Милая маленькая игрушка - Айви Торн

Его твердый член вдавливается в меня, и я снова чувствую шелковистое ощущение голой плоти без каких-либо преград, разделяющих нас. Это усиливает ощущение, зная, что он трахает меня грубо, и моя киска сжимается в ответ.

Илья стонет.

— Такая чертовски узкая, разве ты не любимица своего учителя? Ты хочешь меня порадовать?

— Да, сэр, — задыхаюсь я, щипая свои соски, посылая очередную волну удовольствия моему клитору.

Его бедра двигаются в меня, пока он медленно трахает меня, касаясь моего клитора с каждым толчком.

— Мне следует вознаградить тебя за всю твою тяжелую работу?

— Пожалуйста, сэр, — умоляю я, и мой живот сжимается от предвкушения.

Мне это не должно нравиться так сильно, как мне нравится, но, черт возьми, я готова кончить снова, и я нахожу, что побег от нашей ролевой игры дает мне безопасное пространство, чтобы полностью насладиться удовольствием, не сосредотачиваясь на какой-либо вине, которую я должна испытывать. В конце концов, я сейчас не Уитни Карлсон. Я ученица, получающая ценный урок от своего учителя. И позвольте мне сказать вам, как сильно я люблю свое образование прямо сейчас.

Илья набирает скорость, толкаясь сильнее, пока мое тело не начинает качаться от движения, мои груди подпрыгивают в моих руках.

— Ты ощущаешься так чертовски хорошо, — рычит он, теперь вбиваясь в меня.

Покалывающая эйфория заставляет мои пальцы неметь, и все же я дразню себя, не останавливаясь ни на мгновение, поскольку я участвую в собственном удовольствии. Член Ильи напрягается и набухает невероятно сильнее, растягивая меня до предела.

— Кончи для меня, — командует он, когда его толчки становятся настойчивыми, его руки раздуваются от напряжения от того, что он так сильно меня трахает.

Я кричу, когда моя киска подчиняется ему, пульсируя вокруг его твердого члена, пока мой оргазм взрывается во мне. Снова и снова я дою его, затягивая его глубже в мои глубины. Илья рычит и врезается в меня, его бедра дергаются. Горячая мокрая сперма струится внутри меня, делая меня такой мокрой, что она стекает из моего входа и вниз по моей щели к заднице. Неожиданное возбуждение от того, как он входит в меня, запускает меня в третий оргазм еще до того, как мой второй успел утихнуть, и я рыдаю от непреодолимого удовольствия, от которого у меня звенит в ушах.

Илья замирает во мне, его грудь тяжело вздымается напротив моей, он зажимает мои руки между нами, пока мы оба тяжело дышим. Наши глаза встречаются, и в их глубине я вижу, что это конец его сцены. Его глаза опускаются к моим губам, и на его лице появляется намек на конфликт. А затем он целует меня. Это короткий и почти грубый, но страстный поцелуй, и когда он отстраняется мгновением позже, я остаюсь ошарашенной. Мои губы покалывают от его внезапного отсутствия, и ощущения его присутствия.

Одним быстрым движением Илья выскальзывает из меня. Он оставляет меня на кровати, направляясь в ванную, и я слышу, как включается душ. Взглянув на мое состояние, я не могу не заметить, какими желеобразными кажутся мои ноги. Они хаотично согнуты, лежат так, как Илья оставил их, когда ушел. Я чувствую себя хорошо и как следует оттраханной, и я откидываюсь на подушку, глядя на потолок моей новой комнаты, думая обо всем, что произошло сегодня вечером.

Я слишком наслаждаюсь этой грязной игрой, и если я не буду осторожна, я могу оказаться в опасности, втягиваясь слишком глубоко, хотя наши отношения только начались.

12

УИТНИ

ГОД СПУСТЯ

Входя в угловой магазин здания, где находится кофейная студия, я замечаю знакомую кирпичную облицовку одной стены, насыщенный аромат свежей выпечки, смешивающийся с резким запахом эспрессо, и болтовней покупателей, занимающих столики прямо за прилавком. За последний год это место стало любимым, чтобы прийти выпить кофе и поболтать с моими девочками, так как оно находится недалеко от моей квартиры.

И после лета без Тэмми и Тори я не могу дождаться, чтобы увидеть их. С началом нашего третьего семестра все кажется свежим и захватывающим. После того, как Роузхилл поднял нашу подготовку на ступеньку выше в прошлом году, я уверена, что этот год будет еще более познавательным. И с профессором Мориари в качестве моего преподавателя хореографии я действительно чувствую, что это может быть хороший год. Тяжелый год, но хороший. Из того, что я слышала и видела от старшеклассников до меня, он столь же неутомим, сколь и талантлив, и он знает, как подтолкнуть своих учеников к тому, чтобы они были лучшими.

Когда я осматриваю класс в поисках знакомого лица, мне не требуется много времени, чтобы заметить близняшек. Они сидят за столиком в дальнем углу, кофейные кружки послушно расставлены перед ними, и они держат свои классические латте, как это можно было бы сделать холодным зимним днем. Что-то в этой кофейне делает нас всех зависимыми. С тех пор, как я нашла это странное маленькое угловое кафе, я пришла к выводу, что все остальные сорта кофе хуже. Я не знаю, как мы с мамой выживали на растворимом кофе каждое утро в течение многих лет.

Мои ноги несут меня к передней стойке, пока я не спускаю глаз с близняшек. Тэмми замечает меня первой и машет рукой. Я машу рукой, когда Тори поворачивается и отвечает тем же жестом, улыбка рассекает ее загорелое лицо. Указывая на стойку, я показываю, что сначала сделаю заказ, и они поднимают большой палец вверх.

— Итак, расскажите мне о своей поездке. — Говорю я, когда наконец сажусь на стул напротив своих подруг с эспрессо маккиато в руке. — Я хочу услышать все. У вас там туалеты действительно смываются в другую сторону?

Тэмми закатывает глаза, хотя и одаривает меня улыбкой.

— Только ты можешь задать это первым вопросом.

Я пожимаю плечами и подношу кружку к губам, делая глоток горячего напитка, не отрывая взгляда.

Тори хихикает.