Наследник Сентерии - Дилара Кескин

Я рассмеялась. Винсент приблизился ко мне и провел рукой по моей щеке. Улыбка тотчас исчезла. Мое сердце забилось быстрее, кровь прилила к щекам, а дыхание перехватило. Я чувствовала, что меня бросило в жар. Я хотела смотреть на Винсента не отрываясь, но закрыла глаза, поддавшись его нежным касаниям. Я почувствовала, как он целует мои веки, и затрепетала от нежности.

Песня закончилась, и музыканты принялись за другую композицию. Я услышала мелодию и широко распахнула глаза, словно очнулась от сладкого сна. Я посмотрела на Винсента, который выглядел не менее озадаченным. Играла песня под названием «Давай, красотка, потанцуй со мной», под которую мы с Винсентом когда-то впервые поцеловались. Все вокруг танцевали и распевали знакомую песню. Для нас же время словно остановилось.

– Сегодня Виктория прислала мне любовное письмо, – заявил Винсент. Его слова эхом отдавались в моей голове. Казалось, любовный флер растворился, в душе осталась выжженная пустыня.

Я положила руки ему на грудь и попыталась оттолкнуть, но он продолжал прижимать меня к себе.

– Я рада за тебя, – прорычала я, поняв, что отталкивать бесполезно. Винсент обрадовался, увидев, что я злюсь. Мужчина озорно улыбнулся. Я не знала, то ли мне сердиться на него за его дерзкий смех, то ли за его очарование, от которого мое сердце билось быстрее. Я не сдержалась и хлопнула его по плечу. Винсент перестал смеяться и прижался своим лбом к моему. Пробежавшая между нами искра разгоралась в целое пламя, которое, казалось, вот-вот поглотит нас обоих.

– Разве тебе не интересно, что она написала?

– Ты же сказал, что это любовное письмо, – холодно ответила я. Он коснулся губами моего носа, и я почувствовала, что моя злость отступает.

– В этом любовном письме говорилось, что моя ревнивая сумасшедшая жена опозорила ее перед друзьями и что она ненавидит меня за то, что я этого не предотвратил.

Я прищурилась:

– Кажется, тебе нравится, когда тебя ревнуют, мой принц.

– Очень, – дерзко ответил муж.

Он вел себя настолько высокомерно, что я вскинула голову, пытаясь остудить его пыл.

– Это не имеет к тебе никакого отношения.

Мужчина вскинул брови и слегка покачал головой. Очевидно, он не поверил мне.

– Это напрямую относится ко мне.

– Я пошла туда, чтобы защитить свою честь и научить эту женщину не приближаться к тому, что принадлежит мне.

Винсент, казалось, ничуть не огорчился, скорее наоборот.

– Что именно твое?

Я улыбнулась, не в силах больше сдерживаться:

– Ты.

Улыбка исчезла с лица Винсента, его взгляд стал серьезным. В этот момент я поняла, насколько была слепа. Я все думала, как же исцелить наши душевные раны, когда лекарство было прямо перед моим носом.

До меня донеслись слова песни «Давай, красотка, станцуй со мной», и я решилась:

– Поцелуй меня, Винсент, и я принесу тебе вина.

Мне не потребовалось повторять дважды. Винсент наклонился вперед и поцеловал меня в губы. В этот поцелуй он вложил всю свою любовь, боль и тоску.

Глава 13

Опасные замыслы

Jefferson Airplane – White Rabbit

Я расположилась на двух больших квадратных подушках у камина и подложила левую руку под голову. Винсент коснулся моих волос кончиками пальцев, и я улыбнулась. Он обнимал меня сзади, и я чувствовала себя в безопасности.

– Тебе лучше?

После танцев в таверне мой желудок внезапно воспротивился и изверг весь выпитый мной алкоголь. Винсент очень волновался, увидев мое состояние. Впрочем, видимо, он продолжал беспокоиться и сейчас: я одобрительно кивнула ему в ответ, а он лишь тяжело вздохнул.

Я медленно повернулась и прижалась к нему. Его грудь была обнажена, поскольку я надела его пижаму. Некоторое время мы лежали в полной тишине, нарушаемой лишь потрескивающим пламенем в камине. Никто не осмеливался прервать многозначительное молчание.

– Значит, ты приехала сюда из Зиракова, чтобы сбежать от матери? – некоторое время спустя спросил Винсент и поцеловал меня в лоб.

Мое сердце билось так часто, словно я пробежала несколько миль. Как я умудрилась забыть, что в письме, которое я написала Винсенту перед отъездом, я созналась, что приехала в Сентерию шпионить?

Я села и посмотрела Винсенту в глаза. Его выражение лица беспокоило меня. Я не понимала, к чему он клонит, и запаниковала.

– Ты кому-нибудь об этом рассказывал? – спросила я.

– О, разумеется, – язвительно ответил он. – Для моего дорогого отца стало бы великой честью вновь открыть двери дворца принцессе, которая призналась в шпионаже.

Винсент лежал на спине. Я облокотилась на его грудь и положила голову на руку.

– Я хотела тебе сказать, – прошептала я, – но…

Он провел указательным пальцем по моей щеке, и слова так и не сорвались с моих губ. Черты его лица смягчились, и мое сердце оттаяло.

– Китана, в прошлом я бы выплеснул на тебя свою злость, но мы не виделись два месяца. Я так сильно соскучился. К черту все оправдания.

Раньше Винсент не ругался, разговаривая со мной, и сказанное им крепкое словечко резануло слух. Я не удержалась и рассмеялась. Винсент притворился сердитым.

– Я должен казнить тебя за то, что ты насмехалась над своим принцем.

– Я ловкая преступница, – еще шире улыбнулась я. – Тебе ни за что не поймать меня, принц.

Я вскочила, и в последний момент увернулась от рук Винсента. Он двигался очень быстро, но я поняла, что он позволил мне убежать. Мужчина хотел поиграть со мной, как кошка с мышкой. Я подбежала к правой стороне кровати. Он стоял и смотрел на меня с противоположного конца.

– Я мог бы схватить тебя прямо сейчас, если бы хотел.

Я уперлась рукой в бок.

– Ты бездарность…

Винсент одним прыжком преодолел разделявшую нас кровать, а я даже не успела договорить. Я попыталась убежать, но его сильные руки уже обхватили меня за талию и уложили в постель. Он забрался на меня сверху, и я замахала кулаками в воздухе, отказываясь сдаваться. Винсент схватил меня за запястья и прижал к кровати. Я больше не могла бороться, успев запыхаться за эти несколько напряженных секунд.

– Ты поймал меня, мой принц. И что теперь?

Мужчина с озорной улыбкой наклонился ко мне. Наши лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.

– Ты будешь наказана, моя принцесса.

Я весело улыбнулась в ответ:

– Впервые в жизни я так жажду наказания.

Винсент внезапно обхватил меня одной рукой за талию и приподнял. Другой рукой пробежался по пуговицам пижамы. Я потянулась и поцеловала его в губы, чтобы он ощутил мое желание. Вскоре я вновь почувствовала себя живой…

Дни летели стремительно. В Сентерии постепенно становилось теплее. Леденящий холод, пронизывающий до костей, отступал.

Я проснулась на рассвете и посмотрела на спящего рядом Винсента. Он выглядел по-детски милым и невинным. Я внезапно осознала, что минуло восемь месяцев с нашей первой встречи, а воспоминаний накопилось на