Цветок и камень - Александра Иванова

После ухода Криса я снова уснула. Сегодня я говорила лучше, да и к рукам постепенно возвращалась подвижность.

На следующий день ко мне пришли Рикки и Чарна. Мы что-то обсуждали, смеялись и я, наконец, решила расспросить, что же случилось с тем пауком.

— Крис тебе не рассказал? — глаза Чарны округлились, и она задумчиво посмотрела, на Рикки.

— Почему вы так театрально переглядываетесь?

Рикки поджал губы и посмотрел на меня, слегка прищурив глаза.

— Знаешь, — задумчиво начал он — в случае чего, сделай вид, что удивлена.

Я кивнула.

— Тогда, после того как он вытащил тебя из-под паука, он вколол тебе антитоксин. После клуба, он помчался в лабораторию алхимиков за ним, как только паук потребовал обмен. Мы должны были ждать его в паре кварталов от той заброшенной стройки. Он был там, через час, с пауком условились на рассвете, но он не спускался. Крис порывался подняться, но Фрея объяснила ему, что паук пока мы только будем подниматься, успеет сделать с тобой… всякое. Крис не слушал, он был в ярости.

Чарна продолжила рассказ вместо него, голос у нее был странно спокойный, будто она обдумывала что-то, но не могла говорить при мне.

— Мы отговаривали Криса, он ведь свез туда почти всю партию пауков. Ган сказал, что так дело не пойдет. Они спорили, он Фрея и Крис. В итоге решили, что на виду будет одна клетка и если смогут договориться, то обмен пройдет без потерь. Крис вскипел, Денни у него были ужасные глаза. Я никогда не видела, чтобы человек мог быть в такой ярости. Он не хотел никаких планов, он просто хотел поскорее тебя забрать. Потом когда паук вышел с тобой к нам, мы прятались. Ты подожгла ему лицо, сожгла брови. По времени этого хватило, чтобы Крис успел вколоть лекарство, но ты потеряла сознание. Фрея хороша в ядах и симптомах. Она смерила тебе пульс, проверила температуру и повезла тебя сюда. Крис хотел с ней, но она смогла уговорить его остаться. В общем… Денни ты знала, что когда Крис в ярости его сила, физическая сила увеличивается? Как у Халка, если сравнение вообще уместно. Он отрывал пауку сначала ноги, потом руки, я не слышала, что он говорит. Я вообще не должна была видеть, что он делал. Там были только он, близнецы и Ган. Бран, кажется, понял, что я наблюдаю, он услышал меня, но он не рассказал Крису. В общем, он мучил его, а потом убил. Денни… он оторвал ему голову.

Мой рот приоткрылся. Я ни разу в своей жизни не видела его на пике ярости, как же я не почувствовала? Мне казалось, что если с ним произойдет подобный всплеск, то я почувствую его в любом случае.

В палате повисла тишина.

— Рикки, ты не мог бы сходить к кофейному аппарату? Хочу их порошковый капучино — резко сказала Чарна, даже не глядя в сторону друга.

Такое случалось редко, обычно когда обсуждалось что-то серьезное, они выступали единым фронтом. Значит то, что она собиралась сказать либо отличалось от его мнения, либо тема была женской. На этот раз ее голос был грубым, и она смотрела мне в глаза, слишком серьезно для женских секретов.

Рикки даже не стал возражать, а просто быстро вышел из палаты. Они же не поссорились?

— Все хорошо? — спросила я.

— Не совсем. Денни, ты танцевала с Рикки, а потом пошла в тот переулок, зачем? Последний раз ты курила в прошлом году на вечеринке, не табак. Никотиновой зависимости, стало быть, нет, но ты вышла наружу, зачем? — ее голос, в нем были незнакомые мне нотки гнева.

Она злилась при мне миллионы раз, но именно сейчас казалось, что ее гнев направлен на меня.

— Я же его «шестерка», нужно было проверить как он.

— Пьян, возбужден, хотел курить. Это даже я видела, а я ему никто. Что ты почувствовала? Рикки рассказал, ты вылетела за ним на улицу, даже не надела ничего сверху. Что произошло? Не ври только.

Я сглотнула комок в горле.

— Он злился, сильно, я вышла узнать, что с ним.

Она молчала.

— Ты его любишь?

— Чарна… — не хочу отвечать, не здесь, не сейчас — Я просто…

— Ладно, хорошо я поняла. Тогда в переулке, когда мы пошли тебя искать, он как раз говорил с тем пауком. Он выглядел яростным, слишком. Я тоже злилась, но он… Денни он был похож на зверя, знаешь, которого загоняют в клетку. Он не знал где ты, поэтому не кинулся на паука сразу — она говорила тихо и немного подавленно — Он поехал за антитоксином, объяснив нам немного. Ган и Саймон они его лучшие друзья, они тоже не видели его таким раньше. Все, что я пытаюсь сказать, что… Денни ты же понимаешь, что то, что происходит между вами это в какой-то мере неестественно? Я не знаю, что ты успела натворить, но я этого не одобряю. Не потому что не желаю тебе счастья, а просто потому, что ты можешь пострадать. Рикки сказал, я драматизирую, но это не так. Между «шестерками» и хозяевами ничего не может быть. Думаю, есть причина, по которой это запрещено. Если узнают о вас, тебя могут убить. Тебя считают никем в этом прогнившим до основания обществе, вспомни своего отца в день отбора. Я не знаю, что буду делать, если потеряю тебя.

С моих щек скатывались слезинки, а я не обращая внимания, на какие-то трубки из вен и боль в спине поднялась и обняла Чарну. Она копила это в себе последние дни не находя поддержки даже в Рикки. Я прижала ее к себе и мы, наконец, дали волю слезам. Когда Рикки зашел, он сначала обомлел, но потом кинулся нас утешать. Мы просидели до конца часов посещения. Я не стала обсуждать сказанное Чарной, хотя в глубине души понимала, что она права. Я уважала ее за то, что она высказала это мне в лицо, хотя знала, что, скорее всего, ранит меня.

Следующую неделю я начала ходить. Плохо и недалеко, но мне нравилось ощущение того, что я не прикована к кровати. Яд из организма вышел, но врач сказал, что шрамы, которые он пытался зачаровать, остались, но их мало. Теперь на шее сзади и справа у меня были белые полоски, а еще под левой грудью, он был самым широким.

Когда я спалила пауку брови я задела себе