Ну, здравствуй, жена! - Татьяна Геннадьевна Абалова

- Пока с ног не сшибут. Да не переживай ты так, - мальчику льстило, что Джулия округлила от ужаса глаза. - Бьют только тупой стороной оружия. И остальное все по согласию. Я, например, Кулака на бой ни в жисть не вызову. Он меня и без оружия уделает. А вот Алелькиного брата - запросто.

- Подожди-подожди. На рукопашный бой ты можешь вызвать кого хочешь? Даже самого милорда?

- Ага. И оружие для битвы сам выберу. У меня деревянный меч и отцовская кольчуга. Длинная, зараза, меж ногами так и путается. Но ничего, через пару годков в самый раз станет, - Михайка в своих рассуждениях был таким основательным. Маленький мужичок. - Ну так что? Алельку звать или ты на мою пику шарф повяжешь?

- Еще и пика будет?

- А то! Все по чину. Воткну ее в землю, когда противника выкрикивать выйду. Пусть все видят, за чью честь бьюсь.

- Знаешь, Михайка, нет у меня шарфика.

- А лента для косы?

- И ленты нет. Одни шпильки, - Юля продемонстрировала завернутый в фигу хвост. - Поэтому ты лучше Алельку позови.

Чтобы мальчишка сильно не расстраивался, дала ему внеочередной леденец.

«Рыцарь» не стал лизать звезду. Вздохнув, завернул в салфетку. Аккуратно, боясь сломать лучи.

«Должно быть, Алели понесет, - догадалась Юлия. - Даму сердца тоже можно подкупить».

***

- Леди Картора! - Юлька бегом бежала по лестнице. Едва рванула дверь, выпалила: - В конце месяца состоится рыцарский турнир!

- Знаю, - Картора явно была не в духе. Даже головы не повернула. Смотрела в окно, за которым ровным счетом ничего не происходило. Лишь ветер шумел в ветвях полуголых деревьев, бесстыдно срывая последние листья.

Внук так и не явился. Только прислал цветы через посыльного. Вянут, вон, в железной вазе.

Юля села рядом с Пьющей Кровь. Как следует села, не на край. Собрала брови в суровую линию, показала дерзкий разворот плеч.

А мышцы ныли. Молчаливая Тора загоняла Юльку вконец. Но скалка в руках держалась уже уверенно, выпады и уходы от удара отработались до автоматизма. Спасибо строну, без него умерла бы, наверное.

- Пойдемте в подвал ваши доспехи мерить? Может, что подправить в них нужно? - Юля представляла, как ладно на ней будет сидеть рыцарское облачение, и как зычно крикнет она в прорезь шлема «Выходи, гад!..», ну и далее по тексту.

- Ты в них и шагу не сделаешь, - Картора кинула взгляд на острые Юлькины коленки. - Они для тебя тяжеловаты будут.

- Эх, - Юля скривила лицо. Она уже видела, как летит по ветру длинный хвост ирокеза, сделанный из конского волоса, как бликуют на солнце латы.

- Подберем для рукопашного боя что-нибудь попроще. Кольчугу, тканевые доспехи, легкий овальный щит...

- Если меч Гестиха меня не заденет, то к чему вся эта защита? - Юля разочарованно уставилась в то же окно, за которым разбойничал ветер. Раз нельзя покрасоваться в полном рыцарском облачении, зачем затевать какую-то возню с тряпками?

- А скрыть свое лицо? Изегер до тебя пальцем не дотронется, если будет знать, что это ты. Вот если бы вы один на один бились в опочивальне...

Юлька недовольно шикнула.

- ... то да, и совсем другое дело бой на турнире. Где сотня глаз, сотня причин поднять тебя на смех, и не принять вызов. Ты должна быть неузнаваемой и напористой. Шлем спрячет лицо, а тканевые доспехи сделают фигуру не такой щуплой. Это потом, после боя, ты сможешь показаться, чтобы Изегер задохнулся от досады. А до того ни-ни.

- Ой, что-то я сильно сомневаюсь, что справлюсь, - поймав взгляд Карторы, Юлька поправилась: - Нет, я, конечно, готовлюсь, и желание надавать вашему внуку есть, но... я боюсь опозориться.

- Не бойся. Меч Гестиха и строн помогут. А потом, если уж на самом деле опозоришься, силком под шлем никто не заглянет. Пусть гадают, кто в лужу сел. Так и гордость свою сбережешь, и силы противника разведаешь, чтобы в следующий раз не оплошать. А теперь иди. В печали я. Совсем недавно и Тиль выпроводила. Покоя от вас нет.

«Вот только за это милорду нужно врезать!» - вздохнула Юлька и отправилась к себе. Тренироваться перед зеркалом. Только тренировки у нее были вовсе не по турнирной теме.

С недавних пор Юлька заимела тайну. Страшную и пугающую.

Как только она осознала, что с ней происходит нечто странное, чуть не умерла от ужаса. Но постепенно освоилась и даже решила не рассказывать о своем секрете Теням до тех пор, пока не провернет одно важное дело.

«Жене» Изегера не давал покоя ответ Магистра.

До колик. До зуда. До зубовного скрежета.

О том, что Эрдис в деревенской лавке говорила о том самом письме, Юля не сомневалась. Информацию косвенно подтвердил Михайка. Малец лично знал гонца, который привез депешу из столицы.

Прошло несколько дней, а милорд ничего не предпринимал.

Ожидание Юльку убивало.

Чего же такого посоветовал Магистр? А вдруг Изегеру приказано вернуть никчемную попаданку домой, а он кочевряжится? А может, родовой амулет можно снять на Земле? Всем тогда будет хорошо: и ей, и милорду.

Но милорд затаился. Чего-то выжидает...

Юля видела, что он наблюдает за ней. То на балконе покажется, когда она Михайку провожает, то через окно задумчиво смотрит, когда она по стене бежит.

«Если гора не идет к Магомету...»

Задумка переодеться в служанку зрела давно, и появившаяся тайная способность лишь укрепила желание совершить набег на кабинет милорда. Удача была гарантирована на девяносто девять процентов.

Все началось с тех самых зеленых пятен от кремвиля.

Они вели себя странно: то появлялись, то исчезали. Пока однажды Юля в сердцах не крикнула: «Да что за фигня? А ну, брысь с лица!».

И пятна исчезли. Растаяли, как снежинки на ладони.

Юля таращилась на свое отражение, но не нашла их ни на ладонях, ни на коленке.

Но к вечеру пятна вернулись.

И опять Юля скомандовала «Исчезли!».

А они послушались.

Такие игры продолжались вплоть до седьмого дня, когда мучение с пятнами завершилось естественным путем. Верная примета, по которой ее могли опознать стражники, и чего никак не могло быть на лице и руках служанки, исчезла, и Юля начала готовиться к проникновению в стан врага.

Достала из шкафа платье - точно такое же, какое носила Эрдис. В лавке, где продавали одежду для