( Не) Счастливый случай - Ани Марика

— И ты согласен с этим? Мы даже на свидание не ходили. Не встречались, как все нормальные пары. Не жили вместе.

— Разве? — выгибает бровь Гильермо и, перевернув нас, нависает. — И какие это нормальные пары живут вместе до брака?

Закрываю глаза. Кое-что внушительное, что в данный момент упирается в меня, мешает думать конструктивно. И я решаю, что скандал подождёт до утра. Брак ведь уже состоялся, ночью бежать разводиться никто не будет. Поэтому я лишь обнимаю его покрепче и подаюсь бёдрами, соединяя нас.

Гильермо с хрипотцой стонет и набрасывается на губы. Завлекая в чувственный танец страсти. И утягивая в свои порочные сети.

Глава 27

Я просыпаюсь раньше Гильермо. В свете утреннего солнца разглядываю его расслабленные черты лица. Пальцами едва касаюсь бровей, оглаживаю нос и шрам, что тонкой паутинкой расходится на скуле, прямо под глазом. Мне нравится этот шрам. Мне нравится, что мужчина небезупречен. Неидеален. И настоящий.

В нём нет притворства. Лукавства. Фальши.

С первых минут общения он говорил прямо. Не старался очаровать. Не старался понравиться. Говорил как есть, но вместе с тем всегда стоял на страже моих интересов.

И мне уже даже не хочется устраивать скандал. Не хочется бежать с криками обиженной невинности, что одна своевольная богиня нас поженила. Как и не хочется разводиться.

Этим утром я, наконец, чувствую себя по-настоящему дома. И если такое случится, и я найду путь в свой мир, уверена, Гильермо пойдёт за мной. Бросит всё ради меня.

— Ты странно тихая, — отвлекает от мыслей проснувшийся оборотень. Встрепенувшись, фокусирую взгляд на мужчине. Моя ладонь покоится на его щеке, а он смотрит на меня с поволокой из-под опущенных ресниц. — Перебираешь варианты расторжения нерасторжимого брачного союза?

— У Натали получилось, — бормочу, убирая руку.

Что-то я совсем размечталась и начала планировать нашу совместную жизнь. Совсем не подумав о самом мужчине. Вряд ли он захочет такой скоропалительный брак.

Гильермо перехватывает мои пальцы и немного болезненно сжимает. Его расслабленно-ленивый взгляд вмиг меняется. Появляется опасный блеск, и злость вспыхивает в серых глазах. Он круто роняет на спину и нависает. Сглотнув, даже не дышу.

— Ты даже не дашь нам шанс попробовать? — низко так рычит.

— А ты хочешь? Я о тебе думаю. Вот так после одного секса не каждый мужчина согласится оказаться женатым на первой встречной.

— Богиня! — закатывает глаза Гильермо и с тяжким вздохом, перекатившись, падает на соседние подушки. — Какая же ты дура.

— Эй! — бью по груди и, привстав на локте, нависаю. — Хватит обзываться уже. Сам дурак, раз женился на такой дуре!

— Дурак, — соглашается гадский оборотень. Обхватывает ладонями за щёки. — Ты согласна стать моей женой на веки вечные и даже за гранью быть со мной?

— Мы как бы уже, — трясу запястьем и пытаюсь вырваться из захвата.

— Ответь на вопрос, — рычит он, держа крепко голову и в глаза мои честные заглядывая.

— Выбора-то нет, — закатываю глаза. И, вскрикнув, бью по плечу. Он меня просто встряхивает. — Да, да, я согласна.

— Молодец. Я тоже согласен. Совет нам и любовь. Иди сюда.

Притянув, сминает губы. Мне так смешно становится. Хохочу прямо ему в рот. Гильермо выпускает меня.

Съезжаю на его грудь. Прячу нос где-то в подмышке и хихикаю. Он дурой обзывает, растирает голую спину своими невероятно горячими ладонями и дышит шумно в макушку.

— Раз теперь мы муж и жена, расскажешь, где там у тебя мужчина и женщина живут вместе до брака? — внезапно спрашивает, когда я, отсмеявшись, сползаю под его бок.

— Меня ритуалом призвали из другого мира сатанисты-фанатики какие-то, — вздыхаю я, закидывая ножку на живот новоявленного мужа.

— Подробнее, — требует Гильермо.

И я рассказываю ему с самого первого дня моего здесь появления. Всё-всё без утайки. Какие теперь уж между нами могут быть секреты? Оборотень слушает внимательно, пальцами вырисовывая на спине разные узоры и будя возбуждённых мурашек, что табуном несутся к низу живота и жаром внутренности наполняют.

— Танюш, — ко мне заглядывает Таша. Округлив глаза, таращится на вольготно устроившегося оборотня. И, ойкнув, исчезает за дверью.

— Похоже, нам пора отсюда съезжать, — бормочу я, нехотя отстраняясь. — Ната предлагала свою квартиру над лавкой. Она теперь пустует. Мы можем пожить там.

— Моя резиденция чем тебя не устраивает? — выгибает бровь мужчина, выпуская из объятий.

— Ну эм, я не знала, что у тебя здесь есть дом. Я почти ничего не знаю о тебе.

— Я Граф Гильермо Гонзо. Глава сыскного отдела Тайной канцелярии Его Величества. У меня есть своё графство в Располе. Это королевство оборотней. И есть небольшой особняк в центре столицы. До твоего будущего храма рукой подать. Впрочем, как и до дома твоей сестры.

— Значит, я теперь тоже графиня? — укрывая телеса простыней, поднимаюсь и разворачиваюсь.

— Твой статус повыше будет. Ты Верховная, — хмыкает Гильермо.

— А если я не хочу быть Верховной? Вдруг я захочу отказаться от этого титула и статуса, и всего остального? Захочу простую жизнь в пригороде? — смотрю пытливо на мужчину.

— Значит, останешься просто моей женой. Графиней, что выбрала провинцию и быт, — пожимает плечами. — Мы к Роутфордам не опаздываем?

— Опаздываем, — вздыхаю, бросая взгляд на часы.

— Иди в душ. Можешь себя там накрутить, в дороге продолжим выяснять отношения. Можем даже поскандалить, — хмыкает мужчина и, натянув брюки, выходит из комнаты.

С глупой улыбкой провожаю его смуглую спину. И, мысленно хлопнув себя по лбу, ухожу приводить себя в порядок.

К завтраку выхожу в полной боевой готовности. В брюках и очередной рубашке-тунике. Волосы заколола наверх в гульку, чтобы не мешались при лечении. Прямо у столовой останавливаюсь, прислушиваюсь к голосам. Всё семейство подруги сидит, явно ждут меня. Глубоко вдохнув, шагаю к ним. И попадаю под перекрёстные взгляды мужчин и одной блондиночки.

— Это что, брачная вязь?! — восклицает Таша, вскакивая с кресла.

— Эм… да, так получилось… — мнусь я и вздрагиваю, ощущая тёплые ладони мужа на плечах.

— Я выиграл! — ликует Рома.

— Уи-и-и-и-и! — визжит блондинка и несётся кабанчиком прямо на меня.

Таша бурно поздравляет нас, виснет на шее. Крепко обнимает и целует. А после переключается на