Ну, здравствуй, жена! - Татьяна Геннадьевна Абалова

- Никаких детей, - отрезала Юля.

- А? Что? - переспросила Хильда, не подозревая, что отвечали не ей.

- Я спрашиваю, у милорда дети есть? Как я погляжу, тут многие заводят бастардов. Вот и у Говорящих с Травами, как вы упоминали, есть.

- Нет, наш милорд не допускает, чтобы у его любовниц появлялись дети.

- На аборт отправляет?

- Замуж отдает, - Хильда не поняла, но переспрашивать не стала, решив, что «аборт» - это какой-то населенный пункт. - Сколько Далька из Скрипучих врат ни старалась забеременеть от милорда, ничего не вышло. И заговаривалась, и травку обманную пила, и хитростью взять семя пыталась. Отчаялась вконец. Она ему «подари дитя», а он ее замуж выдал за кузнеца. Я знаю, она сама рассказывала. Сейчас с десяток детишек по лавкам. А от милорда ни одного. Видать, не хочет, чтобы потом из него веревки вили.

- Ему наша Юля родит, - подала голос Тиль. - Не нужны нам чужие дети.

- Ни за что! - ощетинилась Юля.

- Что ты сказала? - переспросила Хильда, отодвигая от себя пустую тарелку.

- Ни за что в постель к милорду не лягу.

- Ох, пресветлая Афарика! - выдохнула хозяйка «модного дома» и опять приложила ко лбу два пальца. - Кто тебя спрашивать-то будет? Даже если за кого другого замуж пойдешь, может так случиться, что лорд востребует с твоего жениха первую брачную ночь. Имеет право.

И глаза опустила. Ее щеки полыхнули пунцовым румянцем.

- И с вами так было? - догадалась Юля.

«Гад, развратник!»

- Было.

- Не видишь, что ли, что она до сих пор нашего Изегера забыть не может? - подала голос Картора. - Потому и привязалась к тебе. Лишь бы повод найти в замок пробраться. Вот посмотришь, не останется она у тебя ночевать. Пойдет о нем выспрашивать.

- Но наш Изегер как выполнит свой долг, второй раз на чужую жену ни за что не посмотрит, - «успокоила» Тиль Грасси. - Дело чести.

- Боже! Я сойду с ума!

- Куда уж больше? - Хильда потянулась и ткань платья плотно очертила и хорошую грудь, и тонкую талию. - О тебе и так все говорят, как об умалишенной. Ладно. Засиделись мы. Спать пора.

- Вы можете располагаться в комнате напротив моей. Правда, там не убрано.

В свою постель Юлька никого пускать не хотела.

- Нет, я лучше к Зайрис, приятельнице своей, пойду.

- Я говорила! - воскликнула Картора.

- Она тоже первую брачную ночь милорду подарила? - у Юльки в груди разливался кипяток. И сердце покалывало. «Интересно, сколько их здесь таких?»

- Нет, что ты! Ей так не повезло. А вот матери ее - да. Она еще при отце милорда замуж выходила. Тот хоть не молод был, но, сказывали, с душой с делом справлялся. И деньгами большими одаривал. Можно было и коровку прикупить, и свиней парочку. Ладно, пойду я...

«Блин! Вдруг эти печенюшки вовсе не мне предназначались? А я губу раскатала... - забеспокоилась Юля. - Может, лорд так проявил дань уважения к своей бывшей любовнице? Ведь наверняка знает о ее страсти к сладкому. Вон, смотрите-ка, все булочки умяла».

О записке в этот момент Юлька и не вспомнила.

Так часто бывает, когда тасуются факты и события в угоду одной въевшейся в мозг мысли.

«Я ревную? О, нет-нет!»

- Кобель твой сын был! - зло стукнула клюкой Картора, чем отвлекла Юлю от размышлений.

- Мой мальчик был добр, поэтому никому не отказывал. А потом, чем еще утешиться вдовцу? - кинулась на защиту сына Тиль.

- Дульф и при жене никому не отказывал.

Юля заткнула пальцами уши.

Хильда даже если и попрощалась, ее юная подруга этого не услышала.

Глава 21. Полный провал

- А теперь давайте поговорим серьезно, - Юля пригвоздила взглядом поднявшуюся было Картору.

- Слушай, Грасси, тебе не кажется, что в девочке проснулся дар вашего рода? - Пьющая Кровь обратилась к снохе, словно не слышала, что сказала Юля. Тиль с готовностью заглянула в лицо «внучки».

- Вроде нет, глаза смертельным светом не полыхают. Вот если бы там отсвечивало красным...

- Прекратите! - уголки губ у Юли опустились. Ее подбородок дрожал. - Мне и так тяжело, а вы только путаете.

- Ладно, говори. Что ты хочешь узнать? - Картора откинулась на спинку кресла, приготовившись к долгому разговору.

- Я хочу услышать правду без увиливаний и недомолвок. Мне надоело, что мной вертят, как куклой: «иди и убейся», «иди и побей»!

- Спрашивай, - Пьющая Кровь была сама серьезность.

- Почему вы обе спустились сюда именно сегодня? Из-за Хильды? - Юля решила обойтись без расшаркиваний. «Я вас люблю, но...» - сейчас был не тот случай. - Чего вы боитесь? Она могла сболтнуть лишнего? И самое главное, чего мне никак не понять: почему вы, страдая по внуку, сидите как мыши по своим норам, а не идете к нему и не требуете объяснений? Откуда вдруг такая пассивность? На вас это никак не похоже.

Старухи переглянулись.

- Изегер запретил нам приближаться к нему, - нехотя призналась Картора и опустила глаза в пол. Ее клюка нервно подрагивала, словно «дева-воин» едва сдерживала себя.

- Да, наш мальчик на нас обиделся, - вздохнула Тиль. - Но прошло столько лет...

- Сначала причиной ссоры стала смерть его матери...

- Изегер обвинил нас в распущенности его отца, - перебила Картору Тиль. - Но это был всего лишь обычай. Дульф исполнял то, что делалось веками. Правом первой ночи в Агриде пользуются до сих пор.

- Тиль с таким же жаром защищала своего сына и не услышала Касси, которая потребовала отменить обычай. Хотя бы на то время, пока она носила под сердцем Изегера.

- Но как я могла запретить главе рода? И потом, бастарды есть у всех, даже у твоего отца они были... И у моего... Картора, расскажи, что натворила Касси, как она унизила моего сына...

- Касси обменяла амулет смерти на то, чтобы...

- Чтобы у моего сыночка никогда больше не было детей, - в голосе Тиль проскользнули истерические нотки. -