Девушка в наушниках - Эли Нор

— Это же не сложно, маленькая, — услышала его голос совсем близко.

Он толкнул меня, и я перевернулась на спину.

Брюнет присел на карточки около меня. В какой-то момент мне показалось, что его лицо все красное…как будто ожоги на всей коже…или просто содрали кожу с лица…Но даже ужас не успел пробраться в душу как это видение исчезло…

Мне просто показалось…

— Ты же хочешь жить? — насмешливо спросил.

Он погладил меня по грязной щеке.

Было очень темно…я почти не видела его…только слегка его лицо…

— Знаешь, сегодня ты должна была умереть…не ты одна. Но умерла только она. Думаю, на сегодня хватит.

— Пожалуйста, — прошептала я, плача.

— Назови свое имя, — прошептал он, продолжая поглаживать мою щеку.

Я сглотнула.

Я чувствовала как он только больше растирает грязь на щеке. Я отбросила его руку и села на колени, всхлипывая.

— Меня зовут Нас…

— Настоящее имя, — он схватил меня за подбородок, заставляя смотреть на него.

— Настя…

— Эльвира, — прошептал он я замерла.

Мое сердце билось в ребра как сумасшедшее.

— Как ты…

— Твои фотографии висят в городе…да и я до этого знал его. Но не красиво так врать. Ты должна представится.

Я почему-то не хотела ему говорить свое имя. Да и зачем? Он уже его знает!

Меня ищут…Меня найдут и все это закончится…

— Надежда умирает последней, я знаю, — произнес он. — Интересно, она умрет до тебя?

Я сглотнула.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я хрипло.

— Я хочу, — беззаботно ответил он. — Мне интересно.

— Отпусти меня. Я не скажу…

Он закрыл мне рот ладонью.

— Почему я должен тебя отпустить? Я еще не наигрался. И…знаешь…я не видел страх в твоих глазах, когда душил тебя. Но об этом поговорим дома.

Он отстранился, схватил меня за капюшон куртки, потянув вверх, заставляя встать, и потащил за собой.

Я крепко сжала камень, на который наткнулась рукой, когда падала и рывком расстегнула куртку. Замахнулась и ударила по голове парня…куда достала, туда и ударила…Отпустив камень, рванула в сторону, при этом с меня слетела куртка, за которую держал меня брюнет.

Я бежала со всех сил. Не видела ничего перед собой…только мелькающие деревья…Темноту…деревья…

В какой-то момент я услышала громкий смех и меня толкнули. Я споткнулась, врезалась в ствол дерева, ударившись виском, и упала.

Вспышка боли. Молния рассекла пространство на отдельные ломаные осколки. Висок пульсировал.

Я подтянула колени к груди и свернулась калачиком, зажмурившись. Меня трясло от холода и по всему телу бегали мурашки.

— Вставай.

Я сильнее зажмурилась. Горячие слезы катились по лицу.

Он меня чем-то накрыл и поднял на руки.

Я снова молилась…И мне было смешно, что я снова это делаю…Мне никто не поможет…

***

Он посадил меня в ванну с теплой и ароматной водой. Я не чувствовала себя… Все было как в тумане… А он, придерживая меня одной рукой, другой осторожненько обливал мою голову теплым душем после того как тщательно мылил ее. Я просто смотрела в потолок, слушая всплески воды. Брюнет не спешил.

Я слушала свое медленное дыхание.

— Мне здесь нравится, — прошептал он, поглаживая меня по голове. — Здесь лучше.

Дыхание, сосредоточится на дыхании…Медленный вдох — выдох… снова медленный вдох — выдох…

Я чувствую, как его теплые пальцы зарываются в мои мокрые волосы. Он пропускает их сквозь пальцы, поглаживает, накручивает на палец и, наклонившись, нюхает. Он рассматривает их так пристально, как будто впервые видит.

Я чувствую боль в виске и шее. Стоит только немного повернуть голову и она гонит мурашки по телу.

А губы…я их не чувствую…Мои губы пересохли, и я сглотнула.

Не хочу облизывать их…нет сил…Я ничего не хочу…

Среда, 2 октября 2019

День

— Расскажи мне о твоем отце, — просит меня Павел.

Он купил мне мягкий плед.

Заставил поудобней сесть и завернутся в него.

Чтобы я себя лучше чувствовала…как глупо…

— Нечего рассказывать, — беззаботно произнесла я.

За окном уже октябрь. Желтые листья падают, оголяя кроны деревьев. Вероятно, скоро начнутся дожди…

Завтра же ничего не случится? Все будет хорошо, да?

— Эльвира, насилие бывает разным: психологическим, физическим, экономическим. Но последствия насилия в семье всегда есть.

Я съеживаюсь, сворачиваюсь в клубочек в углу дивана и натягиваю плед, как кокон.

— Я не хочу об этом говорить. Это в прошлом, — тихо произнесла я, смотря в окно.

— Такое прошлое влияет на человека в будущем. Человек вырастает замкнутым и тревожным. Он всегда насторожен и никому не доверяет.

— Я не хочу об этом говорить, — чеканю каждое слово, вкладывая в них, как можно больше ледяных ноток и настойчивости.

Я не буду с ним говорить об этом…

— Сколько времени это продолжалось? Твоя мать сильный человек.

На этом месте я сжимаю свое запястье под пледом, впиваясь ногтями в бинт, удивляясь, как быстро и без предупреждения все может превратиться в полное дерьмо…

— Появляются такие три последствия насилия в семье: недоверие, гиперчувствительность (настороженность), сверхответственность и бессилие. Это все я вижу в тебе.

— Меня похитили! — срываюсь я на крик. — А вы пытаетесь найти причину в насилии в семье, которое было больше пяти лет назад?!

— Эльвира, я не пытаюсь причинить тебе боль. Я хочу узнать твою историю, твои чувства. Я хочу помочь тебе пережить все это. Я хочу сделать тебя счастливым и здоровым человеком.

— Тогда перестаньте копаться в прошлом, которое не касается похищения.

— Я должен увидеть всю картину, чтобы разобраться во всем.

Он встает и приближается ко мне. Павел садится на край дивана около меня.

Я перевожу взгляд на окно. Меня напрягает такая дистанция…

— Недоверие… Те, кто переживал насилие в детском возрасте, ощущают себя несправедливо обиженными — и опасаются повторения ситуации. Они более склонны к контролю даже в близких отношениях. Это порождает холодок и недоверие, отчужденность — и одновременно желание оказаться в максимально безопасной обстановке. Чувствительность… Чуткому человеку тяжело жить. Он все время замечает то, что остальные вытесняют, не замечают, воспринимают как часть «фона». Из-за чрезмерной сконцентрированности на всем сразу выросшему в обстановке насилия сложно сфокусироваться на своих желаниях. Ответственный человек ответственен за себя и за стариков или детей. За тех, за кого он взял ответственность в здравом уме и доброй памяти. Человек, переживший в семье насилие, выходит из этой системы с «покореженным» аппаратом. Пока он выживал в сложных условиях, он пытался брать ответственность за насильника: может, я не то сказал (а); сделал