Откуда ты взялся? - Энжи К.

Из недр размышлений вытянул грубый холодный голос.

— Вэл? Ты услышала? Ведёшь себя как обычно, работаешь и таскаешь талисман с собой. Мы будем рядом, — пробурчал Аластор. — Советую не гулять лишний раз сегодня, оставайся в комнате и будь поближе к Имоджен.

— Дженни? Зачем подвергать её опасности?

— Зная твою подругу, кто кого ещё подвергает…, — усмехнулся демон гнева.

— Это не смешно! — вскрикнула девушка.

— Вэл, будьте осторожнее, мы рядом. Я не дам навредить тебе.

Аластор снова взглянул на Валери и покинул комнату, вытолкнув Нибраса из помещения.

Погода совсем испортилась. Дождь лил стеной, затопляя улицы и скрывая мир за непроглядной завесой.

Густые капли стучали по стёклам, как будто хотели настоять на чём-то важном, а порой и вовсе были похожи на шёпот, затерянный в шуме стихии.

Остаток дня Валери провела в постели, терзая себя тревожными мыслями.

Вода стекала по окнам, создавая иллюзию замкнутого мира, и она чувствовала, как её душа словно утопает в этом мареве мыслей.

Образ Аластора не покидал головы — его резкие черты лица, яркие глаза, наполненные напряжением и загадкой.

Каждое мгновение, проведённое с ним, было одновременно сладостным и мучительным. Валери не могла не чувствовать это притяжение, это необъяснимое влечение, которое подталкивало к нему, словно магнит.

Но вместе с тем, в сердце поселились сомнения, жгучие и неугомонные.

«Он — демон», — шептала себе девушка, и её разум повторял эту мысль снова и снова. «Он играет со мной, как с игрушкой, как с пешкой на шахматной доске».

Валери задумалась, не станет ли ещё одной жертвой, оставшейся в его тени, когда он решит развлечь себя кем-то более интересным. И снова вопросы: «Могу ли я доверять ему? Чего он хочет на самом деле?».

Противоречие терзало душу — желание любить и быть с ним рядом, и страх быть преданной, брошенной в куточке его тёмного мира, в то время как он будет пленять сердца других.

Каждый новый взгляд Аластора, каждое его прикосновение ярко вспыхивало и давало надежду, но Вэл снова и снова сталкивалась с реальностью — в его мире она лишь гостья.

И даже когда она думала о том, что, возможно, он не таков, скептицизм разъедал её уверенность.

Он просто использует меня как средство достижения своих целей.

Эти мысли цепью сжимали грудь.

Валери сделала глубокий вдох. Слёзы хлынули из глаз, и девушка полностью потеряла контроль над собой.

Сначала это было тихое всхлипывание, едва слышное на фоне дождя, но вскоре перешло в глухие рыдания, которые сотрясали хрупкое женское тело.

Валери прижала ладони к лицу, пытаясь заглушить свои чувства, но напряжение и страх вырывались наружу, как освобожденная из-под замка птица.

Постепенно веки становились тяжелее, и вздохи становились всё глубже и ровнее.

Напряжение в теле постепенно растворялось, как снег под весенними лучами.

Плачь всегда помогал ей справиться с эмоциями, но Валери не могла позволить себе такой роскоши как слёзы, до сегодняшнего дня.

К чёрту отца! Я могу плакать! Я человек и могу плакать!

Ноги, долгое время сжимающиеся от стресса, начали расслабляться и даже гнездящийся внутри страх стал понемногу отступать.

Валери вновь вспомнила о звуках дождя — они были, как колыбельная, которая постепенно убаюкивала её.

Каждый удар капли о стекло звучал как нежное прикосновение, приглашающее в мир спокойствия и забвения. Между стройными ритмами дождя её мысли начали расплываться.

Девушка попыталась сосредоточиться на чём-то хорошем, представляя спокойные луга и красочные цветы, но образы Аластора вновь прорывались в сознание — его бледная кожа, его золотые глаза.

И всё же даже эти мысли начали притупляться, сменяясь ощущением лёгкости, так что вскоре они уже не вызывали боли, а наполняли её сердечную пустоту теплом.

С каждым мгновением вокруг становилось всё тише, и, наконец, Валери позволяя себе расстаться с тревогами, затихла в объятиях сна, крепко сжимая в ладони золотой талисман.

Туманное утро незаметно прокралось в номер, наполнив комнату мягким светом.

Серая дымка вуалью колыхалась на улицах. Капли дождя, которые ещё не успели высохнуть, сверкали в редких утренних лучах, словно крошечные драгоценности, разбросанные по дворику рёкана.

Стук в дверь беспощадно вырвал Валери из глубоко сновидения.

Девушка медленно открыла глаза, пытаясь прийти в себя.

Уже утро? Сколько же я спала?

Стук повторился.

— Эй, Вэл, это я! Я могу войти? Ты одна?

Имоджен. Мы ведь вчера почти не общались…

— Да, заходи, — хрипловато произнесла Валери.

Подруга с опаской зашла в комнату, оглядываясь по сторонам.

— Где… Элиас? — спросила Имоджен.

Валери попыталась подняться на локти.

Тело было словно из камня. Девушка с трудом подняла руку к лицу, чтобы протереть веки, надеясь, что это поможет понять вопрос любопытной подруги.

— Ал… Элиас? Почему он должен быть здесь?

Неожиданно воспоминания о прошедшей ночи вспыхнули в голове красным цветом.

— Я встретила Нима в гостевом зале и он сказал, что ты и Элиас… Проводите романтический вечер вместе. Это не так?… — заступорилась Дженни.

С усилием, но, всё же, Валери встала с футона, опираясь на стену, чтобы хоть как-то пришвартоваться в этом водовороте недомогания.

Почему Ним сказал так? Хотел пошутить или это нужно для дела?… А где талисман?!

Вместо ответа, девушка бросилась на колени и хаотично зашерстила руками по полу.

— Вэл, всё нормально?

— Нашла! Он здесь!

— Кто? Элиас? — недовольно съязвила Имоджен и сложила руки на груди.

— Талисман… думала он потерялся. Дженни, я потом тебе всё расскажу. Сколько время? Нам разве не нужно работать?

И снова эта уловка с переводом темы.

— А? Да, я за этим и пришла! Все уже внизу! Одевайся.

Сработало.

— Но потом я жду подробностей! Надеюсь они горячие… — улыбнулась Дженни.

Не сработало.

— Я приготовила тебе завтрак, — сказала подруга, указывая на контейнер с