня у меня просто нормальное настроение.

— Я думал, что ты…будешь…боятся…

— Не заикайтесь. Говорите прямо, вы же специалист.

— Агрессия — твоя защита?

— Вы еще не видели мою «агрессию». Да и это не она…я бы сказала, что это безнадежность.

— Безнадежность? Ты причиняешь себе боль.

— Знаю, — безразлично кивнула я, переведя взгляд на забинтованные запястья. — Это унизительно.

Я сама удивлялась, что говорю…рассказываю…

И почему мне легче говорить с ним? Из-за его внешности? Из-за голубых глаз? Из-за того, что он похож на…

Я сжала кулаки… Не хотела позволить воспоминаниям нахлынуть здесь и сейчас. Не хочу плакать…Иногда я боюсь найти причину моих слез.

— Унизительно?

— А где Анастасия Александровна?

— Она передала все записи, что делала во время сеансов мне. Я часто работаю с криминалом. То есть похищение, изнасилование и подобное. Поэтому теперь я буду с тобой работать.

— Странно звучит.

— Я слышал, что ты совсем не разговаривала и сложно было что-то узнать. Но сейчас ты свободно со мной общаешься.

— Может, время прошло, — я пожала плечами.

— Мне кажется, что причина в другом, — произнес он, пристально смотря на меня.

— И какая же причина? — раздраженно спросила.

— Ты была с ними одиннадцать месяцев. С мужчинами.

— О, так вот в чем причина. Я очень привыкла общаться с мужиками, да? — мои губы растянулись в безжизненной улыбке.

— Может, — слегка кивнул он.

Я сглотнула. Улыбка пропала.

Что он себе позволяет?

— Я хочу домой, — произнесла я, положив сумочку на колени.

— Ты сказала, что это унизительно, — он посмотрел на мои руки. — Почему?

Я встала.

— Пожалуйста, ответь и можешь идти.

Я глубоко вздохнула.

— Разве не унизительно иметь шрамы на запястьях? Знак того, что ты хотела покончить с собой, что ты слабачка.

— Когда это произошло? В показаниях написано, что они были, когда ты прибежала домой. Ты хотела умереть? Или кто-то это сделал?

Я направилась к двери.

— Эльвира…

— Это я, — обернувшись, ответила.

Павел встал и подошел ко мне. Он дотронулся до моего плеча.

— Я изучил всех жертв. Они это делают для развлечения. Ты убежала, ты далеко не слабачка, Эльвира, — мягко проговорил он.

Он слегка сжал мое плечо.

— Ты можешь стать жертвой, а можешь стать спасением для многих. Выбирать тебе. Будешь бороться или сдашься…тебя не будут судить, знай. Ты ничего никому не должна. Решай сама.

Он убрал руку и слегка улыбнулся.

— Надеюсь, в будущем мы станем друзьями. Просто друзьями, Эльвира.

Я взглянула на стол, на котором стояла рамка с фотографией его и жены…или девушки…не знаю…Они смотрелись хорошо вместе.

Бывает, смотрю на пары и думаю, что кто-то может быть счастливым…У всех есть проблемы, но я думаю, что они правда радуются жизни…Многие радуются жизни…Так почему я не такая?

— Это моя жена, — заметил мой взгляд мужчина.

Он с улыбкой посмотрел на фотографию.

— До свидания, — тихо произнесла я и вышла.

Четверг, 18 октября 2018 года

Сколько времени я иду?

Почему дождь не кончается? Становится все темнее и я уже ничего не вижу…Небо закрыли тучи…даже луны не видно…

Только чуть-чуть видны очертания деревьев…

Я обнимаю себя руками, мне холодно, мне страшно…

Над головой оглушительно гремит гром, и я вздрагиваю от неожиданности, но продолжаю идти.

Идти по мокрой земле было трудно. Я спотыкалась и падала. Пряди волос прилипали к лицу.

Вдруг я услышала шуршание и обернулась.

Было слишком темно. Движения я не увидела.

Я продолжила идти, но снова услышала шуршание. Когда обернулась, сердце зашлось от страха.

Я увидела силуэт человека…его…

И я побежала, изо всех сил побежала в противоположную сторону. Я бежала, задыхаясь, и ветки били меня по лицу и рукам.

В какой-то момент меня толкнули и я упала на землю, больно ударившись плечом о ствол дерева.

— Назови свое имя, — услышала его голос.

Сердце сжалось от страха.

Я вскочила, спотыкаясь и, не разбирая дороги, побежала.

Моя нога за что-то зацепилась и я кубарем полетела по крутому склону.

Я лежала на земле