Снежная вакансия - Софья Дашкевич

– Арин, это ради твоей безопасности. Прошу, прислушайся ко мне! Никто не знает, как завтра повернется ситуация. Я должен поймать ведьму, а Мойна хитрее и опаснее, чем ты можешь себе представить… Я не хочу, чтобы ты пострадала!

Ага, чтобы сдать меня в мой мир, как новенькую? А то вдруг с царапинами не примут!

– Поэтому ты решил пострадать сам? – спросила я вслух. – Не забывай про ведьму плюща! Мойна сказала, что Тимея еще хуже, она даже своих умудрилась обскакать.

– Насчет Тимеи Эйд Хаан я до конца не уверен. – Кас опустил ноги с кровати, натянул штаны и взялся за рубашку, будто демонстрируя: момент близости позади, да здравствуют рабочие отношения. – Это лишь догадки Мойны. Возможно, она ошиблась, возможно, специально ввела тебя в заблуждение. Про Тимею давно ничего не слышно, и я склонен думать, что ее нет в живых.

– А как же ключ?! – опешила я и обернулась, но, заметив, как взгляд Каса сместился на мою грудь, запоздало прикрылась скомканной мантией. – В смысле, он был у Тобиаса, так? Не для себя же он его припрятал! И не для Мойны, потому что енот его на дух не выносит. Значит, ведьм по-любому две. Тимея вторая или нет, неважно. Ты не можешь в одиночку справиться с обеими!

Видно, я ненароком ударила Каса по самому больному, потому что он резко выпрямился и прищурился.

– Откуда тебе знать, что я могу, Арина?

– Да это простая логика. Один против двух, численное превосходство… Слышал когда-нибудь про ловлю на живца? Я же могу помочь! Смотри: я пойду на встречу с Мойной, ты застигнешь ее врасплох, обезвредишь – и все! А потом займешься Тимеей, или кто там вторая… Или еще лучше! – Меня вдруг осенило. – Сообщи действующим инквизиторам. Ты можешь привлечь кого-то из родителей или студентов. Вон у тебя будущих выпускников двадцать человек!

– Выпускников… – эхом повторил Кас и качнул головой. – Подставить детей – это твой план? Или бросить на амбразуру тебя, беззащитную девушку без капли магии?

– Как это беззащитную?! – возмутилась я до глубины души. – А кто, по-твоему, вычислил Тобиаса?! И он, на минуточку, ничего не заподозрил!

– Уверена? Ветури следил за тобой. И он в курсе всех твоих планов. И мы понятия не имеем, кто еще в курсе! Один шаг за ворота – и ты окажешься в ловушке, неужели до тебя не доходит?! По моей вине уже погиб человек, и больше я этой ошибки не совершу!

– Погоди, надо же допросить Ветури, пока родители не нагрянули! Его отец – большая шишка, при нем из Тобиаса ничего не вытянешь. Мы должны срочно…

– Нет никаких «мы», Арина, – жестко перебил Кас, и меня будто лицом в снег макнули, таким холодом повеяло от его голоса. – Тобиасом займусь я, а ты идешь к себе и запираешь дверь изнутри.

– Но…

– Это приказ.

Как кнутом ударил.

Видит бог, я пыталась уберечь Каса. Нашелся волк-одиночка, тоже мне… Нет никаких «мы», да? Окей. Пусть так и будет.

У меня горели щеки, из ушей разве что пар не валил от злости, но больше спорить я не стала. Сгребла разбросанные вещи в охапку и прямо так, в белье, направилась в свою комнату. Ни секунды не желала больше находиться рядом с этим упертым бараном!

С ноги вышибла дверь в свою комнату, а потом швырнула вещи на пол, пнула проклятую мантию, от которой все еще пахло Касом. Ненавижу! Не-на-ви-жу! Поверить не могу, что я хотела остаться!

– Что, милочка, ночка выдалась неудачная?

Супер, только енота с начинкой из ведьмы мне не хватало! Наглая полосатая шкура развалилась в моей кровати без тени стеснения. Если бы Дымок сейчас сам хозяйничал в своем теле, я бы припечатала его парой ласковых и за шкирку выкинула вон. Из-за него я теперь даже спать не смогу, всю постель мне перепачкал черт знает чем. Неделю прятался под сараем и в зверинце – да любая половая тряпка чище!

К сожалению, хитрый поганец прикрылся ведьмой, а с ней ссориться я не рискнула. Кас, конечно, тот еще мачо, но он и сам сказал: неизвестно, как повернется ситуация.

– Вы не боитесь, что Дымка выследят?

– Когда? – усмехнулась Мойна, оглядев меня зоркими енотовыми глазками. – На рассвете его здесь уже не будет. Пусть хоть на голове у Нериуса наследит… – Зверек пошевелил мокрым носом. – Кстати, о Нериусе… Уж не к нему ли ты наведалась, вертихвостка?

Я сглотнула. Откровенную ложь ведьма сразу выкупит, а потому лучше обойтись частичной правдой.

– К нему, – ответила с вызовом. – Мы же праздник готовим, вот, последние штрихи… Он вообще-то мой начальник, если что!

– А в исподнем ты почему?

Черт, совсем забыла!

– Я… эм… испачкалась. Красили украшения и…

– Скверно, милочка, очень скверно. Тебя не учили в детстве, что врать надо лучше? – Енот фыркнул и, спрыгнув с кровати, подбежал к моей одежде. – Я хоть и старая, но еще помню, как пахнут мужские ласки. Зачем ты связалась с ним?!

Я обреченно прикрыла глаза. Дожили! Вороватый енот отчитывает меня, как бабка у подъезда. И я еще должна оправдываться?!

– Это спонтанно вышло, – буркнула я нехотя и двинулась в ванную. – И к делу отношения не имеет, ясно?

– Еще как имеет! А ну, стоять!

До сих пор Дымок ни разу не рявкал на меня таким тоном, и от неожиданности я обернулась.

– Вы что?! Это моя личная жизнь!

– Да плевать мне на твою жизнь, дура! – ощерилась ведьма. – Стой, не шевелись!

Я послушно застыла – что-то в голосе старухи вызывало опасения. Енот, встав на задние лапки, принялся меня рассматривать.

– Так и есть… – вынесла наконец вердикт Мойна. – На тебе метка.

– Что?!

– Ну, не на тебе… На лоскутке этом, которым ты стыдобу прикрыла.

– Подождите, какая метка?! – Я крутанулась перед напольным зеркалом, но ничего подозрительного на трусах не увидела.

– Магическая, ясен пень! Все это время за тобой следили! – Енот обхватил морду лапками, и если бы не удручающие новости, я бы прыснула со смеху.

– Кто?! – выдохнула я, присев на кровать: мысли разбегались, как тараканы при включенном свете. – Тобиас Ветури?

– А ты и перед ним тоже раздевалась? Ну и нравы там у вас… – Енот нервно заметался по комнате. – Так-так-так… Маги на хвосте… Меня, может, уже поджидают… Побег отменяется.

У меня будто граната под боком взорвалась. Нет, Кас и так запретил мне сбегать и участвовать в ловле ведьмы. Но если Мойна сейчас передумает вызволять своего фамильяра, то